Руководство по соблазнению сестры лучшего друга
– Существует несколько негативных побочных эффектов избытка дофамина. Это тревога, бессонница, слишком сильное сексуальное влечение.
– Значит, моя память будет идеальной, но я продолжу идти по жизни бабником и сердцеедом, время от времени испытывая тревогу. – Он кивнул. – Ясно. Так я и думал.
Я рассмеялась.
– Спасибо, что столь многому меня научила, Лала. Ты такая умная. – Холден улыбнулся. – Рад тебя видеть. Казалось, прошла целая вечность.
Осмелюсь ли я поднять этот вопрос?
– Да. Наверное, в последний раз мы виделись на свадьбе Колби, да?
– Ага. – Он медленно кивнул. – Год прошел. Охренеть, как много.
Он поймал мой взгляд, и я тут же вспомнила, как мы танцевали на свадьбе. Уоррен исчез в ванной. Я подняла глаза, и передо мной неожиданно возник Холден. Помню, я молила бога, чтобы Уоррен не вернулся и не застал меня танцующей с Холденом. Это был медленный танец, и я не хотела, чтобы он решил, что мы занимаемся чем-то неподобающим. Но, может быть, я была единственной, кто думал о неподобающих вещах. Все сложилось идеально, песня закончилась, и Холден покинул танцпол как раз до того, как вернулся Уоррен. Мой жених понятия не имел, что я танцевала со своей детской любовью.
Этого как будто и не было – вот только я думала об этом весь оставшийся вечер. Я украдкой поглядывала на Холдена и чувствовала себя виноватой. Я не понимала, в чем дело, но было в том танце что-то особенное. Думала ли я, что нравлюсь Холденув этом смысле? Нет. Но его появление сразу после ухода Уоррена действительно казалось вполне преднамеренным. Возможно, на него подействовала сентиментальная атмосфера свадьбы. Свадьбы – это огромная веха. Они заставляют понять, что жизнь проходит мимо. Вероятно, тот танец вызвал у него столько эмоций из-за того, что он скучает по Райану. Поскольку из всех присутствовавших я была к Райану ближе всех, он и вцепился в меня.
– Кстати… – Холден прервал мои размышления. – Все хотят поскорее увидеться с тобой. Колби и Билли готовят ужин. Они хотели, чтобы я привел тебя к ним, как только ты тут обустроишься. Вообще-то, мы уже опаздываем.
Я потерла живот.
– О боже. Звучит заманчиво. Умираю с голоду. Дай мне секунду.
Я сходила в ванную, встретилась с Холденом в гостиной, и мы отправились в квартиру Колби.
Сейлор, дочь Колби, открыла дверь и подпрыгнула на месте.
– Лала!
– Привет, милая! Я так рада, что ты меня вспомнила. – Я наклонилась и обняла ее. – Как ты вымахала! С ума сойти, какая ты высоченная.
Мы с ней виделись всего пару раз, но на свадьбе много времени провели вместе. Мать Сейлор в жизни дочери никогда не участвовала. Когда Колби женился, роль матери взяла на себя его жена Билли. Кажется, они неплохо уживались.
Сейлор протянула руку и коснулась моих волос.
– У тебя такие кудрявые волосы!
Я взъерошила свою светлую гриву.
– Знаю! На голове жуткий беспорядок.
– Выглядит дико, и мне это нравится, – заявил Холден позади меня.
– Спасибо, – я почувствовала, что слегка покраснела.
Билли подошла и обняла меня.
– Мы думали, ты никогда не появишься, Лала! Почему ты так долго, черт подери?
Билли была супер-классная, и мне не терпелось познакомиться с ней поближе. Она владела в этом здании тату-салоном; так они с Колби и познакомились.
– Простите, что опоздала! На дорогах пробки. А потом Холден показывал мне мои апартаменты.
– Я привязал ее и не отпускал какое-то время, так что вся вина на мне.
Что-что?!В воображении возник мимолетный, но яркий образ.
– Апартаменты прекрасные, – прохрипела я. – Не знаю, как вас благодарить. За то, что позволили мне здесь остановиться.
Оуэн, все еще в костюме-тройке, подошел и обнял меня.
– Шутишь? Это здание Райана. Для тебя здесь всегда найдется место. Даже если нам придется выгнать Холдена, чтобы его освободить.
– Я сам вышвырну отсюда его задницу, – пообещал Брейден и раскрыл для меня объятия.
