Жила здесь женщина, равная в росте и ширине. Огромная, как гора. Её кожа блестела от жира, будто она обмазывалась маслом. И рот у неё был, как у жабы.
А ещё мимо стойки часто проходила вполне красивая дама. Вот только на её щеках были шрамы, словно ей их разрезали от уголков губ, а затем зашили. Был парень, который всегда прятал нижнюю часть лица, поднимая воротник пиджака, как герой детектива. Никогда не видел столько странных людей в одном месте.
Хотя были здесь и самые обычные жильцы, которые ничем особенно не выделялись. Были и симпатичные, такие как Рия, которая всегда со мной здоровалась и улыбалась.
Сегодня она подошла к стойке ранним утром и сказала:
– Привет, Женя.
– Привет, Рия, – ответил я.
– Как у тебя дела? – спросила девушка. – Грустный ты какой-то. Не проснулся ещё?
– Плохо сплю после того, что видел, – признался я. – Ты знаешь, что случилось с твоими соседями?
– Ты про деда с бабкой? Ага. Мне сказали, что они умерли.
– А ты знала, что они оказались одним целым? Сросшиеся, как сиамские близнецы. Наверное, эти люди и были сиамскими близнецами. Ног у них тоже не было, ходили на руках друг друга!
Большие глаза девушки стали ещё круглее. Она присвистнула и сказала:
– Сколько здесь живу, столько и удивляюсь.
Я забылся и начал размышлять вслух:
– Одного не пойму: как у них был устроен контроль над телом? Они ведь по очереди выходили из дома: один день – старик, другой день – старуха.
Рия остановила меня справедливым замечанием:
– Вот ещё об этом думать! Забудь. Это не наше с тобой дело. Правильно?
– Правильно, – ответил я.
– Ладно, до вечера, Женя, – девушка ушла, оставив за собой лёгкий сладковатый аромат духов.
В нём были нотки шоколадного пломбира. И мне сразу захотелось есть. Я подумал, что надо отлучиться и сбегать до палатки с шаурмой на другой улице, но тут явился посторонний.
Это был мужчина, подозрительно похожий на пройдоху. Он улыбнулся с самого порога, показав все свои зубы, а глаза так и бегали. У него были редкие брови и отросшая седина под чёрной шевелюрой. На него плече висела массивная чёрная сумка размером с мешок Деда Мороза.
– Здравствуйте, я пройду, поторгую! – он пытался пробежать мимо стойки.
Я быстро поднялся и преградил ему путь:
– Куда? Всех посетителей регистрируем.
– Да зачем все эти формальности? – мужик осторожно смахнул крошку с моего пиджака. – Я час похожу по квартиркам, предложу людям вещи… разные, полезные!
– Какие вещи? – спросил я с нажимом.
Мужчина поставил сумку на пол и начал выкладывать свой товар прямо на мою стойку:
– А вот смотрите: ножи, столовые приборы, всякая техника – всё качественное, импортное. Или вот регуляторы напряжения на розетки – без них техника ломается. Хотите себе взять?
Во всех этих вещах была заметна дешевизна. Столовые приборы с осыпающейся позолотой, фен из плохого пластика, воняющий клеем. Копеечные китайские товары, которые и даром не нужны.
– И сколько же это добро стоит? – спросил я, уже поняв, что он из тех «коробейников», которые продают наивным старикам самый дешёвый товар по завышенным ценам.
– Сейчас у фирмы распродажа, – улыбнулся мужик. – Вот этот набор столовых приборов можете купить всего за семь тысяч, но только сегодня. И к нему идёт подарок…
– Понятно! – отрезал я. – Собирайте своё барахло и на выход.
– Молодой человек, повежливее разговаривайте! – мужчина выпрямил спину и убрал волосы со лба. – У нас разница в возрасте всё-таки.
– На выход! – я начал кидать его вещи обратно в сумку.
– Мне нужен час поработать! – упрашивал он и вдруг перешёл на «ты». – Тебе не надо – людям надо! Ну, хочешь, чайник подарю? У тебя, наверное, старый, а этот смотри какой!
– Я здесь для того, чтобы такие чайники, как ты, никогда не заходили. Мужик, вали отсюда, или я звоню в полицию!
Наконец торговец меня понял, накинул сумку и пошёл к выходу.
– Давай! Звони! – крикнул он. – Если попадёшь по кнопкам своими сардельками. Жирдяй…
– Чего сказал?! – я побежал за ним, а он уже хлопнул дверью.
Раньше меня так не оскорбляли. Но я и правда малость располнел после расставания с девушкой. Всё заедал стресс всяким фастфудом.
Я подумал, что пора бы переходить на другую еду. Только не прямо сейчас, когда уже настроился на шаурму.
Надеясь, что в ближайшие пятнадцать минут ничего не случится, я отправился на соседнюю улицу за едой. По привычке попросил побольше соуса, но потом отменил пожелание, посмотрев на свой живот.
Когда я возвращался, то опять увидел того хмыря. Он крутился около дома и, заметив меня, заскочил в подъезд – понял, что вход никто не охраняет.
– Ах ты! Стой! – крикнул я.
В коридорах на первом этаже его не оказалось. Мне пришлось бежать вверх по лестнице:
– Сейчас допрыгаешься, козёл!
На втором тоже было пусто. Я побежал на третий и ещё на лестнице услышал крик ужаса. А потом хлопнула дверь, и стало тихо.
Я, задыхаясь, преодолел последние ступеньки, заглянул в коридор, а там никого нет. Только огромная сумка валяется на полу в левом крыле, а из неё торчит сковорода из тонкой жести.
Длинный коридор, тринадцать дверей, половина ламп не работает. И как-то не по себе стало от этой тишины. Будто крик продавца до сих пор висел в воздухе. Его сумка лежала напротив восемнадцатой комнаты.
Я подошёл, взялся за ручку, и мне показалось, что она всё ещё вибрировала от хлопка дверью. Или это дрожали мои руки… Постучав, мне довольно быстро открыли.
– Здравствуйте! – на пороге стоял сухой высокий мужчина.