Еврейское счастье - ТОП 50 лучших книг
«Нэцах» – третья книга «Одесской саги». Это слово означает седьмую цифру сфирот в каббале и переводится как «вечность» или «торжество» и символизирует победу и стойкость в терпении и вере. Роман «Нэцах» – про выдержку, силу и выносливость, качества, которые помогают разросшейся молдаванской семье в любых условиях, при всех властях сохранить себя, свои корни и те самые легендарные одесские пофигизм и жизнелюбие…
В издательстве «Фолио» вышли первые два романа «Одесской саги» Юлии Вербы – «Понаехали» и «Ноев ковчег».
Америка конца 60-х. Это немного грустная история про молодого инженера. Про то, как любовь и долг приводят к великим открытиям.
В конце сентября 1939 года Белосток, Гродно, Ковель, Барановичи и другие некогда польские города неожиданно для их жителей стали советскими, а население их, равно как и маленьких еврейских местечек, превратилось в граждан СССР. Участь большинства была трагической. В 1941 году все жители этих местечек погибли, так и не поняв в свой смертный час, как такие зверства могут творить представители культурнейшей нации Шиллера и Гете. Герой книги, сапожник из польского местечка, ставшего в 1939 году советским, с чрезвычайной простотой описывает жизнь и быт своей семьи и окружения. Пройдя трагические годы войны, пережив сложные послевоенные годы, Арон-сапожник не озлобился. Рассказ старого ветерана полон любви, добра и надежды.
В книге исследуются проблемы, мешающие стране двигаться вперёд. Изучается опыт прошлого, который будет полезен в будущем. Идеи, ошибки и находки других стран, которые могут пригодиться. Рассказывается о судьбах и интересных профессиях людей. Раскрывается изнанка политики и шпионажа. Рисуется картина современного мира и определяется место, которое выгодно будет занять в нём России. Многие высказывания авторов прошли проверку миллионами прочтений в СМИ. Сделанные годы назад предсказания подтвердились.
«Ноев ковчег» – вторая книга «Одесской саги». События ее разворачиваются с зенита НЭПа до беспросветного 1942-го. Пять повзрослевших, таких разных детей Фиры и Вани Беззуб строят, рушат и складывают заново свои судьбы. Женьку, Котьку, Аню, Ксеню, Лиду расплескает с дворика на Молдаванке до Хабаровска и до польской границы. Как они будут выплывать из исторического цунами? Поможет ли им выжить и сохранить себя хваленое одесское жизнелюбие? Каждый из Беззубов будет выживать по-своему – цепляясь за любовь, плывя против течения или вылавливая прибыль в мутной воде. Но двор на Молдаванке – как Ноев ковчег – до последнего будет оберегать своих жителей…
Америка конца 60-х. Это немного грустная история про молодого инженера. Про то, как любовь и долг приводят к великим открытиям.
Дворик, именуемый «сквозняком», – главная достопримечательность Одессы. В одном из таких двориков проживает удивительная женщина – Берта Соломоновна Боцман, считающая себя «Большой энциклопедией еврейской жизни и жизни вообще».
Берта Соломоновна вспоминает все весёлые и грустные истории этого «сквозняка», где все давно перестали быть просто соседями, а стали по-настоящему родными людьми. Одесский дворик – не какое-то конкретное место, а огромная часть большой и любящей еврейской души тёти Бэти. Её пристанище, её «обетованная земля»…
Семидесятые годы прошлого столетия. Из археологической экспедиции Аркадий возвращается в родной город Одессу. В поезде он встречает друга своего родного дяди, который после смерти родителей заменил ему отца. Савва Лейбович сообщает молодому человеку, что соседи его дядю-папу недавно похоронили. Но Яков Хаймович жив и здоров. На собственных «похоронах» старый портной знакомится с известным в Одессе вором Жорой-Ручник. С этого дня жизнь старика превращается в сплошное приключение. В старом одесском дворе жизнь, как на раскрытой ладони. Соседи все знают друг о друге. И, тем не менее, у каждого из них в «шкафу» свой «скелет». Когда тайное становится явным, никогда не угадаешь, чем и как всё закончится.
Меня зовут Игорь Шамаев, но я взял себе псевдоним: Шаммай бен Иосиф, который, впрочем, затруднительно назвать псевдонимом, потому что Шаммай - древнее еврейское имя, а бен Иосиф означает: сын Иосифа, и моего отца действительно звали Иосифом, похоронен он на еврейском кладбище в г. Махачкале. Эта книга обо мне самом: о моем интересном, но трудном пути к Господу; трудном, но интересном...
Чтобы выйти замуж за Ивана Беззуба, Фире Беркович, дочери никопольского раввина, пришлось срочно креститься. Ну а после этого оставаться в родном Никополе было смертельно опасно. И молодые спешно отплывают в Одессу.
Приведя свою юную жену в дворик на Молдаванке, Ваня клянется со временем найти другое жилище. Он не может знать, что именно здесь пройдет не только его жизнь, но и жизнь четырех поколений Беззубов – со всеми соседями, историческими катаклизмами, котами, маленькими скандалами и большими трагедиями…
Начало этой истории – в первой книге «Одесской саги» Юлии Вербы «Понаехали».
В застойных 1970–80-х будет много неожиданных крутых поворотов в жизни каждой из постаревших сестер Беззуб и их уже совсем взрослых детей. А в неизменных декорациях двора на Мельницкой, 8, как и всегда, будут «делать базар», «сохнуть белье» и рожать новые слухи и новых жителей.
В романе «Троеточие…» – заключительной, четвертой части «Одесской саги», – казалось бы, расставлены все точки в истории многодетной семьи Ивана и Фиры-Иры Беззуб, которые еще в начале ХХ века поселились здесь с мыслью, что это временное жилье. Но, как часто бывает, точки превращаются в многоточие – ведь двери на Молдаванке распахиваются настежь не только в лето, но и в новую жизнь…
Жизнь тихого еврейского местечка в большом русском городе Красноярске взбудоражила новость о предстоящей свадьбе Зои и Арика. Семейные кланы с обеих сторон стояли насмерть против планов на будущее семейное счастье молодых. Нет, ничего плохого не было в Зое, кроме того, что она – нееврейка. Но и в этом, ничего плохого, кроме того, что прервется из века в век сокращающий свои национальные корни, уклад и традиции род Геровичей. Счастье и не состоялось. Но совсем по другим причинам. Ушедший в армию Арик не по своей воле совершил уголовное преступление и получил три года дезбата.
Кланам уже было не до разборок – вернулся бы мальчик!
- Будешь ждать? – спросил на последнем свидании Арик.
- Ждать буду, а дождусь ли? Не знаю, - Зоя не стала ни врать, ни обещать.
Все мы бережно храним воспоминания своего детства и юности. Книга "Из майсов моей бабушки" полна нежности и ностальгии по родному городу и ушедшей эпохе.