Я скучала по этим ребятам. Они напоминали мне брата, и я чувствовала здесь присутствие Райана.
Колби появился последним. Он был на кухне и вышел оттуда с тарелкой в руках.
– Привет, Лала! – он поставил тарелку на стол, вытер руки и обнял меня.
Вскоре мы все сели ужинать пастой с фрикадельками, салатом и чесночным хлебом. Сейлор с гордостью заявила, что салат приготовила сама.
Во время трапезы Колби решил меня немного попытать.
– Итак, Лала… – начал он. – Поскольку Райана здесь нет, я надеюсь, ты понимаешь, что нам досталась роль старших братьев-защитников. К сожалению, ты получила четверых по цене одного.
– Четыре брата, да? Звучит как-то… многовато, – усмехнулась я.
– У меня четыре дяди! – обрадовалась Сейлор. – Трое здесь и один на небесах.
– Так и есть, – с улыбкой ответила я.
– Итак, у меня пара вопросов, – продолжил Колби. – Во-первых, я мало что знаю об Уоррене. Я видел его на свадьбе, и он показался мне отличным парнем, но я его не знаю. Расскажи о нем подробнее. Почему из всех мужчин в мире ты выбрала его?
– О, оставь ее в покое. – Билли шлепнула его по руке. – Она не обязана никому объяснять свои чувства. Не всегда удается четко сформулировать, за что конкретно ты любишь того или иного человека. Когда ты знаешь, ты просто знаешь, – улыбнулась она.
– Прости. – Колби пожал плечами. – Думаю, это справедливый вопрос.
Я посмотрела на Холдена, который в ответ уставился на меня. Он, как и все остальные, с нетерпением ждал ответа.
Я вытерла рот и посмотрела на Билли.
– Все в порядке. Он прав. Райан тоже задал бы мне этот вопрос. Он бы настоял на том, чтобы провести время с Уорреном и проверить его.
Брейден скрестил руки на груди.
– Отлично. Так почему мы должны его одобрить?
– Ну… – Я сделала паузу. – Он очень умный. С чувством юмора. Он обо мне заботится. С ним я чувствую себя в безопасности. Он честен, что для меня очень важно… – Я оглядела сидящих за столом.
– И все? – усмехнулся Колби.
Билли шлепнула его по руке.
– Что еще ты хочешь услышать?
– Он вроде людей от рака лечит, да? – спросил Оуэн.
– Да, он исследователь рака.
– Не хочу показаться тупым, но чем именно занимается исследователь рака? – осведомился Холден, играя с накрученной на вилку пастой. – Типа он идет на работу и делает… что?
Я выпрямилась на стуле.
– Ну, обычный день Уоррена выглядит так: он рассматривает под микроскопом раковые клетки и наблюдает, как они взаимодействуют с тем или иным организмом. Его цель – добиться хотя бы крошечного прогресса в выявлении того, что работает, а что нет для уменьшения роста клеток и, следовательно, снижения тяжести болезней. На это уходит много часов работы методом проб и ошибок.
– Очень почетная работа, – заметила Билли.
– Да, он благородный ботаник, – добавил Холден.
Я вскинула бровь.
– Ну, тогда, я думаю, мы идеально друг другу подходим, раз уж ты и меня так называл – ботаник.
– Да, но знай, что я говорю это с любовью. – Холден подмигнул.
Колби перевел взгляд с меня на него. Я надеялась, что он не почувствовал моих странных чувств к Холдену. Я вспомнила, как Колби наблюдал за нашим с Холденом танцем на свадьбе. Он единственный тогда обратил на нас внимание.
После десерта я встала из-за стола.
– Полагаю, вам пора укладывать Сейлор, а мне нужно подготовиться к завтрашнему собеседованию. Так что лучше не буду вам мешать.
Билли встала.
– Давайте периодически устраивать такие встречи, если ты получишь эту должность. Каждую неделю, например.
– С удовольствием, – кивнула я.
Холден встал и проводил меня до двери. Он вышел вместе со мной, и я удивленно на него посмотрела.
– Ты тоже уходишь?
– Да. Ужин закончен, разве нет?
Я быстро со всеми распрощалась и последовала за Холденом по коридору к нашим апартаментам.
Холден остановился у моей двери и протянул мне ключ. Наши пальцы соприкоснулись.
Он постоял на месте и внезапно спросил:
– Не хочешь зайти и выпить со мной?
