Рассказы - ТОП 50 лучших книг

«Отца мать прозевала из-за своего патологического для женщины нелюбопытства, ни разу не задержавшись после работы с бабами у подъезда. Бабы за это считали ее высокомерной и слегка недолюбливали, хотя и уважали. Мать работала старшей сестрой в районной поликлинике. И, конечно, в доме многие к ней обращались: выписать рецепт, померить давление, да просто пожаловаться на какую-то хворь, безусловно, тайно ожидая совета. Мать была человеком строгим, даже сухим, но с чувством юмора и без занудства. Проходила как-то вечером мимо соседок на лавочке, кто-то ее окликнул: Лида, мол, посиди, переведи дух. Мать шла с работы и по дороге купила мяса и большого, еще живого сома – сумка была тяжелой, но это была все равно удача…»

«Ася и Соня достались Жене в наследство от бывшего мужа при разводе. Правда, не сразу, но это только по ее вине. Прожив с мужем три года и родив дочку Марусю, они спокойно и разумно решили развестись, как-то одновременно заметив, что страсть кончилась, а любовь почему-то так и не началась. Разводились без обычных эксцессов: когда-то сошлись по взаимной симпатии и уважению, прожили легко и беззаботно недолгие годы и так же легко расстались. В благородстве друг друга не сомневались (а по-другому было в их среде не принято). С его стороны это был беспрепятственный раздел небольшой двухкомнатной (его же, кстати) квартиры – ему при этом доставалась комната в коммуналке, а Жене с Марусей – однокомнатная квартира. С ее, Жениной, стороны – тоже беспрепятственное общение отца с дочерью и хорошие, дружеские отношения…»

Духи с полей обиделись и навели на город Сильван аномальную жару. Управляющий погодными станциями Ферокс Гаранян должен решить эту проблему пока не стало хуже, а среди пострадавших нет погибших.Мерием Ирвинг обеспокоена тем, что водные каналы, предназначенные для русалок, загрязнились, а ответственный городской служащий ничего не собирается с этим делать. Да еще жара пагубно на всех влияет.Ферокс и Мерием объединились, чтобы помочь друг другу.

«В нынешнее время часто доводится слышать сильное негодование, если какое-нибудь из ряда выходящее происшествие остается без скорого и удовлетворительного разъяснения его причин. Это сейчас же ставится в вину порядкам нового судопроизводства и еще чаще в вину тем людям, которые нынче производят следствия, и тем, которые совершают суд по законам императора Александра II…»

«…у меня поселилась тетка. Она старая-престарая, нос у ней длинный и большой, походка мелкая и колеблющаяся… Но у ней большое горе, и она вечно вздыхает. Какое горе? – Я не признаю это горем: у ней есть сын, очень молодой человек, и этот молодой человек на далеком севере. Мало ли молодых людей на далеком севере!.. А между тем она мне надрывает душу своими стенаниями и тем рассеянным и тяжелым взглядом своим, который не сводит по целым часам с его писем, с его фотографии, с его наивных игрушек, уцелевших от мирного детства…»

«К дому помещика Грябова подкатила прекрасная коляска с каучуковыми шинами, толстым кучером и бархатным сиденьем. Из коляски выскочил уездный предводитель дворянства Федор Андреич Отцов. В передней встретил его сонный лакей…»

«…Москва – странный город, в каких-то местах бываешь тысячи раз и знаешь всё, где-то не бывал никогда и вряд ли будешь, но Автозаводская так и оставалась в стороне. Когда я ехал на метро в Домодедово, чтобы улететь куда-нибудь еще по карте Родины, и проезжал мимо Автозаводской, сердце мое вздрагивало, но мысли о предстоящем полете были сильнее. Я оказался там спустя некоторое время по очень странному поводу…»

«…Облавы прошли в один день. И рынок фактически опустел. Что конкретно стало катализатором той облавы, неизвестно. Возможно, сыграло свою роль и то, что рядом с Ленинградским проспектом стали строить дома для артистов и писателей. Может быть, кто-то из них пожаловался на неопрятный вид нищих инвалидов и их ежевечерние застолья. Может быть, какой-то чиновник решил, что такое соседство несовместимо. Теперь уже и не узнаешь…»

«Эх, грабли, грабли! Нельзя на вас наступать больше одного раза. Это в идеале. Реальность почему-то обожает повторения. Наверное, чтобы дошло окончательно и бесповоротно. Первый раз – это случайное попадание. Второй – намек на то, что лоб надо бы поберечь, раз грабли никуда не деваются. А третий? Это уже диагноз. Или – катастрофа....».

