Аксиома

Глава 7. Акулы

Отплевавшись горько-соленой зеленой водой, я наконец смог оглядеться. Вокруг простиралась бескрайняя зеленоватая водная гладь. Волк беспокойно вертел головой, сканируя горизонт.

– Где корабль? Ты говорил, нас встретят.

– Должен быть здесь… – Джейк продолжал высматривать что-то вдали. – Мы точно следовали инструкциям: дата прыжка – двадцать шестое мая, время – девять вечера…

Я замер в воде:

– Подожди… ты сказал – девять вечера? Джейк, сейчас только семь часов! Мы прыгнули в девятнадцать ноль-ноль!

Волк уставился на меня, в его глазах постепенно проступало осознание катастрофы. Он мотнул головой:

– Проклятье! Перепутал девять вечера с девятнадцать ноль-ноль. Мы перешли на два часа раньше! Окно действительно открывается в семь вечера, и дежурный менталист нас забросил, заметив маячки. Но корабль будет здесь только в девять.

– А почему твойменталист не забросил нас рядом с кораблем?

– Не знаю… у него есть предписанные координаты. Вообще-то должен был подумать перед переносом.

– Они знают, что мы не туда попали?

– Думаю, да.

Я вздохнул, странным образом не слишком удивившись: мы с Волком близнецы, пусть и из разных миров, и я, признаться, тоже постоянно путаю важные детали. Однажды забронировал водный парк за день до вылета, в другой раз заказал машину в одном аэропорту, а прилетели мы в совершенно другой. Особенно всем запомнилась история в Тбилиси, где я забронировал отель на месяц позже приезда.

– Похоже, придется поплавать часок-другой, – я оглядел бескрайнюю водную гладь.

Волк фыркнул, разбрызгивая воду:

– Максимум полтора часа. Я уверен, они уже полным ходом идут к нам.

– Хорошо хоть сейчас день, а не ночь. И море спокойное.

Волк покачивался на зеленоватых волнах, лениво перебирая лапами, время от времени поглядывая вдаль.

– Слушай, спасибо за жилет. Был неправ, когда говорил, что не нужен. Плавать я умею, но держаться на воде столько времени…

– Пустяки. Лучше перестраховаться, чем потом спасать тонущего волка.

Через час в воде, вероятно из-за пережитого, я проголодался и достал протеиновый батончик из водонепроницаемого пакета. Только успел откусить первый кусочек, как Волк резко развернулся ко мне.

– Убери это! Немедленно!

– Почему?

– У обитателей этого мира хорошо развито обоняние, – Волк смотрел на меня с неподдельным страхом. – Они, как акулы в вашем мире, могут чувствовать запах за многие километры. И некоторые из них очень большие и агрессивные.

Я торопливо запихнул батончик обратно и с раздражением посмотрел на Волка:

– Почему ты не упомянул об этом раньше?

– Потому что это не было необходимо, – он отвел взгляд. – Корабль должен был забрать нас сразу после прыжка.

– А если бы что-то пошло не так? Как сейчас, например!

– Не хотел, чтобы ты зря переживал.

– Пе-ре-жи-вал?! – я едва не задохнулся от возмущения. – Джейк, это не про переживания, это базовая безопасность! Я имею право знать, с чем мы можем столкнуться!

– Ты прав.

– Нет, серьезно… Как я могу принимать решения, если не знаю всех… Что?

– Ты прав – мне следовало рассказать обо всех возможных опасностях. Но тебе тоже нужно воспринимать вещи поспокойнее, без психоза.

– Я не психую!

– Безусловно. Я уже сказал – виноват. Но ты тоже прекрати орать. Еще не хватало, чтобы акулы нас услышали!

– Либо мы с тобой партнеры, либо нет, – я постарался говорить спокойнее. – Это означает полное доверие и никаких секретов.

Волк молча кивнул, нахмурившись.

Прошло десять минут напряженного ожидания. Мышцы начали неметь от холода, а вода, хлюпающая в спасательном жилете, вызывала неприятное ощущение на коже. Я почти поверил, что злополучный батончик остался незамеченным и опасность миновала, как поверхность метров в десяти от нас пошла крупной рябью. Подняв голову, я встретился взглядом с Джейком – в его глазах читался ужас. Морда напряглась, уши прижались к голове.

Через секунду я увиделих – огромные тени, скользящие в изумрудной толще воды. Они появились одновременно с разных сторон, как по команде окружая нас.

– Сколько… их?

– Слишком много, – голос Джейка звучал глухо. – Не делай резких движений.

