Николас вышел, а его слова утонули в скрежете металла, так и не достигнув адресата.
Детектив был в замешательстве: интересная картина, однако вырисовывалась. Дочь влиятельного бизнесмена похитили на территории его конкурента, и в ту же ночь там произошла знатная перестрелка между представителями мафии, вроде никак не связанными ни с Локвудом, ни с Рашем. А теперь ещё и выяснилось, что саму Розалин незадолго до всего этого видели в компании двух девиц, так или иначе, связанных с самим Локвудом. Да ещё и эта его шестёрка что-то бормотал про возмездие и единую власть хозяина.
– Твою ж мать… – обречённо выдохнул Николас и закурил сигарету.
Такой клубок не то, что за неделю, его и за всю жизнь не распутаешь. Да ещё и, как назло, с Марком раньше завтрашнего вечера они точно не встретятся, а вопросов уже столько накопилось, что голова шла кругом. Чьи же всё-таки тела были обнаружены возле магазина? Что именно похитила у Локвуда та певица? Где искать эту чёртову Еву, раз магазин разнесли?
За такими невесёлыми думами Николас и не заметил, как вышел из здания и остановился прямо возле машины напарника. С догорающей сигареты, зажатой в зубах, падал пепел на запылившиеся туфли, но его это совершенно не волновало. Ощущение неправильности происходящего никак не хотело его отпускать.
– Эй, ты чего завис? – взволнованно спросил Эд. – Не на тот стул присел в гостях у Электрика?
– Да, вот думаю, куда мы ещё можем сегодня сунуться и получить хоть немного информации.
Николас выбросил сигарету и, отряхнув пальто, сел на пассажирское сиденье родстера.
– Тю! Так бы сразу и сказал. Я тут, пока тебя ждал, статейку одну интересную прочитал. Держи.
Напарник нетерпеливо протягивал ему свёрнутый в трубочку тонкий журнал.
– И?
– Седьмая страница.
Недоверчиво посмотрев на Эдди, Николас взял журнал и, открыв его на нужной странице, не поверил своим глазам – с фотографии на пол листа на него смотрела Ева. Неужели, удача вернулась к ним?
– А знаешь, чья статья? – чуть ли не подпрыгивая от переполнявшего его нетерпения, спросил Эдди.
– Венди Ф., – прочитал Николас внизу страницы под статьёй.
– Вот именно, – широкая улыбка озарила его лицо, и он радостно добавил: – А она подруга Хлои из редакции «Шедоус сегодня». Смекаешь?
– Интересно… – пробормотал детектив и вернулся к статье.
На протяжении чтения Николаса не покидала мысль том, что Венди явно пыталась заставить Еву говорить о том, что никак не вязалось с самой темой статьи – как подобрать идеальное обручальное кольцо. Во всех вопросах сквозило лишь одно направление – нелегальный оборот краденных ювелирных украшений в магазинах Локвуда, но обычный читатель вряд ли такое заметил бы, да и, вообще, не придал бы этому значение. Журнал-то, всё-таки, был желтее жёлтого и собирал только сплетни, а таким вещам мало кто обычно доверял.
Внизу страницы Николаса ждал ещё один сюрприз – фотография автора статьи. И в тот самый миг, когда он её заметил, ему показалось, что было что-то смутно знакомое в чертах её красивого, немного хмурого, лица.
– Откуда он у тебя?
– Хлоя всегда оставляет мне экземпляр в машине, чтобы я не скучал, пока жду её с работы.
– И ты решил, что лучше полистать журнал для сплетников, чем сходить к Электрику?
Николас усмехнулся, заметив, как побледнел и без того бледный Эдди. То-то же, нечего отлынивать от своих прямых обязанностей.
– С меня обед, – недовольно проворчал Эдди и повернул ключ в замке зажигания.
Глава 4. День 2. Следователь полиции Марк Стронг
Оставшаяся часть дня «пронеслась» перед глазами Марка со скоростью самой медленной черепахи на свете. С каждым часом его всё больше ломало, а жилистые руки, покрытые нездоровым переплетением вздувшихся вен, нещадно тряслись, мешая работать с документами. Он безумно хотел выпить, но все заначки, включая даже флягу, оставшуюся ему от тётки, были давно опустошены. Он страдал.
