Проклятие сестры

Глава 1. Лихорадка

Лира не верила в предзнаменования. В Сосновом Броде их называли «бабушкиными сказками» — пока не случалось беды. Тогда вспоминали: ворон каркнул трижды, вода в колодце отдала тиной, а младший брат Тимка перестал есть.

Лихорадка пришла в конце лета. Сначала слёг соседский мальчишка, потом ещё двое. Деревенский лекарь разводил руками: «Травы не берут. Не наша это болезнь». Лира поила брата отваром коры ивы, клала на лоб мокрые тряпки. Тимка горел три дня, а на четвёртый — затих.

Она держала его холодную руку и чувствовала, как внутри натягивается невидимая струна — та, что соединяет дух с телом. Струна звенела всё тоньше, и вот уже готова была лопнуть. Старуха-повитуха сказала бы: «Отпусти, не тревожь мёртвых». Но Лира не могла. В ту ночь, когда брат перестал дышать, она вытащила из-под половицы старую книгу — ту, что мать прятала от всех. На обложке вился странный узор: тень, похожая на человеческий профиль, и надпись выцветшими чернилами: «Некромантия — не для живых». Лире показалось, что тень на обложке повернула голову и посмотрела на неё.

Она не помнила, как произнесла слова. Только как воздух в комнате стал тяжёлым, как пламя свечей вытянулось в тонкие струны и зазвенело, а с её ладони сорвалась капля крови — чёрная, как дёготь. Кровь упала на грудь Тимки, и он открыл глаза. Заплакал. Лира захлопнула книгу, и тень на обложке растворилась, будто её никогда не было. И тогда девочка поняла: она сделала то, что нельзя простить. И то, что нельзя отменить.

Слух о воскрешении разлетелся быстрее ветра. Утром на пороге стоял человек в сером плаще. За его спиной перешёптывались соседи. «Ковен Мертвецов ждёт тебя, — сказал он. — Собирай вещи. И не пытайся бежать».

Глава 2. Ковен на костях дракона

Лира собирала вещи в холщовый мешок: две рубахи, гребень, краюху хлеба и книгу. Книгу она завернула в тряпицу и спрятала на самом дне — так, чтобы человек в плаще цвета пепла не видел. Тимка сидел на печи, живой, тёплый, но глаза у него были странные — будто стеклянные. Он не плакал, не звал её. Только смотрел, как она уходит.

— Брат твой жив, — сказал человек. — Но не жилец. Если хочешь, чтобы он дожил до зимы, иди за мной.

Лира хотела спросить, что это значит, но горло сжалось. Она поцеловала Тимку в макушку и вышла. Соседи провожали её молчанием. Кто-то перекрестился, кто-то сплюнул через левое плечо.

Дорога шла через лес, потом через болото, потом через туман. Человек в плаще не оборачивался и не говорил. К вечеру они вышли к ущелью, и Лира увидела Ковен.

Она думала, что это будет замок. Но это был скелет. Огромные рёбра поднимались из земли, как арки, а между ними висели мосты и лестницы. Череп дракона был главным корпусом: в глазницах дрожали зелёные огни, как гнилушки, а пасть служила воротами. На зубах сидели вороны. Лира поёжилась.

— Ковен Мертвецов, — сказал человек. — Твой новый дом.

У ворот их встретила девушка с зашитым ртом. Нитки были чёрные, а узел — аккуратный, как у портного. Девушка молча протянула Лире деревянную бирку с номером. Потом показала на коридор, уходящий вглубь черепа.

Внутри было холодно. Вдоль стен тянулись витрины с костями, банками и странными инструментами. Студенты в мантиях ходили мимо, не глядя друг на друга. У одного парня тень была больше, чем он сам, и двигалась отдельно. У другой девушки на затылке рос второй рот, который беззвучно шевелился.

Лира сжала мешок. Ей хотелось убежать.

В регистрационном зале стоял пьедестал, а на нём лежала костяная игла длиной в ладонь. Человек в плаще сказал:

— Приложи ладонь. Это учёт.

Лира не хотела прикладывать ладонь. Но толпа сзади надавила, кто-то толкнул её под локоть, и рука сама легла на иглу. Остриё вошло в кожу — не больно, холодно. Из пальца выступила капля крови, и игла выцарапала в воздухе её имя: «Лира из Соснового Брода». Буквы повисели и втянулись в кость.