Тени двигались по сужающимся спиралям, будто дразня нас. Временами одна из них медленно поднималась к поверхности – настолько близко, что я мог различить россыпь фосфоресцирующих пятен на шкуре и странные наросты, похожие на антенны. Затем хищник резко уходил вниз, и на поверхности оставались лишь круги от его движения. Душу холодило ощущение, что нас изучают. Оценивают. Примеряются.

Джейк принял боевую стойку, насколько это, конечно, было возможно в воде. Шерсть на загривке встала дыбом.

Вода вокруг нас начала бурлить. Силуэты становились ярче, отчетливей, ближе. Один из них размером с катер, поднялся почти к самой поверхности. Уродливая голова была покрыта бугристой кожей цвета гнилой зелени. Несколько расположенных полукругом рядов глаз, каждый из которых был размером с тарелку и пульсировал собственным холодным светом. Вдоль боков твари проходили линии острых как бритва плавников.

– Оно смотрит на меня, – я не мог отвести взгляд от чудовища. – Джейк, оно смотрит прямо на меня…

– Не шевелись. Они чувствуют твой страх.

Но это было уже выше моих сил. Накатывающие волны паники захлестнули сознание: «Нет! Не в первый час путешествия. Не от клыков инопланетного монстра. Только не так!»

В голове промелькнули образы семьи, дома, запланированного отпуска в Греции этим летом… И мысль, что я больше никогда их не увижу.

Тварь нырнула глубже и исчезла. Наступила зловещая тишина. Даже плеск волн, казалось, затих.

– Где оно? Куда оно делось?

Вода рядом с нами вздыбилась фонтаном. Гигантская тень вынырнула в нескольких метрах от нас, разверзнув пасть, наполненную рядами переплетенных, как колючая проволока, зубов. Кровь застыла в жилах – она могла бы проглотить меня целиком или как минимум откусить голову.

– Пригнись! – заревел Джейк и рывком оттолкнул меня в сторону.

Воздух разрезал оглушительный свист. Монстр щелкнул пастью лишь в нескольких сантиметрах от моего плеча. Джейк издал рык, который, казалось, шел из самых глубин его существа – вибрирующий низкий звук, полный первобытной ярости. Он прыгнул между мной и чудовищем, оскалив клыки:

– Убирайся!

Я отчаянно колотил ногами по воде, словно это могло отпугнуть зубастую тварь, но каждое движение в воде было мучительно медленным, как в страшном сне, где ты пытаешься бежать, но ноги не слушаются.

Хищник развернулся для новой атаки. Из пасти твари капала фосфоресцирующая слизь, растворяясь в воде светящимися кольцами. Собратья чудовища приближались со всех сторон, мы были окружены, и я сжался, готовясь к неминуемой гибели.

И тут воду сотряс звук настолько низкий и мощный, что я скорее его почувствовал, чем услышал. Он нарастал, превращаясь в мощную волну, пульсирующую вокруг нас, и тени хищников застыли, как парализованные. Затем, один за другим, чудовища начали отступать, растворяясь в глубине.

Из-под толщи воды поднималось существо, похожее на гигантскую касатку, только изумрудно-зеленого цвета, с кожей, переливающейся металлическим блеском. Оно было размером с междугородний автобус, а может, и больше. Шесть глаз – два на голове, светящиеся глубоким индиго, два на кончике мощного хвоста и по одному на спине и брюхе – следили за всем вокруг одновременно, не оставляя слепых зон.

Я сжался, едва дыша, когда огромная голова повернулась в мою сторону. Его глаза, глубокие и странно разумные, смотрели прямо на меня. Я почувствовал, как чужой разум будто прикоснулся к моему сознанию – едва ощутимо, словно касание пера.

– Слава Центру, мы спасены, – Джейк как-то сразу расслабился, напряжение спало с его морды.

– Ты… ты уверен? – мой голос дрожал, слова давались с трудом. Я все еще не мог избавиться от ощущения, что хищники могут вернуться.

– Да, не бойся! Ваф не позволит.

– А он сам нас не сожрет!

– Перестань нести чушь! Вафы самые миролюбивые существа во всей системе.

Я наблюдал, как Джейк и ваф общаются. Он говорил с ним так же, как со мной – без слов, напрямую транслируя мысли.

– Что он говорит?

– Он был на дежурстве, когда мы прыгнули, и пока корабль разворачивался, ваф вызвался проверить, все ли с нами в порядке.

После нескольких минут обмена мыслями я не выдержал:

– Как ты это делаешь? Как разговариваешь со всеми существами?

– Не сейчас. Объясню на корабле, – он указал лапой.

Там, где еще минуту назад была лишь водная гладь, возник силуэт огромного корабля.

– Кораблем управляет человекоподобная раса. Представь себе кентавров, только с собачьими мордами без ушей. Немного странновато выглядят, но они славные ребята.

