– Виталий Олегович, мне пить хочется, – стучалась в дверь ванной дочь, никак не могу приучить её одну ходить в кухню, боится вечером туда даже заглядывать. Вот и сейчас я сам виноват, забыл оставить на прикроватной тумбе стакан с водой.
– Сейчас, милая, – крикнул в ответ ребёнку. Нужно будет сводить её к психологу, разобрать ситуацию, но пока я Камиллу не трогаю, даю ей время, чтобы освоилась.
На лежащую девушку с разметавшимися по полу волосами смотрел со странным чувством. Она выводит меня из себя, но как же хочется прикоснуться к ней! Провести кончиками пальцев по щеке и по манящим губам. Скользнул взглядом по точёной фигурке, и в штанах сразу стало ещё теснее. Не сказав ни слова, развернулся и вышел из ванной, прикрыв двери, чтобы Мила не увидела там Маргариту.
Камилла топталась у двери в свою комнату, пижамка прилипла к телу. Неужели все дети такие худенькие? Да нет, мне кажется, у неё болезненная худоба. Вспомнил слова Сюзанны, которые она сказала в тот роковой день:
– Слушай, Клюжечев, – даже не поздоровавшись, начала она. – Аборт я не сделала по медицинским показаниям, так вот! – картинная пауза, а меня начало всего трясти от её заявления. – Ками я отправляю тебе, мой муж не хочет воспитывать чужого спиногрыза, да и я не горю желанием с ним ругаться из-за этой несносной девчонки! – с истерическими нотками в голосе верещала она. – Оплачивать пансион Роджер не желает, а у меня на неё нет лишних средств, да и мой муж хочет наследника, так что, либо ты забираешь её себе, либо я её просто сдаю в детдом! – припечатала эта сука, а у меня весь воздух из лёгких вышибло. Стоял на парковке и пытался сделать хоть один вдох.
– Как её зовут? – сипло спросил мегеру.
– Камилла Витальевна Розенблюм, фамилию я ей дала свою. Так что ты решил? – в голосе некогда любимой женщины послышался смешок.
– Я приеду за ней, – выдавил из себя.
– Не стоит, я её уже отправляю самолётом по доверенности, моя мамаша, – на этом слове Сюзанна споткнулась, но быстро продолжила. – Короче, на неё доверенность и все бумаги оформлены, её номер пришлю смс. Это она настояла, чтобы ты знал о дочери, хотя… Мне реально плевать, что с ней будет, – хохотнула женщина и бросила трубку.
С кем конкретно будет лететь ребёнок, я не понял, но таких матерей, как Сюзи, нужно сажать на кол и пускать кровь прилюдно, чтобы они по капле прощались с жизнью и думали о том, как неправильно поступили!
– Виталий Олегович, – вывела из раздумий, взяв меня за руку, дочь. – Вам плохо? – и столько участия в карих глазках, что захотелось прижать её к себе и защищать.
– Нет, всё хорошо, милая! – улыбнулся я ребёнку. – Ты что будешь пить? – не отпуская её маленькую ладошку, которую она впервые за эти дни доверчиво вложила в мою руку, спросил я.
– А можно сок? Апельсиновый, – тише добавила она.
– Конечно, можно, – улыбнулся малышке. – Надеюсь, свежевыжатый? – подмигнул я ей.
– А можно? – глазки сверкнули в свете ламп, когда я помогал устроиться за барной стойкой, на которой стояла соковыжималка.
– Ещё бы! Просьба моей принцессы для меня закон! – серьёзно ответил Камилле, на что она опустила глазки, и румянец заиграл на её щеках.
– Спасибо, – совсем тихо ответила она. А я принялся за работу, и через пару минут перед ребёнком стоял стакан сока, а она наконец-то искренне мне улыбнулась и почти залпом осушила его. – Вкусно, я могу кое о чём ещё попросить? – подняла она на меня молящий взгляд.
– Конечно, проси! – наконец-то малышка начала со мной хоть немного оттаивать, всё-таки я правильно сделал, что позвал Маргариту с лекарствами. Камилла немного расслабилась в её присутствии, и вот уже вторая просьба за десять минут, и это огромный прорыв в нашем общении.
– Могу я свет не выключать в комнате? Мне очень страшно, – совсем тихо произнесла она.
– Милая, – погладил дочку по руке, которая так и не выпустила пустой стакан. – Ты можешь спать с включенным верхним светом, я не буду ругать тебя. А если хочешь, мы можем в моём кабинете забрать настольную лампу и поставить у тебя, – слезинка скатилась по щеке малышки, она быстро её стёрла и стала извиняться. – За что ты извиняешься? – насупился я.
