– Свидание?
– Приходи сюда в это же время. Я покажу тебе свое любимое место в парке.
– Я…
– Отказ не принимается, – сказал Вэйд и легонько клацнул Карину по носу. – Тебе пора уходить.
– Да почему же?
– С непривычки долгая приватность вредна – возвращение во всеобщий поток станет мучительным. Иди, пока не поздно.
– Ладно, – сказала Карина. Не в её стиле – кому-то навязываться.
Вэйд остался под Деревом Желаний, а Карина медленно, с неохотой, зашагала по цветущей аллее прочь от него. По мере отдаления, всё больше чужих жизней снова всплывало в её голове.
Не удержавшись, Карина несколько раз обернулась, и каждый раз её сердце начинало ныть. Вэйд задорно махал рукой, но всё внутри неё тосковало. Как можно скучать по парню, с которым знакома меньше часа? Но Карине это удалось.
На выходе из парка, она полностью вернулась во всеобщий поток. Миллиарды глаз снова следили за ней, оценивали, восхищались. Как же они тяготили теперь! Карина расправила плечи и красивой походкой направилась домой, но на душе скребли кошки. Она нарочно подвернула ногу, чтобы зрители, ощутив её душевные муки, связали это с травмой.
Торопливой тенью воспоминания о Вэйде пробегали в памяти. Карина всеми силами отгоняла их прочь, чтобы не раскрыть его секрет. Ей до боли хотелось думать о нём, оживить в памяти каждую минуту удивительной встречи, смаковать каждую деталь, интонацию, прикосновение… Какая девушка, придя с первого свидания, не делала этого? Но Карина была не каждой девушкой. Она пообещала Вэйду сохранить тайну и выполнит обещание.
Ах! Как же хотелось узнать побольше о том, другом мире! Хотелось расспросить обо всём на свете! И где, спрашивается, взять сил, чтобы вытерпеть до завтра? Нет, нет, нужно быть сильной.
Вернувшись домой, Карина поторопилась чем-нибудь себя занять. Она разбирала подарки, читала книги, прыгала на скакалке и даже оклеила сверкающими кристаллами свой розовый холодильник.
Вечером, обняв любимого плюшевого мишку, Карина включила телевизор. В новостях, как всегда, показывали безобразия, которые преступники умудрились совершить в свои минуты приватности. Негодяи, как правило, выбирают безлюдные места, и синхронизируя собственное время приватности с временем приватности жертвы, совершают преступления. Таким образом поймать их практически невозможно.
Симпатичный репортер Марк 5656, стоя в белоснежном коридоре больницы, сообщал:
– Чрезвычайное, и даже мистическое, событие произошло в городе Нью-Йорке. Джулия 202 найдена на пороге своего дома полностью… остекленевшей.
Камера въехала в палату и крупным планом показала твердое прозрачное тело девушки, лежащей на кушетке. Под стеклянной кожей виднеются слегка красноватые, но такие же стеклянные органы, белокурые волосы слились воедино в стеклянную шевелюру. Голубые глаза распахнуты в ужасе.
– Джулия! – воскликнула Карина, выронив мишку. – О нет!
– Как видите, девушка в прямом смысле слова превратилась в стеклянную куклу, – продолжал репортер. – По данным экспертов, изменения происходили в организме скоротечно, но не одновременно – сначала были поражены внутренние органы, а затем кожа и волосы. Подобных случаев смерти в истории не зафиксировано. Причина остается неизвестной.
Не веря своим ушам, Карина погрузилась в сознание, пытаясь отыскать драгоценную подругу. Но всё тщетно. Джулии 202 больше нет.
– Напомним, что накануне Джулия 202 была вне связи целых 10 часов, – сказал Марк 5656. – Специалисты пытаются восстановить некоторые фрагменты из времени её приватности. Об этом – в следующем выпуске новостей.
Карина выключила телевизор:
– Джули! Миленькая моя! – воскликнула она. – Я должна была заподозрить неладное еще утром, когда ты не вышла на связь! Что же с тобой произошло? Кто это сделал? И как?
Бурно обсудив происшествие со своими дистанционными подругами, всплакнув и вспомнив, какой замечательной девушкой была Джулия 202, Карина единодушно со всеми решила, что всё это – какая-то жуть жуткая.
Она проговорила с подругами до глубокой ночи, но так и не смогла успокоиться. Когда беседа окончилась, Карина поплелась в свою комнату, залезла под толстое одеяло, и принялась мысленно просматривать выступления любимых музыкантов: кто-то играл на гитаре в своей комнате, кто-то репетировал в гараже, кто-то напевал песенки, сидя за рулем машины… Музыка отвлекала, но совсем немного. И как тут уснуть? Карина впервые в жизни потеряла подругу. Джули была еще такой молодой… молодой и красивой, а еще жизнерадостной и лучезарной… всегда желала всем добра… Сердце защемило. Слезинки одна за другой стекали по щекам на подушку.
Но сильно горевать Карина не могла, как бы правильно это ни было. Её сердце, подобно другим сердцам этого мира, не подпускало к себе скорбь. Ведь если тосковать по каждому умершему на планете, можно сойти с ума.
С тяжким вздохом Карина перевернулась на бок. За окном что-то промелькнуло. Темное и крупное, оно метнулось прочь.