Джейк был прав – кентавры выглядели как изобретение безумного писателя-фантаста. Их торсы напоминали человеческие, с двумя руками и широкими плечами, но переходили в массивное четвероногое тело. Головы сочетали черты собаки и лошади – вытянутые морды с длинными носами, крупные глаза с вертикальными зрачками, но без малейшего намека на уши. Кожа, покрытая короткой шерстью, переливалась золотисто-песчаными оттенками.

– Не пялься слишком откровенно. Для них ты выглядишь не менее странно.

Один из кентавров протянул руку – пятипалую, как у человека, но с более длинными пальцами, – и помог мне забраться на платформу. От него исходил легкий аромат, напоминающий корицу и свежевыпеченный хлеб.

Корабль выглядел не менее экзотично. Палубы, покрытые бирюзовым материалом с консистенцией упругого желе, пружинили под ногами. Вместо дверей виднелись округлые проемы, затянутые полупрозрачной переливающейся мембраной. Стоило к ней приблизиться, как мембрана расступалась, позволяя пройти, затем смыкалась с тихим чмоканьем.

Внутри корабля стены пульсировали узорами из света. Кентавры грациозно перемещались по коридорам, их копыта издавали мягкий перестук по желеобразному покрытию.

– Это жоль-материал, – Джейк заметил мой интерес к палубе, – живая субстанция, синтезированная специально для кораблей, которая поглощает вибрации, самоочищается и даже немного помогает в навигации, реагируя на магнитные поля.

Нас проводили в каюту, где вместо привычных кресел располагались ниши в стенах, напоминающие огромные птичьи гнезда. Один из кентавров, с замысловатыми золотыми узорами на коже, остался с нами. Его глаза светились любопытством.

– Это Роберт, – представил его Джейк. – Он ученый, интересуется Землей.

–Роберт? Серьезно?

– Его настоящее имя звучит как серия щелчков и свистков, – усмехнулся Джейк. – Назвал его Робертом для удобства.

Через Джейка Роберт засыпал меня вопросами. Больше всего его поражало существование разных стран и наличие войн на Земле.

– У меня к вам столько вопросов! – переводил Джейк. – Мы много знаем о физических параметрах Земли, истории, литературе, но все равно плохо понимаем людей. Расскажи об устройстве вашего мира… как ты это видишь.

Я постарался объяснить принципы устройства земного общества, поведал о разных странах, культурах и религиях. Роберт внимательно слушал, иногда задавая уточняющие вопросы через Джейка. Было заметно, что многие земные концепции казались ему странными и нелогичными.

Наш увлекательный разговор прервал другой кентавр – массивный, с серебристо-серым окрасом, что-то отрывисто прощелкав.

– Нужно отдохнуть перед следующим прыжком, – перевел Джейк. – У нас три часа.

Мы остались в каюте одни. Немного успокоившись, я вернулся к интересовавшему меня вопросу:

– Так и не объяснил, как общаешься со всеми этими существами – с вафом, с кентаврами…

– Видишь ли, волки из Черного леса обладают уникальной особенностью среди всех рас системы миров, – Джейк попытался устроиться поудобнее в своем гнезде. – Наш мозг способен настраиваться на ментальные частоты других разумных существ, независимо от их биологической структуры.

– Как радиоприемник?

– Что-то вроде того.

– И ты можешь общаться с любым разумным существом?

– С большинством разумных существ и даже с некоторыми существами с зачатками разума. Есть несколько рас, с которыми даже мы не можем установить контакт. Их сознание настолько иное, что нет точек соприкосновения.

– Ого, вот почему Бонита так себя с тобой повела!

– Да, я сказал ей, что ее хозяевам исключительно повезло с такой красивой и хорошей собакой. Собаки, кстати, весьма восприимчивы к ментальному общению.

– А другие расы тоже могут так же общаться между собой?

– Нет, только централы – но не все и то лишь с другими централами. Исключения составляют менталисты и близнецы. Но ты сам все увидишь, когда мы туда доберемся. Кстати, поэтому волки часто работают переводчиками и посредниками в системе миров.

– А ты можешь читать мои мысли? – неожиданно забеспокоился я. – То есть знать, о чем я думаю, когда не обращаюсь к тебе?

– Нет, я могу общаться только тогда, когда ты направляешь мне свои мысли напрямую. Как сейчас. А так твое сознание для меня закрыто.

«Слава богу», – с облегчением подумал я.

Я забрался в нишу-гнездо, удивительно удобную, несмотря на свою странную форму. Материал подстраивался под форму тела, обволакивая и поддерживая каждый изгиб.