В этой книге впервые воедино собраны рассказы и дневниковые записи писателя Владимира Крупина о Святой Земле. «Святая Земля и Святая Русь – синонимы для меня», – пишет автор. В книгу вошли также повествование о Святой Горе Афон, рассказ о Царьграде, где с паломничеством побывал русский православный писатель.

Жестокость порождает безумие, безумие порождает жестокость. А если к безумию и жестокости добавить жажду наживы денег, то эти три элемента порождают монстра в человеческом обличии.

Великий Гусляр… Этот город невозможно найти ни в одном, даже самом подробном географическом атласе, но на карте русской фантастики он выглядит заметнее иных столиц. Кир Булычев с присущим ему неподражаемым юмором, мудрой иронией и язвительным сарказмом поведал нам о нравах и порядках Великого Гусляра, о его жителях и необычайных происшествиях, то и дело приключающихся с ними. И пусть описываемые события порой выглядят совершенно невероятными, нетрудно заметить, что вымышленный городок отразил в себе многие черты нашей родной действительности. Любимое детище Кира Булычева, «гуслярские хроники» создавались на протяжении четырех десятилетий и включают более 100 повестей и рассказов.

С глубокой древности тысячи людей мечтали найти настоящий клад, потрясающий воображение своей ценностью или общественной значимостью. В последние два столетия все больше кладов попадает в руки профессиональных археологов, но среди нашедших клады есть и авантюристы, и просто случайные люди. Для одних находка крупного клада является выдающимся научным открытием, для других – обретением национальной или религиозной реликвии, а кому-то важна лишь рыночная стоимость обнаруженных сокровищ. Эта аудиокнига расскажет вам о реально существующих легендарных кладах, таких, как сокровища Будды и Тутанхамона, золото скифов, клады Старой Рязани, и многих других. Вестготские короли Витте-Лиуве Золото манильского галеона Золото Непобедимой Армады Золото скифов Золото Трои Клады старой Рязани Котел из Копенгагена Миккена Сокровища из морских глубин Сокровища Будды Сокровища затонувших кораблей Сокровища Тутанхамона Счастливчик Уэббер Флот 1715 года Фракия ©&℗ ИП Воробьев В.А. ©&℗ ИД СОЮЗ

«В одном из глухих переулков Петербургской стороны, несмотря на позднюю ночь, в окне небольшого двухэтажного флигеля светился огонь. С улицы можно было видеть, что в одной комнате второго этажа за письменным столом сидит и пишет что-то высокий брюнет с длинными кудрявыми волосами, с строгими усами и с тою характерной эспаньолкой, которая все еще продолжает служить отличительным признаком художников при всем том, что ныне завладела ею большая часть коптителей петербургских небес…»

Представляем вашему вниманию 7-й выпуск сборника «Классика зарубежного рассказа». Амброз Бирс. Изобретательный патриотАнатоль Франс. Семь жён Синей БородыДжек Лондон. Фрэнсис СпейтДжефри Чоссер.Рассказ юристаДжозеф Конрад. Аванпост прогрессаДжон Рид. Ночь на БродвееКэтэлин Мэнсфилд. АктрисаЛуиджи Пиранделло. Подумай, Джьякомино!Майк Куин. Золотые Трубы Острова Ляп-ЛяпПоль Бурже. КрапиваСтивен Крэн. ШлюпкаСтивен Ликок. Старая-престарая история о том, как пятеро мужчин отправились на рыбную ловлю!Теодор Драйзер. Святой Колумб и РекаШервуд Андерсен. Смерть в лесу 8:33:31 перевод: М. Кессель М. Смехянов А. Кривцова ©&℗ ИП Воробьев В.А. ©&℗ ИД СОЮЗ

