<< 1 2 3 4 5 6 >>

И это пройдёт. Сборник рассказов
Жанна Агасян


– Что это?

– Не знаю. Так получилось. Я не хотел.

– Может, поедем в поликлинику? – осторожно спросила она у мужа.

– Да, наверное… – согласился он.

Через несколько дней надо было сдавать анализы. Ева договорилась с Артемом, что с утра пораньше она разбудит его, и они вместе поедут в поликлинику. Но когда она встала со звонком будильника, то мужа уже не было дома. Встревоженная Ева бросилась искать его по квартире. Тщетно. Артем умчался без нее. Домой он вернулся растерянный. Таким потерянным она его никогда не видела.

– Ты куда умчался ни свет, ни заря? Мы же договорились пойти туда вместе.

– Да, это было глупо с моей стороны. Я пришел туда затемно. Сторож сжалился и впустил меня посидеть на лавочке, пока не начнется рабочий день.

– И сколько ты там просидел?

– Час с лишним, пока все не пришли на работу, – заметив встревоженный взгляд жены, он усмехнулся, – Ну что поделаешь… у меня мозги стали, как решето… крыша едет… одним словом, повихнулся!

– Бывает… но пройдет, – нашлась Ева. – Иди, мой руки. Буду кормить тебя. Небось проголодался.

– Да. Сейчас приду. Это я с удовольствием, – обрадовался Артем и зашел в ванную.

Едва сдерживая слезы, Ева начала готовить завтрак.

Они приехали к врачу в одну из лучших клиник города. Доктор-профессор практиковал в области заболеваний мозга. Он провел Артема по всем аппаратам, заглядывая в извилины его головного мозга и пришел к неутешительному диагнозу: заболевание неизлечимое… но есть возможность остановить его развитие и облегчить симптомы заболевания. И прописал сложный курс лечения.

Домой супруги ехали молча. Каждый думал о своем. Еве не давала покоя самая первая фраза Артема, когда врач обратился к пациенту с вопросом, «что вас беспокоит?».

– Я не могу собрать мозги. Они у меня рассыпаются в разные стороны, – отвечал Артем.

Все последующие дни были похожи один на другой: прием лекарств по расписанию… завтраки, обеды, ужины, тоже по расписанию. Как в доме отдыха. Для супругов – свободных художников – такая жизнь казалась испытанием. До последнего времени их жизнь состояла из постоянных встреч с коллегами-художниками, организацией выставок, поездок на семинары.

По утрам, за завтраком, Ева пытала мужа вопросами:

– Ну, рассказывай… что ты чувствуешь после приема медикаментов? Изменения замечаешь?

– Раньше я сидел прибитый пыльным мешком. А сейчас пыльный мешок куда-то делся, исчез… хотя, пыль еще осталась в голове, – шутил муж.

– Много пыли осталось? Сколько? – пытала его Ева.

– Достаточно по сравнению с тем, что было до моего безумия.

– А еще какие изменения, подумай, – не отставала Ева.

– Ну а если думать нечем?… А еще, что-то пальцы на руке задрожали… – он показал на дрожащую ладонь.

– Признаки болезни Паркинсона.

– Это Паркинсон пришел в гости к Альцгеймеру, – невесело заметил Артем. – Знаешь, я только что видел во сне своего отца, – сказал он неожиданно.

– И как ты его видел?

– Он вышел из нашей кухни и подошел ко мне. Мы оба вошли в гостиную. Молча. Без слов. А потом он куда-то исчез, растворился, – рассказывал Артем.

– А ты раньше видел его во сне? – спросила Ева.

– Нет, никогда. После его ухода из жизни никогда. Но это был не сон. Я видел его живым. Не во сне, а наяву.

– Галлюцинация? – спросила жена.

– Да, – отвечал муж.

Ева с утра давала мужу очередную порцию медикаментов и отправлялась за покупками и по делам. Она старалась успеть к обеду до его второго приема лекарств. Боясь, что он перепутает и примет больше, чем положено, она сама распоряжалась лекарствами.

В тот день она вернулась с небольшим опозданием. В дверях ее ожидал встревоженный муж:

– Я все время, пока тебя не было искал документ… Кладбищенский… мое право быть захороненным на семейном кладбище…

Секундное замешательство… по ее спине пробежал холодок… но Ева собралась с силами и поспешила успокоить Артема:

– Ты мне после смерти родителей принес этот документ, чтоб я сохранила его. Не волнуйся. Я его сохранила в папке среди других документов.

– Слава Богу. Гора с плеч… – он прошел в гостиную, упал в кресло, откинувшись на спинку, закрыл глаза. Ева подошла к нему, устроилась в ногах, прижалась к нему:

– Не пугай меня так больше… прошу тебя… все мы смертны… я как-то прочитала любопытную статью… сейчас не могу вспомнить автора…

– Вот! И у тебя Альцгеймер! – обрадовался Артем.

Ева улыбнулась: – Возможно…

– Ну и… – вопросительно посмотрел на нее муж. – Что за статья? – «Человек – слуга своего мозга»… «Мы заперты в своем мозге»…

И еще одно высказывание. Оно мне особо врезалось в память: «Мозг – это оркестр. На нем надо научиться играть…»

– Джазовый, или симфонический? – спросил Артем. – Мой мозг, точно симфонический… Не люблю джаз.

– А у меня джазовый. Обожаю джазовые композиции. Сейчас включу мою любимую волну.

Ева поднялась с колен и подошла к приемнику.

В комнате зазвучали джазовые композиции.

Через неделю у Артема резко поменялось настроение. Ева с тревогой наблюдала, как он бесцельно меряет шагами комнату туда-обратно, приговаривая: – Что это со мной? Не пойму…

Потом резко останавливается, возвращается к себе и выходит оттуда с толстой папкой документов.

– Ева, найди мне место, где я могу запереть все свои документы.

Ева узнала папку – это были документы на все их имущество. Растерявшись на какую-то долю секунды, она подошла к книжному шкафу и открыла боковую дверцу, запертую на ключ.
<< 1 2 3 4 5 6 >>