— Что ты отдашь? — спросила игла голосом, похожим на скрип.

— Я уже заплатила, — прошептала Лира.

— Недостаточно, — сказала игла. — Но я приму долг.

Кость треснула. Из трещины вырвалась тень, тонкая, как нить, и вошла Лире в грудь. Она вскрикнула. Студенты не обернулись — будто крик был частью учёта. Человек в плаще смотрел на неё с непонятным интересом.

— Артефакт выбрал тебя, — сказал он. — Игла не впервые выбирает сама. Это уже не моя воля.

А потом в её голове зазвучал голос. Низкий, насмешливый, чужой.

— Наконец-то. Я ждал триста лет. И ты, девочка, теперь моя должница. Или я — твой. Это как посмотреть. И не вздумай меня хоронить. Я уже пробовал.

Глава 3. Первый долг

Лира не спала всю ночь. Ей отвели комнату в левом ребре дракона — узкую, как пенал, с окном из слюды и кроватью, пахнущей пылью и лавандой. Лаванда показалась ей странной: в Ковене Мертвецов меньше всего ожидаешь запаха трав.

— Это чтобы заглушить вонь, — сказал голос из тени.

Лира подскочила. Тень у её ног дрогнула, будто под землёй прошёл корень, а потом из пола проросли чёрные нити и сложились в плоский силуэт с руками и головой. Силуэт повёл плечом — до жути по-человечески.

— Ты... — прошептала Лира.

— Азраил, — сказала тень. — Триста лет никто не произносил моего имени вслух. Приятно, хоть и не тебе.

Лира схватила со стола подсвечник и замахнулась. Тень засмеялась — тихо, как шелест страниц.

— Не поможет. Я в твоей тени. Убьёшь меня — умрёшь сама. Таков долг.

— Какой долг?

— Костяная игла взяла с тебя не только кровь. Она записала тебя в должники. Каждое заклинание, которое ты произнесёшь, будет брать плату. Ты будешь чувствовать, как из тебя уходит что-то. Тепло. Память. Или годы жизни. А я — я буду смотреть. И, возможно, подсказывать. Если ты будешь вежливой.

Лира села на кровать. Подсвечник она не выпустила.

— Мне не нужен наставник.

— А мне не нужна наивная деревенская девочка, — отрезал Азраил. Тень сжалась, и Лира вдруг почувствовала, как грудь сдавило, будто на неё сел невидимый кот. — Но у нас нет выбора. Кто-то в Ковене убивает студентов. Ты видела парня с отдельной тенью? Сегодня утром его нашли в библиотеке. Глаза открыты, а тени нет. Душа выпита. И это не первый случай.

Лира вспомнила парня с тенью больше его самого. Ей стало холодно.

— Почему ты мне помогаешь?

— Потому что тот, кто пьёт души, использует ритуал, который я знаю. И если он завершит его, вернётся мой старый враг. Я не хочу, чтобы он вернулся.

Утром Лира вышла в коридор и наткнулась на девушку с зашитым ртом. Та стояла у двери и держала поднос с кашей. Глаза у неё были красные, как у кролика, которого долго держали за уши. Лира хотела спросить, как её зовут, но девушка сунула поднос в руки и убежала.

На первом уроке — «Основы долговой магии» — преподаватель, сухой старик с костяными пальцами, велел студентам поднять руки и почувствовать свои долги. Пальцы у старика щёлкали, когда он сгибал их. Лира закрыла глаза. Внутри она увидела чёрные нити, тянущиеся от груди к полу. Они звенели, как струны, и у каждой был свой цвет: одна — болотная, другая — пепельная, третья — толстая, багровая, ведущая к Азраилу.

— У некоторых из вас долг уже неподъёмный, — сказал старик, глядя прямо на Лиру. — Такие обычно не доживают до конца первого года.

Азраил шепнул из тени:

— Он врёт. Долг можно выплатить. Но для этого нужно знать, кому платишь.

На перемене Лира услышала, как старшекурсники шептались: третья жертва за месяц. И все — с пустыми глазами. И все — с меткой на груди: круг с тремя точками.

Азраил замолчал. А потом сказал очень тихо, и его голос впервые дрогнул:

— Похоже на... нет. Этого не может быть. Я сам уничтожил их триста лет назад.