В животе затрепетало. Почему такой простой вопрос вызвал такую реакцию? Это всего лишь бокал-другой. Но почему-то все, что имело отношение к Холдену, казалось… опасным. И дело не в том, что я не доверяла ему – или себе. Я сомневалась, что стоило раздувать пламя из искры, вспыхнувшей во мне в ту самую секунду, когда я сюда приехала.
– Лучше не стоит, – ответила я. – Мне нужно распаковать вещи. И завтра утром я должна быть максимально отдохнувшей.
– Конечно. Ты права. – Он опустил взгляд на свои ботинки. – Тогда в другой раз. – Он вздохнул. – Когда получишь работу. А ты ее получишь. Потому что ты – Лала.
– Хотела бы я быть такой же уверенной.
– У тебя все получится. – Он улыбнулся и на мгновение задержал на мне взгляд.
О, да. Между нами, несомненно, присутствовало какое-то странное напряжение. Это же чувство наполняло меня на свадьбе Колби и периодически на протяжении многих лет. Я не знала, чувствовал ли он то же самое.
– Что ж… спокойной ночи.
– Спокойной ночи, Лала.
Холден подождал, пока я войду в квартиру. Я закрыла дверь и выдохнула. Меня захлестнуло облегчение.Наконец-то я одна.
Я встала под горячий душ, который был мне жизненно необходим. Наверное, после этого мне следовало сразу лечь спать, но я была слишком взбудоражена. Я рискнула подойти к холодильнику, предполагая, что он окажется пуст. Но я была потрясена, обнаружив сливки для кофе и какую-то коробку. У меня сжалось в груди, когда я открыла ее и обнаружила дюжину пончиков с бостонским кремом. Любимое лакомство Райана. Сверху на коробке была наклейка.
Райан говорит: «Ты справишься, сестренка. Порви их завтра».
Я прослезилась и потянулась за телефоном.
Лала: Это ты их сюда положил? Пончики.
Холден: Подумал, тебе же нужно будет утром чем-то завтракать.
Лала: Это так трогательно! Спасибо. Я даже расплакалась.
Холден: Не за что, милая.
От этих слов по всему моему телу побежали мурашки, и я разревелась. Господи. У меня же есть жених. Нужно перестать так реагировать на Холдена. Наверное, я просто перенервничала, оттого что я здесь. Если бы я уже получила грант и переехала сюда жить, мои эмоции бы улеглись. Кроме того, даже если бы у меня не было жениха, Холден Каталано для меня – не вариант. От него сплошная головная боль, а мне этого не надо. Очевидно, мне до сих пор не давал покоя тот танец на свадьбе.
Проглотив один пончик, я почистила зубы и улеглась в постель, в очередной раз впечатленная качеством апартаментов. Подо мной был удобный матрас из пены с эффектом памяти. Я проверила звук будильника на телефоне, коснулась головой подушки и тут же услышала стук в стену спальни. Сначала я подумала, что мне послышалось, но стук повторился.
Я схватила телефон.
Лала: Это ты?
Три точки двигались на экране: он набирал ответ.
Холден: О чем ты?
Раздался еще один стук.
Лала: Стук в стену!
Холден: Какой стук?
Это повторилось.
Лала: Ты слышал?
Холден: Конечно, ведь это я стучал. Стучу.
Лала: Холден! Ха-ха.
Холден: А ты знала, что наши спальни примыкают друг к другу?
Лала: Теперь знаю.
Холден: Ха-ха.
Лала: О боже. Мне ведь не придется слушать, как ты «развлекаешься», я надеюсь?
Холден: Я постараюсь внимательно отнестись к тому факту, что ты здесь.
Лала: Что ж, заранее благодарю тебя за то, что согласился вести себя тише.
Холден: Громко у меня становится только на секс-вечеринках. Но они случаются раз в месяц.
Лала: Секс-вечеринки?
Холден: Кнуты. Цепи. (Наручники.) Полный набор. ПЕРЕГРУЗКА дофамином.
Он серьезно?
Холден: Ха-ха, да шучу я. Никаких секс-вечеринок.
Лала: С тобой никогда не знаешь наверняка.
Холден: Я напрасно потратил этот панч, потому что не увидел, как ты покраснела.
Лала: Ох. Мне пора спать.
Холден: Хорошо. Больше не буду тебя беспокоить.
Лала: Спокойной ночи, Холден.