– Просто Вы так добры со мной, – всхлипнула она. Я не знал, как на это реагировать, хорошо, в кухню зашла Рита в моём халате и разрядила обстановку.
– И что тут за Ниагарский водопад? – подойдя к Миле со спины и положив ей руки на плечи, спросила она.
– Всё хорошо, – быстро ответил ребёнок, напрягаясь, и она опять спряталась в свой панцирь. – Мне Виталий Олегович пообещал настольную лампу из кабинета, – слегка улыбаясь девушке, сказала она, повернувшись к Рите. Чувствовалось, что Камилле не нравится, когда стоят за её спиной.
– Тогда чего мы ждём? – весело спросила девушка и хлопнула в ладоши. – Скажу по секрету, я тоже боюсь темноты, а поскольку я сегодня сплю с тобой, если ты, конечно, не возражаешь, то лампа нам ну очень необходима! – помогая слезть со стула девочке, быстро говорила он.
Зашли в кабинет все вместе, и Рита развила бурную деятельность. Я понимал, что она отвлекает Милу и был ей безмерно благодарен за это. Мимоходом она потрогала лоб ребёнка, так быстро и незаметно, что та даже не вздрогнула от чужого прикосновения, откуда у неё такой опыт с детьми? Нужно узнать про Маргариту побольше. Я для себя решил, что завтра позвоню своему знакомому, у которого частное детективное агентство, и попрошу об услуге.
Девочки забрали лампу и пошли спать, а я решил остаться в кабинете и немного выпить. Мысли разбегались, и мне нужно было подумать!
Глава 4
Маргарита
Сколько душевных сил мне потребовалось, чтобы успокоиться?! Растирала себя гелем для душа и костерила на чем свет стоит своего начальника… Вот что на меня нашло? Какого дьявола я стала применять приёмы? Понятно, что напугал, но и я хороша… Практически сразу сдала позиции малознакомому мужчине. Подставила лицо упругим струям и попыталась привести свои чувства в порядок.
– Главное, Туська, не влюбись! – прошептала я сама себе, хотя прекрасно осознавала, что уже поздно, и я втюрилась в этого мужчину по уши.
Выйдя из душа, высушила волосы и пошла искать босса. Голоса были слышны из кухни, вот туда-то я и направилась.
Камилла, сидевшая на барном стуле, сказала такие слова, что я в ступоре остановилась в дверях, смотря на разворачивающуюся картину. Точно нужно будет показать малышку Нюсику, так дело не пойдёт.
Отмерев, подошла к ребенку и положила ладони на её плечи, отчего девочка вся сжалась в комок.
– И что у нас тут за Ниагарский водопад? – нарочито весело проговорила я.
А когда мне сказали про лампу, ничего лучше не придумала, как сообщить, что и я боюсь темноты, и предложила пойти, взять предмет интерьера, да вернуться в спальню, так как время уже приближалось к часу ночи. Камилла быстро согласилась со мной и при включённом ночнике моментом провалилась в сон.
Я лежала рядом и гладила малышку по голове, хоть и десять лет, но всё равно ещё по сути маленький ребёнок, только глаза грустные и серьёзные не по-детски.
Как провалилась в сон, не заметила, резко проснулась от вскрика малышки.
– Не надо! – плакала она и металась по кровати.
Потрогав лоб, обнаружила, что Мила очень горячая. Я соскочила с кровати и чуть не упала, запутавшись в простынях. Побежала в зал, где остались все лекарства на стеклянном столике. Почему не додумалась сразу взять их в комнату? Дурында, одним словом.
Уже с лекарствами и термометром летя по коридору, наткнулась на помятого босса, который шёл из своей комнаты, видимо, в кухню в одних чёрных боксерах.
Ух! Дыхание спёрло от его вида. Рельефный торс, сильные руки, шикарный разворот плеч, узкие бёдра, чёрная полоска, убегающая от пупка вниз.
– Что-то случилось? – встревожено спросил мужчина.
– У Милы температура поднялась, – прочистила я пересохшее горло.
Виталя резко развернулся и сорвался с места, я побежала за ним в комнату малышки.
Девочка металась по постели и плакала навзрыд. Отец пытался её успокоить, говорил нежные слова, гладя ребёнка по голове.
– Виталий Олегович, нужно её разбудить. Я не подумала и побежала за таблетками, – виновато призналась я.
– Милочка, девочка, проснись, – стал потихоньку трясти за плечи Камиллу босс.
– Что? – открыла она глаза, смотря на нас затуманенным взглядом.
– Тебе снился кошмар, – прижимая к себе девочку, прошептал мужчина.
– Мама, – едва слышно прошептала она. – Мама мне снилась… как в пансионат меня отдала, – зарыдала девочка.