– Нет, это не гипноз, – возразил Рунов. – Изобретение чисто техническое. Я запрограммировал кассету на нужное воздействие. Не обязательно иностранный язык, всё что угодно! Моё открытие имеет довольно широкий спектр применения. И это может стать настоящим переворотом в области науки, в сфере образования! С помощью моей методики…
– Стоп! – Эльдар Абрамович хитро посмотрел на своего собеседника. – Объясните-ка мне лучше принцип действия вашей, гм… кассеты.
– Всё не так сложно. Человеческий мозг воспринимает лишь те потоки информации, с которыми знаком – встречался ранее. Вы слышите только музыку, а на самом деле здесь ещё несколько источников звукового сопровождения, которые остаются за кадром. Они записаны в другой тональности и неразличимы. Но это заряд! Он действует напрямую на ваше подсознание, минуя барьеры, защищающие функциональную часть мозга от безграничного подсознательного пространства…
– Хватит! – Камазов схватился за голову. – Я решительно ничего не понимаю. Говорите нормально, у меня мозги не железные.
– Скажу проще. Вам и вашему учреждению моё открытие принесёт огромные доходы и всемирную известность.
– Подождите-ка. Теперь я, пожалуй, начинаю кое-что понимать. Но расскажите мне, молодой человек, почему вы пришли именно сюда, а не стали получать всемирную известность в одиночестве?
– Потому что нельзя останавливаться на достигнутом. Нужно продолжать поиски! Впереди открывается столько возможностей, что вы даже не представляете, какие нас ждут перспективы!
– Отчего ж, представляю. Но, как я догадался, вам нужны средства.
– Конечно! – горячо воскликнул изобретатель. – Соорудим специальную лабораторию и будем экспериментировать дальше. Теперь вы поняли всю грандиозность моих планов?
– Какие у вас ещё с собой кассеты? – задумчиво спросил Камазов.
– Курс английского, испанского, литература…
– Тамара! – неожиданно громко крикнул он. – Зайди сюда!
На пороге появилась растрёпанная секретарша.
– Ты чем занимаешься в рабочее время?
– Причёску в порядок привожу.
– Причёску? Ты английский знаешь?
– Не-а, – пожала плечами она.
– А надо бы, в таком серьёзном учреждении работаешь! Садись, слушай музыку!
Секретарша удивлённо взглянула на своего начальника, и скромно присела на стоящий рядом диван.
– Включай, учёный, свою бандуру! Будем теперь учить английский.
Рунов сменил кассету, и из динамиков послышался грустный голос Виктора Цоя:
Я сижу и смотрю в чужое небо из чужого окна,
И не вижу ни одной знакомой звезды.
Я ходил по всем дорогам и туда и сюда,
Обернулся и не смог разглядеть следы…
Камазов дымил сигаретой и сидел как на иголках. Едва дождавшись окончания песни, он вопросительно уставился на секретаршу:
– Ну?
– Что – ну? – переспросила она.
– Говори по-английски, не нукай. Тебя учёный зарядил!
Секретарша недоумённо перевела взгляд на Рунова.
Эльдар Абрамович сам попытался сказать что-нибудь на незнакомом ему наречии, но на языке крутились только немецкие ругательства.
– Что такое? – спросил он у изобретателя.
– Вот! – Рунов поднял указательный палец вверх. – Мы подошли к самой сути. Ваше подсознание получило информацию, но вы ей ещё не владеете, потому что не устранена главная преграда.
Он снова включил магнитофон и обратился к секретарше:
– Do you understand me??
– Yes, of course?
– Say something in English, please.?
– Let’s continue our dialog in more comfortable place…?
– О чём вы там болтаете? – не выдержал Камазов. – Почему я ни черта не понимаю?
– А ваше информационное поле оказалось заблокированным, – пояснил изобретатель. – Вы сами себе поставили блок, попытавшись прийти к подсознанию логическим путём.
– Хватит меня опять загружать своими заумными лекциями! – прорычал Камазов. – Тамара, принеси нам кофе!
Эльдар Абрамович вскочил с кресла и нервно заходил по кабинету. Его мозг работал в усиленном режиме, просчитывая возможную прибыль и издержки подобного производства. Наконец щёлкнула последняя клавиша, выдав окончательный результат. В этот момент вошла секретарша, держа в руках поднос с дымящими напитками.
– Никого ко мне не пускать, будут звонить – я занят! – распорядился Камазов и внимательно посмотрел на собеседника. – Признаюсь, ваше изобретение действительно имеет ценность, – вкрадчиво произнёс он. – Сколько времени понадобится на то, чтобы запустить его в производство?
– От силы два-три месяца, – после некоторой паузы отозвался Рунов. – Но это ещё не предел! – поспешно добавил он. – Необходимо двигаться дальше. Следующая задача, которую предстоит решить…
– Предупреждаю сразу, – перебил его Камазов, – я здесь директор, так что впредь давайте без глупостей, изъясняйтесь нормальным языком, а не этими… вашими заумными словечками.
– Хорошо, я не буду вдаваться в технические подробности. Просто представьте себе на минуту, что при помощи этого изобретения мы сможем изменить весь мир! Поменять всю нашу жизнь к лучшему.
– Это как же? – спросил Эльдар Абрамович, отхлебнув кофе.
– В идеале мы сможем уничтожить зло, прекратить все войны…
– Что за фигня! – выругался Камазов и подбежал к открытому окну. – Тамара, твою мать, когда ты научишься варить нормальный кофе! – Он выплеснул содержимое чашки в окно и, немного подумав, отправил туда и саму чашку. – Что за секретарша, блин! Так что ты там говоришь насчёт изменения жизни?
– Знаете, – вдохновенно продолжал изобретатель, – высшая цель, к которой я стремлюсь, – спасти наш погибающий мир!