— Кого? — спросила Лира.

— Серых Прях. Культ, который пил души, чтобы распутать грань между мирами. Значит, кто-то его восстановил.

— Ты боишься? — спросила Лира.

Тень у её ног замерла. А потом Азраил ответил — так тихо, что Лира скорее угадала, чем услышала:

— Я боюсь не за себя.

И исчез. Тень снова стала обычной тенью — плоской, безмолвной, послушной.

Глава 4. Плата за дыхание

Практические занятия проходили в подвале — там, где рёбра дракона смыкались с позвоночником. Лира спускалась по винтовой лестнице и чувствовала, как холод пробирается под мантию. В подвале пахло землёй и старыми костями.

— Сегодня — подъём мелкой фауны, — объявил преподаватель, тот самый старик с костяными пальцами. Звали его магистр Гверн. — Каждый получает дохлую мышь и пробует поднять её на три секунды. Помните: долг берётся сразу. Не тратьте себя по пустякам.

Лира получила мышь — серую, с переломанной шеей. Она положила её на стол и закрыла глаза. Азраил шепнул из тени:

— Не торопись. Почувствуй нить, которая ведёт от тебя к костям. Не тяни. Просто позови.

Лира позвала. Мышь дёрнула лапкой. Потом ещё раз. И вдруг села, повела головой — и посмотрела на Лиру глазами, как две капли дёгтя.

— Одна секунда, — сказал Гверн. — Ещё две.

Лира держала. Мышь пищала, пытаясь вырваться. А потом открыла рот и заговорила голосом её матери:

— Лира, ты меня забываешь.

Лира вскрикнула и разорвала нить. Но было поздно: что-то тёплое, как молоко, ушло из неё. Перед глазами вспыхнуло воспоминание: мать поёт над колыбелью, её лицо, голос. А потом — пустота. Лира не смогла вспомнить, какого цвета были у матери глаза. Только голос — и тот теперь звучал из мёртвой мыши.

Мышь упала. Гверн кивнул:

— Две секунды. Приемлемо для новичка.

Лира стояла, глядя на свои руки. Она только что отдала часть себя. За мёртвую мышь.

— Ты идиотка, — сказал Азраил, когда они вышли в коридор. — Ты могла выбрать пустяковое воспоминание. Запах пирога. Цвет платья. А ты отдала лицо матери.

— Я не знала, как выбирать!

— Теперь знаешь. Больше никаких пустяков.

Он замолчал. Лира шла по коридору и чувствовала, как тень за спиной дрожит — будто Азраил сдерживался, чтобы не сказать что-то ещё.

На следующий день нашли четвёртую жертву. На этот раз — парня с отдельной тенью. Его тело лежало в библиотеке, а на груди был выжжен круг с тремя точками. Рядом стояла девушка с зашитым ртом. Она смотрела на тело и беззвучно плакала.

Лира подошла к ней.

— Ты знала его?

Девушка кивнула. Потом достала из кармана клочок бумаги и написала: «Он был моим братом».

Лира почувствовала, будто в груди лопнула струна.

— Я найду того, кто это сделал, — сказала она.

Азраил фыркнул из тени:

— Героиня из Соснового Брода. Ты не сможешь найти даже собственную тень без моей помощи.

— Тогда помоги мне, — отрезала Лира. — Ты же хочешь остановить культ.

Тень замерла. А потом Азраил сказал:

— Ладно. Но сначала ты должна научиться защищать себя. Завтра в полночь. В галерее костей. И возьми с собой что-нибудь острое. И запомни: ты будешь делать то, что я скажу. Без вопросов. Иначе я замолчу, и ты никогда не найдёшь убийцу. А если нарушишь условие — я заберу твоё тело раньше, чем ты найдёшь убийцу.

Ночью, когда Лира уже легла, тень у кровати зашевелилась. Азраил появился из-под пола — молча, без насмешек.

— Слушай, — сказал он. — То, что ты сделала сегодня с мышью. Это было не просто заклинание. Ты отдала воспоминание о матери. Знаешь, почему это плохо?

— Потому что я больше не помню её лица?

— Потому что память — это якорь. Чем больше ты отдаёшь, тем меньше тебя остаётся. В какой-то момент ты перестанешь помнить, кто ты. И тогда долг заберёт всё остальное.