«Брат сказал по телефону, что заедет к нам, требуется помощь. Юре тридцать шесть лет, инженер, зарабатывает хорошо. Но, как все холостяки, в тратах неумерен, периодически оказывается на мели…»

Когда расстрелянная девушка выбирается из братской могилы; когда в собственной семье ты обнаруживаешь историю оголенной страсти и преступления; когда осуществляется великая мечта артиста перед аудиторией из одного зрителя; когда расследование убийства в зимнем туманном городе открывает каббалистические глубины спора Света и Тьмы; когда любой заморский пейзаж, как раковина – драгоценную жемчужину, хранит историю любви или ненависти, комедию или драму… тогда становится ясным, что всякая судьба достойна рассказа, если к ней обращены острый глаз и чуткий слух писателя.

«В это жаркое июльское утро Павел Дмитриевич Звягин, доканчивая свой туалет, сопел и обливался по́том больше обыкновенного. Гроза собиралась три дня. К полудню всякий раз небо покрывалось лилово-серыми тучами, но ветер, подняв целые вихри пыли и яростно потрепав верхушки деревьев, летел дальше, унося грозу. Чувствовалась тоскливая напряжённость, удручавшая нервы. И даже флегматичному Павлу Дмитриевичу было не по себе, когда он вспоминал, какая томительная духота ждёт его в правлении, где все эти дни служащие бродили как умирающие осенние мухи. Захватив шляпу и крылатку, он подошёл к жене, которая проснулась, и поцеловал её тёмную голову…»

«Старуха озадаченно пожевала губами. Она-то думала, что успела привыкнуть к причудам Хозяйки! – Ты хочешь вытащить его сюда? – Ага. Вот этого одного. Смотри, у него симпатичная мордочка, и глаза живые…»

Рождественский рассказ – интереснейший литературный жанр, берущий свое начало от Диккенса и не теряющий популярности по сей день. Этот жанр подчиняется строгим правилам: в таких историях, как правило, героев ожидает чудесное преобразование (путем божественного вмешательства или счастливого стечения обстоятельств), а под занавес торжествует добро. После непростых испытаний уходящего года так хочется хотя бы ненадолго почувствовать себя ребенком и заново поверить в чудо – и тем самым, возможно, привлечь в свою жизнь немного волшебства… Самое трогательное и доброе праздничное чтение! Настоящие рождественские рассказы русских писателей и отрывки из знакомых с детства классических произведений окружат вас атмосферой праздника и помогут ненадолго забыть о повседневных хлопотах, а завораживающий голос Юлии Рутберг заставит поверить, что в жизни ещё есть место сказке. Пусть ваша зима будет волшебной! Отрывок из «Войны и мира» Льва Толстого «Жемчужное ожерелье» Николая Лескова «Очерк зимнего дня» Сергея Аксакова …

«Имрей выполнил невозможное… Без предупреждения, без какого-либо понятного повода, молодой, только что начинавший избранную им карьеру, он решился покинуть свет, т. е. исчезнуть с той маленькой индийской станции, где он жил. Днём он был жив, здоров, счастлив; его видели многие в клубе. Наутро его не оказалось, и никакие поиски ни к чему не привели; так и не удалось узнать, где он находился. Он вышел из своего жилища; он не появился в назначенный час на службе, и его догкарта не было видно на общественных дорогах…»

«Это произошло накануне моего пятнадцатилетия. Волшебный возраст! Голова полна романтическим бредом, а на полках – стопки книг, способных повергнуть мозг в волшебный хаос. Я запомнила этот день навсегда. Точнее ночь, когда мне впервые приснился этот сон…»

«Саша приехал как раз на мою свадьбу. Свадьба была прямо среди гор и съемок фильма, небольшая, но веселая. Все выпивали, шутили, пели…»

«Первый раз я влюбился в детском садике в девочку с кудряшками, больше похожую на сказочную фею, чем на живое существо. Я так терялся рядом с ней, что постоянно находился в состоянии полуобморока…»

Ещё с детства свет у нас ассоциируется с добрыми людьми, которые занимаются хорошими делами, служат на благо общества, а тьма с людьми злыми, которые лишь вредят и разрушают всё вокруг себя. Однако, в жизни не всегда складывается все так, как нам описывали в детстве. Бывает, что она преподносит нам невероятные сюрпризы и раскрывает добро и зло с разных сторон, окрашивая все стороны в серое.