Холден: Спокойной ночи, Лала.
Я усилием воли закрыла глаза. Мне следовало прокрутить в голове ответы на собеседовании. Вместо этого я представила себя прикованной к кровати Холдена на секс-вечеринке.
Глава 3
Холден
Я нюхаю. И нюхаю.
Как, черт возьми, простыня продолжает пахнуть человеком, который уехал четыре дня назад?
Какая разница. Нужно перестать на этом зацикливаться, ведь я должен подготовить квартиру к завтрашнему заселению арендатора с Airbnb. Я обошел вокруг кровати, вытащил последний уголок простыни на резинке и скомкал ее.
Но когда я поднес простыню к лицу, в воздухе разлился тот самый запах.
Я обвел взглядом пустые апартаменты, как будто внутри мог быть кто-то еще, кроме меня, и поднес простыню к носу.
Глубокий вдох. Мощный выдох. Блин. Ну почему она пахнет так же сладко, как и выглядела в эти дни?Чертова Лала Эллисон.
Эта женщина сводила меня с ума. Я только о ней и думал с тех пор, как получил то письмо от себя самого, и потерял сон после той ночи, которую она провела здесь. Вспомнив об этом, я зевнул.
Мне не мешало бы вздремнуть и попробовать выспаться. Я посмотрел на простыню в своих руках.
Нет. Не делай этого.
«Но почему, черт возьми, нет», – осведомилась другая часть моей совести. Это всего лишь кровать. Новая и удобная, в отличие от моей, которую мне пришлось чинить дважды за последние несколько месяцев. Я просто лягу и попробую проспать несколько часов.
Да, конечно. Ври самому себе. Давай, идиот.
Но в этом ведь был смысл, правда? Я устал, а передо мной красивая новая кровать, и так уж вышло, что у меня в руках почти чистая простыня. Я мог натянуть ее обратно. Мне даже не пришлось бы закреплять все четыре угла – двух вполне достаточно. Бог свидетель, я и раньше так спал. Никто не узнает, что я тут вздремнул.
Кроме тебя, жалкий нюхач простыней.
– Заткнись, черт возьми.
Теперь я не просто думал про себя, но и говорил вслух. Здорово, просто отлично. Мне действительно нужно было поспать. Поэтому я подавил свои нелепые мысли, натянул простыню и рухнул в постель.
Сделал большой, глубокий вдох…
Потому что так поступают уставшие люди перед тем, как уснуть, а не потому, что пахло так же, как отдолбаной Лалы Эллисон.
Для протокола: улыбка, которая не сходила с моего лица все три с половиной часа сна, также не имела никакого отношения к чертовой Лале Эллисон.
* * *– Как дела, дамы? – с улыбкой обратился я к парням, когда вошел в квартиру Оуэна. Каждый месяц мы собирались, чтобы поиграть в карты. Они уже сидели на своих обычных местах. Я достал упаковку из двенадцати бутылок пива и взял одну себе.
Оуэну не терпелось сдать карты.
– Ты опаздываешь, вот как у нас дела.
– Извините. – Я открутил крышку и бросил ее в центр банка в качестве ставки. – Я только что проснулся после чудесного сна. Следовательно, у меня не было времени сбегать за наличными, так что придется заменить доллары пивными крышками.
Брейден покачал головой.
– Да что с тобой происходит, чувак? И наличных у тебя нет, и спишь днем…
Я ухмыльнулся и указал на свое лицо.
– Мне нужно было хорошенько выспаться. Иначе как я уговорю женщин покупать мне выпивку, когда у меня нет наличных?
Колби усмехнулся.
– Подай-ка мне пива, придурок.
Я достал еще одну бутылку и перехватил ее рукой, как метрдотель, демонстрирующий бутылку шампанского.
– Искренне надеюсь, что этот год придется вам по вкусу.
Оуэн обошел стол, сдавая карты.
– Ты в каком-то подозрительно хорошем настроении. Я так понимаю, сегодня днем ты валялся в постели не один?
Я глотнул пива и откинулся на спинку стула.
– Совсем один, друг мой. Просто я счастлив находиться здесь с самыми дорогими друзьями.
Колби зажал пивную крышку между большим и средним пальцами и щелкнул. Крышка пролетела по воздуху, отскочила от моего лба и приземлилась в центр стола.
– Полагаю, моя ставка составляет два доллара, – ухмыльнулся я.