Лира села на кровати.

— Ты поэтому не хочешь, чтобы я тратила себя? — спросила она тихо. — Тебе не всё равно?

Тень дёрнулась. Азраил ответил не сразу. И когда ответил, Лира вдруг почувствовала, как на секунду её сердце пропустило удар и забилось в чужом ритме — медленном, как у мертвеца.

— Мне не всё равно, что я могу остаться без носителя. Это эгоизм. Не путай с заботой.

И исчез. Лира почувствовала холод в груди — как будто кто-то только что отпустил её сердце.

Она лежала в темноте и думала: «Он врёт. Он боится. Но не за себя».

Глава 5. Галерея костей

Галерея костей находилась в хвостовой части дракона. Лира шла по коридору, освещённому синими лампадами, и чувствовала, как пол под ногами пружинит — это позвонки, сросшиеся в мостовую. По стенам тянулись витрины: черепа, рёбра, когти, свитые в спирали. Некоторые экспонаты были подписаны: «Магистр Орвин, подавился рыбной костью», «Студентка Мила, развоплощена на третьем курсе».

Азраил появился из тени — на этот раз не из-под ног, а из-за ближайшей витрины, будто вышел из-за угла.

— Опоздала на две минуты, — сказал он. — Я почти начал думать, что ты струсила.

— Я не струсила. Я заблудилась.

— В Ковене нельзя заблудиться. Можно только найти не то, что искал. Запомни это.

Он повёл рукой, и в центре галереи вспыхнул круг — кости на полу засветились изнутри, как гнилушки в темноте. Лира ахнула.

— Встань в круг, — сказал Азраил. — И достань то, что я велел.

Лира вытащила из-за пояса кухонный нож — единственное острое, что нашла. Азраил засмеялся:

— Нож. Против некроманта. Гениально.

— Ты сказал «что-нибудь острое».

— Я имел в виду не это. Но ладно. Нож тоже пригодится. Положи его перед собой и слушай.

Он объяснил: чтобы защищаться от некромантии, нужно научиться чувствовать чужие долговые нити. «Каждый, кто колдует, оставляет след — тонкую нить, которая тянется от него к жертве. Если ты научишься их видеть, ты сможешь перерезать чужую нить прежде, чем она коснётся тебя».

Лира закрыла глаза. Сначала ничего. Потом — звон, тонкий, как комариный писк. Она открыла глаза и увидела: от Азраила тянулась нить — багровая, толстая, пульсирующая. Она вела к её груди.

— Видишь? — спросил он. — Это наш долг. Ты можешь его перерезать. Но тогда я исчезну. А ты не хочешь, чтобы я исчез.

— Не хочу?

— Не хочешь. Потому что без меня ты не найдёшь убийцу. А теперь попробуй увидеть чужую нить. Не мою. Вон там.

Он указал на дальний конец галереи. Лира прищурилась. В темноте что-то блеснуло — тонкая серебристая нить, тянущаяся от пола к потолку. Она вела к двери, которой Лира раньше не замечала. Дверь была увита костями, а на ней — круг с тремя точками.

— Это метка Серых Прях, — сказал Азраил. — И нить свежая. Кто-то был здесь недавно.

Лира шагнула к двери. Азраил схватил её за плечо — вернее, тень схватила, но Лира почувствовала холодное прикосновение, будто её окунули в прорубь.

— Стой. Ты не готова.

— Я должна посмотреть.

— Должна — не значит можешь. — Он помолчал. — Ладно. Но сначала — урок. Попробуй перерезать мою нить. Не до конца. Только надрежь.

Лира взяла нож. Провела лезвием по багровой нити. Та зазвенела, как струна, и Азраил вскрикнул — впервые за всё время. Тень дёрнулась, и на секунду Лира увидела не плоский силуэт, а лицо. Молодое, бледное, с тёмными глазами, полными боли. Глаза смотрели на неё — живые, человеческие. А потом исчезли.

Лира почувствовала, как из неё уходит что-то тёплое. Воспоминание: первый снег, ей пять лет, она ловит снежинки ртом.

— Хватит! — Азраил тяжело дышал, хотя у тени нет лёгких. — Ты сделала всё правильно. Но запомни: надрезать чужую нить — значит платить своей. Всегда.