В 2009 году я начал вести дневниковые записи. Первоначально это были скетчи, которые со временем переросли в небольшие рассказы. Если говорить о жанровой принадлежности, то это мемуары, написанные в форме юмористических и сатирических историй, эссе, рассуждений, нелепостей и абсурда. Книга вмещает в себя пока около 90 небольших произведений и будет делиться на множество томов. Сколько их будет в результате, пока неизвестно. Поэтому могу сказать только одно: начало книги мной положено, а о точных сроках ее завершения вам объявит уже кто-то другой.

Смех Аверченко не искореняет исконных человеческих слабостей и пороков, а лишь таит в себе иллюзорную надежду на их искоренение. И поскольку эти слабости и пороки долговечны, долговечен и порождаемый ими смех.

«Мы становимся невидимыми, но я всё-таки со страху оглядываюсь и держу Колю крепко за руку. Заяц, потеряв следы, вдруг выскочил на дорогу, стал её обнюхивать и, не находя нас, скрылся в чаще деревьев. Вот и конец леса… Перед нами широкая, безбрежная равнина, поросшая высокой и густой травой. Воздух не прозрачный, а голубоватый, и птицы, летающие в нём, тоже голубые. Я вскрикиваю от восторга. В левой стороне, совсем уже близко, лежит та цепь гор, которая видна с нашей площадки, и Коля указывает мне на таинственный белый домик…»

«Начало той истории, которую я хочу вам рассказать, довольно банально: дама позвала к себе в гости тех людей, которые, по ее мнению, ее любят и поэтому никаких неприятных моментов ей не доставят. Собрать таких людей, между прочим, вовсе не так-то просто. Ну, вот вы, например, знаете, что такой-то Иван Андреевич очень многим вам обязан, но чувствует ли он к вам благодарность – это еще вопрос. Может быть, именно терпеть вас не может за то, что многим вам обязан? Разве этого не бывает?..»

Все имена, события выдуманные. Любое совпадение случайно. На станции МКС идут обычные будни. Понедельник. Европейский грузовой корабль АТВ-5 приближается к МКС и вот-вот начнется стыковка. Земля сообщает экипажу, что стыковку проведут без их участия. На МКС сейчас всего два члена экипажа: командир — космонавт Александр Громов и астронавт Майкл Торнтон. Земля, урывками выходит на связь. Диспетчер ЦУПа сообщает о том, что с Солнца к Земле, летит поток высокоэнергетических частиц, способных уничтожить аппаратуру на станции, и убить экипаж. Времени почти нет. Связь с Землей работает все хуже , а затем и вовсе прекращается. Грузовой корабль теряет связь с ЦУПом и переходит в автономный режим стыковки. Сможет ли экипаж спасти станцию и себя в условиях отсутствия связи с Землей, начавшейся консервации станции, и приближающегося к ней грузовика, потерявшего связь с Землей. Помогут им только знания, и подготовка к любым нештатным ситуациям, а также смекалка, сноровка, взаимовыручка и героизм.

Окрестности Курского вокзала – то еще место! Сталинки на Земляном Валу наполнены странною жизнью.

Окрестности Курского вокзала – то еще место! Сталинки на Земляном Валу наполнены странною жизнью.

Рассказы о любви, предательстве, возмездии, счастье. Большая часть из них опубликована в женских журналах.