Оуэн закончил раздавать по пять карт каждому и отложил колоду.
– Кто-нибудь из вас помнит, как скоро у нас в квартиру заселяется человек с Airbnb?
– Вроде бы есть одно бронирование на конец месяца, но на этом все. Мы открыли календарь только на полгода.
– Мы можем отменить бронь?
Я пожал плечами.
– Человеку это вряд ли понравится. Но да, возможность отменить у нас есть. А что?
Оуэн обвел взглядом всех ребят.
– Потому что Лала получила грант, на который подавала заявку.
Я замер.
– Откуда ты знаешь?
– Она позвонила мне сегодня. Они хотят, чтобы она приступила к работе в понедельник. Это правительственный грант, поэтому, если они не начнут тратить деньги до конца месяца, они потеряют их из своего бюджета в следующем году. Она спросила, сдадим ли мы ей апартаменты. Я сказал, что перезвоню после того, как проверю, свободна ли квартира. Я хотел узнать, как вы отнесетесь к тому, чтобы предложить ей пожить бесплатно. Ее грант рассчитан на шесть месяцев, так что нам придется на полгода отказаться от аренды. Но у нас не было бы этого здания, если бы Райан не сделал нас бенефициарами своего полиса страхования жизни. Думаю, было бы правильно так поступить.
Все парни дружно закивали.
– Абсолютно, – добавил кто-то.
Но я застрял на первой фразе Оуэна.
– Почему она позвонила тебе, а не мне?
Он пожал плечами.
– Наверное, потому, что я красивее. О, и я взрослый человек,который не ложится днем подремать.
Я был оскорблен тем, что Лала позвонила Оуэну, но, когда Колби многозначительно скосил на меня глаза, я всеми силами постарался это скрыть.
– Да, конечно. Все в порядке.
– Значит, мы все за то, чтобы предоставить ей апартаменты бесплатно? – спросил Оуэн.
Все кивнули.
– Тогда решено, – сказал он. – Я перезвоню ей позже и сообщу, что у нее есть место, где она может остановиться на столько, сколько ей понадобится.
* * *– Привет, хорошо, что ты дома.
Я открыл дверь своей квартиры и обнаружил там Оуэна.
– Что-то случилось?
– Сегодня около двух должна приехать Лала, а мне только что позвонил клиент. Они хотят, чтобы я немедленно показал им апартаменты, потому что они очень заинтересованы, а у меня уже есть предложение от другого агентства. Я должен был помочь Лале и Уоррену перевезти ее вещи. Не мог бы ты подсобить им вместо меня?
Мне было неловко говорить «нет». Но доктор Клизма-Придурок должен быть в состоянии нести коробки сам. Квартира была полностью меблирована, так что ему не придется тащить громоздкие вещи.
– Извини, не могу. – Я пожал плечами. – У меня планы.
– Черт. Ладно. Попробую позвонить Брейдену и Колби.
– Хорошо. Удачи!
– Спасибо, чувак.
Оуэн собрался уходить, но обернулся.
– Кстати, прошлой ночью я снова застал Фрика и Фрэка, подростков из 410-й, на крыше. У них были ведра с водой, и на этот раз они пытались вылить их на ничего не подозревающих пешеходов.
– Серьезно?! Два дня назад миссис Мартин из 408-й позвонила мне и пожаловалась, что они всю ночь включали музыку на полную катушку. Когда я поднялся сказать им, чтобы они прекратили, они были дома одни. Мне показалось, что я их напугал. А оказывается, что нет. А их мать ты в последнее время видел?
– Не-а. И арендную плату мы в этом месяце тоже не получили.
Я покачал головой.
– Они достаточно взрослые, чтобы обходиться без няни, но недостаточно взрослые, чтобы жить одни. Я узнаю, дома ли их мать, и поговорю с ней, если она там.
– Спасибо.
Я закрыл дверь. Я чувствовал себя куском дерьма из-за того, что сказал, что не могу помочь Лале. Но последнее, что мне было нужно, – это находиться рядом с ней и ее женихом. Поскольку она переезжала в апартаменты по соседству, я услышу, когда они приедут, и буду чувствовать себя еще большим подонком из-за того, что прячусь в своей квартире. Мне нужно было срочно скрыться, и я пролистал свои контакты в поисках кого-нибудь, с кем можно было встретиться. Долго листать не пришлось.