Он отвернулся.

— Не смотри на меня так, — сказал он тихо.

— Как?

— Как будто я человек.

Лира посмотрела на дверь с тремя точками.

— Что за ней?

— Не знаю. Но если Серые Пряхи там, то скоро узнаем.

В этот момент из-за двери донёсся звук шагов. Азраил растворился в тени. Лира прижалась к витрине и затаила дыхание. Дверь приоткрылась, и в галерею выскользнула фигура в сером балахоне. Лица не было видно — только руки, длинные, с костяными пальцами, и на каждом пальце — кольцо с чёрным камнем. Фигура бормотала что-то себе под нос, а вокруг неё вилась серебристая нить, которую она несла, как поводок. На конце нити трепыхалась полупрозрачная фигурка — чья-то душа.

Лира зажала рот рукой. Нож в её руке дрогнул и звякнул о кость. Фигура остановилась. Лира замерла. Секунда тянулась, как час. Потом фигура повела плечом и пошла дальше. Дверь закрылась.

Азраил появился снова — бледнее обычного, если тень может быть бледной.

— Это был магистр Гверн, — сказал он тихо. — Я узнал кольца. Он носил их триста лет назад. Значит, он не человек. Или не совсем человек.

— Ты видел его лицо? — спросила Лира.

— Нет. А ты?

— Нет.

— Хорошо. Значит, он всё ещё человек. Пока.

Глава 6. Шёпот в библиотеке

После встречи с Гверном Лира не могла уснуть. Она лежала в постели, глядя в окно из слюды, и слушала, как где-то в рёбрах дракона скрипят половицы. Азраил молчал — но она чувствовала его присутствие, как ледяного червя, поселившегося в животе.

— Ты не спишь, — сказал он наконец. — Думаешь о двери.

— Думаю о том, что за ней.

— И что ты собираешься делать? Ворваться туда с кухонным ножом?

— Я собираюсь узнать больше. В библиотеке должны быть книги о Серых Пряхах.

Тень у кровати шевельнулась.

— В библиотеке есть запретная секция. Туда пускают только старшекурсников. Но есть один способ... — Он замолчал.

— Какой?

— Я могу провести тебя. Но это будет стоить. Не мне — тебе. Ты отдашь ещё одно воспоминание. Не такое сильное, как лицо матери. Но всё же.

Лира сглотнула. Она вспомнила, как легко ушло воспоминание о первом снеге. Как будто кто-то вырезал кусочек её жизни ножницами.

— Хорошо, — сказала она. — Но не сейчас. Сначала я хочу поговорить с девушкой с зашитым ртом. Она знала того парня. Может, она видела что-то ещё.

Азраил фыркнул:

— Она не может говорить.

— Она может писать.

Утром Лира нашла Вейлу в столовой. Девушка сидела в углу, ковыряла кашу и не смотрела ни на кого. Лира села напротив.

— Меня зовут Лира. Я хочу найти того, кто убил твоего брата.

Вейла подняла глаза. В них были слёзы, но зрачки — сухие, будто она выплакала всё ещё вчера. Она достала из кармана огрызок карандаша и клочок бумаги. Написала: «Зачем тебе?» — и сразу же прикрыла листок ладонью, будто пожалела о написанном.

— Потому что он убьёт ещё кого-то. Может, меня.

Вейла недоверчиво прищурилась. Написала: «Все так говорят. А потом боятся».

— Я не боюсь, — сказала Лира. — Я видела Гверна ночью. В галерее костей. Он нёс душу на поводке.

Вейла вздрогнула. Её рука с карандашом задрожала. Она написала: «Ты видела?»

— Видела. Серебристая нить, а на конце — полупрозрачная фигурка. Он шёл к двери с тремя точками.

Вейла долго смотрела на неё. Потом написала: «Он несёт их вниз. В подземелье. Там что-то есть».

— Что?

«Не знаю. Но брат говорил, что слышал оттуда пение. Как будто кто-то поёт колыбельную».

Лира почувствовала, как ледяной червь в животе свернулся клубком. Азраил прошептал из тени:

— Колыбельная. Серые Пряхи пели колыбельные душам, чтобы они не сопротивлялись. Значит, ритуал уже идёт.

— Сколько ещё душ им нужно? — спросила Лира.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.