«У меня была мордашка. Её звали Булькой. Она была вся чёрная, только кончики передних лап были белые…»

Артур Детерви верит, что его парализованные ноги излечит пароходная сирена. Надо лишь добраться до порта… © FantLab.ru

«Наступила минута молчания, и среди лязга ножей о тарелки, смутного говора за дальними столами, шороха одежд и поскрипывания полов под быстрыми шагами лакеев чей-то тихий и кроткий голос произнес: – А я люблю негритянок! Антон Иванович поперхнулся водкой, которую глотал; собиравший посуду лакей исподлобья бросил безразлично-любопытный взгляд, все с изумлением обернулись к говорившему, – и тут впервые увидели дробное личико с рыжими усиками, концы которых намокли в водке и щах и темнели, бесцветные маленькие глазки и тщательно причесанную головку Семена Васильевича Котельникова…»

Три приятеля отправляются за золотом к Серым горам. Но лишь один не свернёт с пути… © FantLab.ru

«Меня часто спрашивают о происхождении моего псевдонима…»

«На днях моя дочь, барышня томная, нравная, сочиняющая стихи, музицирующая на гитаре, любящая, наконец, поваляться в постели часиков до 12 дня… пошла в армию. Понимаю, что окончание этой фразы для российского читателя может показаться диким. Ну, сначала, конечно, она пошла в армию до пятницы – новобранцев, как правило, на первую же субботу отпускают по домам – возможно, показать, что жизнь не кончилась и мамино крыло по-прежнему рядом, и вообще дать наплакаться вволю в родимую подушку после первого в жизни армейского дежурства…»

Рассказ посвящен послевоенным годам, взрослению подростков в это трудное время, когда перед ними со всей остротой встали вопросы морального выбора.

«По приглашению правительства Монгольской Народной Республики я проработал два лета, выполняя геодезические работы на южной границе Монголии. Наконец мне оставалось поставить и вычислить два-три астрономических пункта в юго-западном углу границы Монгольской Республики с Китаем. Выполнение этого дела в труднопроходимых безводных песках представляло серьезную задачу. Снаряжение большого верблюжьего каравана требовало много времени. Кроме того, передвижение этим архаическим способом казалось мне нестерпимо медленным, особенно после того, как я привык переноситься из одного места в другое на автомобиле. Верная моя «газовская» полуторатонка добросовестно служила мне до сих пор, но, конечно, сунуться на ней в столь страшные пески было просто невозможно…»

«Порфирий подбросил в костер несколько сухих веток и, выбрав из неопрятного посконного мешка с десяток крупных картошин, посадил их в золу. Затем он взял маленький закоптелый котелок и заковылял (левая нога была у него несколько короче правой) к небольшому озеру, прятавшемуся в зеленые поросли лозняка. Через минуту он вернулся оттуда…»

На далекой планете по пустынной степи идут трое: юноша и девушка – земляне, и Джок, местный житель. Они обязательно должны дойти до базы и донести туда бесценные чертежи и образец левитатора.

Думать о ней, о ее жизни я стала совсем недавно… Возможно, потому, что состарилась мама и вдруг сквозь ее совсем иные родовые черты стала проступать бабкина мимика, ее вздергивание брови, ее морщинистая усмешка… А может, потому, что повзрослела моя дочь и стала напоминать юную бабку… Я пытаюсь осмыслить страшное несоответствие между отпущенными ей при рождении дарами‑талантами и тусклой, ничем не примечательной судьбой домохозяйки. О ее жизни, выброшенной на ветер; о неудаче творца, о разбазаривании такого богатого материала. Что случилось там, наверху, в момент, когда перл человеческий вышел на орбиту Судьбы? Чего не учли, что не доделали в высочайшем отделе кадров и кто из ответственных лиц так напортачил?.. Другими словами: как умудрились бездумно запороть такой объект?.. Дина Рубина «Бабка» Исполнитель Дина Рубина Музыка: Андрей Горбачев Дизайн, иллюстрации: Юлия Стоцкая Продюсеры: Вадим Бух, Михаил Литваков © Дина Рубина ©&(P) ООО “Вимбо”, Москва, Россия

Если вы обнаружили труп первым делом успокойтесь… Затем проанализируйте собственные воспоминания… И подумайте: кто же убийца?

А.И. Куприн «Корь», «Чудесный доктор» исполняет Борис Плотников Режиссёр: Алексей Рымов Композитор: Сергей Григорян Звукорежиссёр: Иван Михайлов Продюсер: Сергей Григорян