Я несколько раз ходил на свидания с Анной, а на прошлой неделе столкнулся с ней в метро. Она попросила меня ей написать. Что я и сделал. Я пригласил ее на дневной фильм, хотя смотреть его мне было неинтересно. Она ответила быстро, ее голос дрожал от радостного предвкушения, отчего я снова почувствовал себя дерьмово.
Я хотел уйти до того, как приедет Лала. Поэтому, приняв душ, я решил не спеша прогуляться до центра к кинотеатру, возле которого договорился встретиться с Анной через час. Но выйдя на улицу, я заметил перед нашим домом какую-то суматоху. Какой-то парень кричал и размахивал руками, стоя возле желающей припарковаться машины. Тем временем другая машина уже наполовину въехала на это парковочное место задним ходом. Только когда из другой машины вышла женщина и захлопнула дверцу, я понял, что кричат на Лалу. Черт. Я подбежал как раз в тот момент, когда к ней ринулся другой водитель.
– Привет. – Я встал перед ней и поднял руки. – Притормози, приятель. Что происходит?
Лала указала на парня.
– Я пыталась сдать назад, а он выскочил из ниоткуда и пытается занять это место. Когда я сворачивала на парковку, его позади меня не было.
Я посмотрел на парня. Лысый, с большим животом и румяным лицом.
– Послушай, чувак, леди сегодня переезжает жить в это здание.
– Мне насрать, куда она переезжает, – выплюнул он. – Я первый увидел это место.
– Неправда! – подбоченившись, возразила Лала.
– Ну же, приятель. Даже если ты оказался здесь первым, неужели ты не можешь побыть джентльменом и уступить ей это место? – Я указал на заваленное коробками заднее сиденье ее машины. – У нее куча вещей, которые нужно перенести в квартиру.
Он скрестил руки на груди.
– Отсоси.
– Очень мило. – Я покачал головой. – Ты прям душка.
Лала открыла заднюю дверцу своей машины.
– Ладно. Если не собираешься отъезжать, я оставлю свою машину припаркованной как есть и отнесу коробки наверх. У меня их много, так что если хочешь ждать, пока я закончу, знай: я управлюсь нескоро.
– Ох, Лала, – наклонился я и зашептал. – Сомневаюсь, что тебе следует оставлять машину припаркованной вот так.
Она поджала губы, полезла в машину и все равно схватила коробку.
– Ну и что.
Я посмотрел на парня и пожал плечами.
– Ты слышал леди. – Я взял в руки несколько коробок, и мы с Лалой направились к входной двери здания. Парень закричал что-то о том, что ее машину немедленно отбуксируют.
Лала остановилась в дверях и крикнула:
– Иди пососи, дебил!
Внутри лифта я ухмыльнулся.
– Это было красноречиво!
Она поставила коробку и показала мне дрожащую руку.
– Наверное, это был выброс адреналина, потому что я вся дрожу. Как цыпленок-переросток.
– А я почти поверил, – усмехнулся я.
Лифт зазвенел на нашем этаже, и я подбородком показал Лале выйти первой. На полпути по коридору дно нижней из трех коробок, которые я держал в руках, прорвалось, и все содержимое вывалилось на пол.
– Блин.
Мы с Лалой опустили коробки на пол, и я попытался снова запечатать дно, где оторвался скотч, после чего покачал головой.
– Она не выдержит. Я поставлю эту коробку посередине двух других, чтобы снизу была опора, тогда мы сложим все обратно и занесем вещи в квартиру.
– Хорошая идея.
Мы сгребли все обратно в коробку и уложили сверху третью. Лала взяла свою коробку, и мы прошли еще пять или шесть шагов… пока коробка в ее руках не порвалась, и содержимое не рассыпалось по всему полу.
– О нет! – Лала наклонилась. – Скотч что ли не держит?
– Старый скотч теряет липкость. Сколько лет было ленте, которой ты обматывала эти коробки?
Она скорчила гримасу.
– Я нашла этот скотч в шкафу Райана. Я почти уверена, что он лежал там с тех пор, как мы упаковали кое-что из его одежды для «Гудвилл» через несколько месяцев после его смерти.
Вот дерьмо.
– Ты замотала этим скотчем все коробки?
Она кивнула и прикусила нижнюю губу. Я усмехнулся.
– У меня в квартире есть упаковочная лента. Мы возьмем ее и укрепим остальные коробки, а уж потом поднимем их наверх.