– Кто там? – воскликнула Карина и испуганно вскочила с кровати. Сердце колотилось даже в кончиках пальцев. Из темноты за окном на неё кто-то смотрел. Карина почти физически ощущала на себе тяжелый взгляд. Он изучал её, сверлил и пронизывал насквозь. Карина привыкла к чужому вниманию, но этот взгляд был совсем другим… нечеловеческим.
Залаяла соседская собака и зловещая энергия исчезла. Фары проезжающей мимо машины осветили дворик за окном. Там было пусто.
– Нервишки сдают, – прошептала Карина. – Показалось. Просто показалось.
Она снова спряталась в надежные дебри одеяла и уставилась на небо. Молодой, совсем тоненький месяц заливал серебристым светом призрачные облака. Ярко сияли звезды, они казались бриллиантами, рассыпанными по стеклянной крыше дома.
Сказочность струилась с неба так щедро и безмятежно… Тело наполнила приятная расслабленность и Карина наконец уснула.
Глава 2. Капюшон
Карина ворочалась в кровати, пытаясь отмахнуться от тяжелых сновидений. Мрачные обрывки сменяли друг друга, обволакивая сознание колдовской дымкой… Что это? На темной поверхности вычерчивается символ – большой глаз, внутри которого вместо зрачка – сердце. Кто-то насильно тянет Карину к этому символу… она сопротивляется, как может, но всё тщетно. Карина кричит, ведь этот символ опасен, страшен… Затем… Полная луна. Она скрывается в облаках, еле-еле мерцая размытым серебристым светом сквозь толщу туч… Карине снова страшно. Луна не должна выходить… Не должна! Иначе – конец!
– Нет! – воскликнула Карина и проснулась. Руки и ноги были ледяными. Озноб пробежал по телу, Карина вздрогнула и приподнялась. На улице уже светало. Электронные часики на руке начали пикать, предупреждая о том, что скоро начнутся десять минут приватности.
Карина похлопала себя по щекам:
– Соберись! Соберись! Нельзя терять драгоценные минуты из-за такой ерунды.
Но тело не слушалось. Суеверный страх сковал всё внутри. Часы снова издали сигнал. Минуты приватности начались, а Карина еще даже не взяла дневник.
– О нет! Не успеваю! – воскликнула она, безуспешно стараясь унять дрожащие руки. Что же делать? Что делать? Если не успеет записать самые важные мысли, то они начнут плавать на поверхности сознания… И тогда – читай кто хочешь!
Карина сделала глубокий вдох и выдох, а затем рывком наклонилась и достала из-под кровати дневник. Как только ладони ощутили потрепанную обложку, дрожь тут же прошла. Привычка делать записи и была лекарством от волнения. Когда Карина пишет – мысли тут же упорядочиваются, душа наполняется ясностью и покоем. Карина взяла ручку:
«Дорогой дневник, извини, что сегодня немного опоздала. Виной тому – ночной кошмар. Такой живой и реалистичный, что диву даюсь. Словно это был вовсе и не сон…
Наверное, это последствия стресса. Ведь вчера с моей подругой Джулией 202 случилось нечто ужасное – она превратилась в стеклянную куклу. Как это вообще возможно, я пока не знаю. Виновен ли кто-то в её смерти или причина в другом? Как бы то ни было, кровь стынет в жилах при одной мысли об этом… Надеюсь, в скором времени специалисты выяснят подробности этого жуткого происшествия.
А теперь немного хороших новостей. Вчера я встретила парня. Его зовут Вэйд. И он – сокрытый! Да-да, сокрытый! Можешь себе представить? Вэйд просто прелесть… Рядом с ним я чувствую такой уют, словно мы знакомы сто лет. Он – долгожданная ниточка к другому миру, который я так долго искала. Возможно, вместе нам удастся вернуть всё на свои места. Я приложу все усилия!
А пока… я рада даже минутам проведенным с ним. Ведь в эти моменты я свободна. В эти моменты я отчетливо вижу силуэт правильной жизни, той, которой она должна быть. Эта жизнь размеренная, вдумчивая, спокойная… Ах, если бы я только попала в мир, где все 24 часа в сутки такие. Я жила бы счастливо, создала бы свой собственный маленький мирок и наслаждалась им до самой смерти… Распробовав такую жизнь, я не хочу её отпускать.
Помнишь, однажды я составила шуточный список дел, на тот случай, если стану сокрытой? Что же там было? Носить растянутый свитер, спать до полудня, размышлять о несусветной ерунде, распевать песни во всё горло, невпопад и даже… надеть разок дырявые носки!»
Карина улыбнулась. Было даже стыдно вспоминать такие глупости.
Часики на запястье запищали. Карина быстро спрятала дневник. Всё-таки уложилась. Записи получились сумбурными, но сделали своё дело – помогли привести мысли в порядок.
Карина села на краешек кровати и несколько мгновений обдумывала предстоящую встречу с Вэйдом. Столько всего нужно узнать и спросить! Она сейчас же отправится в парк.
Сердце учащенно забилось, голова отяжелела, ленты чужих жизней одна за другой всплыли в сознании.
– Доброе утро, планета, – сказала Карина. – Ребята, сегодня я снова пойду в парк. Мне понравилось гулять на природе. Надеюсь, вы не против?