Радости не добавляло и то, что за день он так ничего толком и не узнал: лишь бессмысленные обрывки фраз. И сколько бы он не старался, напрягая все свои внутренние резервы, но к вечеру у него создалось впечатление, что в управлении появился негласный запрет на любое упоминание об этом похищении. Хотя, конечно, Марк допускал, что виноват в этом был Стейн, которому поручили это дело.
Единственное, что всё-таки удалось сделать за день полезного, так это заглянуть в папку с делом, которую Марк свистнул со стола Стейна, пока тот с пеной у рта доказывал, почему именно он ищет Розалин. И что он на правах того, кто её спасёт, обязательно на ней женится. И в этот раз она точно не сможет ему отказать. А все эти её ухажеры пойдут по миру, так ничего не получив. Марк периодически сочувственно кивал и изредка что-то спрашивал, отвлекая внимание горе-жениха.
Но все его старания оказались напрасными. В папке с делом не нашлось абсолютно никакой существенной информации, кроме того, что ювелирный магазин принадлежал крупному банкиру Стивену Локвуду, который по совместительству был ещё и главой мафии Шедоуса. Сопоставив все факты, Марк понял, что перестрелка произошла, скорее всего, на почве похищения Розалин Раш и дела, определенно, были связаны. Правда, делиться этими догадками со Стейном он пока не собирался.
С трудом дождавшись, когда на часах будет шесть вечера, Марк помчался в бар к своей старой знакомой. Он мог бы сбежать и раньше, но тогда пришлось бы ждать под дверьми до открытия, а это ему не очень нравилось.
Идти было недалеко – каких-то пятнадцать минут – поэтому Марк не стал ловить такси, а, решив сэкономить, пошёл пешком, раз уж намечались такие серьёзные траты. В этот час тротуары, как всегда, переполняли спешащие кто – куда люди. Они постоянно норовили наступить на ботинки или грубо толкнуть в плечо. Марк ненавидел этот город – в нём было слишком много злобы.
Вообще, уровень преступности неприятно поражал следователя Стронга с каждым днём всё сильнее: увеличилось количество мелких краж, пьяных драк, жертв незаконных подпольных боёв. Да и само похищение Розалин Раш посреди дня чего стоило. Такого разгула преступности Марк не видел за всю свою службу в полиции. Мысли о работе так заполнили его мозг, что он даже не заметил, как наткнулся на фонарный столб.
– Нашли, где столбы ставить, – проворчал он, потирая ушибленный лоб.
Краем глаза Марк заметил, что на вывеске справа перегорела одна буква, и теперь загадочное «Дестини» сменилось на незвучное «Дстини». Значит, он пришёл по адресу.
Охранники, заприметив нового посетителя, сразу же напряглись, но спустя пару мгновений узнав в нём завсегдатая, расслабились и пропустили его внутрь. Тяжелая дубовая дверь с легкостью отворилась внутрь, и Марк вошёл в бар.
Плотный сигаретный дым окутывал всё вокруг, сглаживая углы и размывая очертания предметов, а неяркие лампы, не справляясь со своими задачами, оставляли большие тени в углах зала и возле барной стойки. В воздухе витали ароматы пива, гренок и мяса. В желудке у Марка тут же заурчало, а в голову закралась мысль, что можно было бы и перекусить, раз уж всё равно пришлось сюда заскочить.
На небольшой сцене в середине зала музыканты настраивали инструменты: пианино, саксофон и барабаны. Официантки бегали между близко расположенными столиками, расставляя заказы и принимая всё новые – вечер пятницы, как и всегда, был одним из самых прибыльных для любого заведения.
Марк недовольно выругался, столкнувшись с не заметившим его крупным мужчиной в костюме, после чего присел на высокий стул возле барной стойки. Гладкая поверхность столешницы сверкала, отражая ряд маленьких лампочек над ней, а совершенно пустая полка для крепкого алкоголя напротив, заставляла сердце сжиматься от боли. Чёртов сухой закон.
– Привет, милый, – окликнул его знакомый женский голос, принадлежавший хозяйке бара.
– Здравствуй, Анна.
Она вышла к нему из-за стойки, гордо вышагивая на огромных каблуках, которыми пыталась увеличить свой рост, чтобы доставать людям хотя бы до плеч. Тёмные брюки и белая рубашка делали её больше похожей на клерка, чем на владелицу самого престижного бара в городе. И это было, пожалуй, единственным, что всегда озадачивало Марка. Зачем было уделять так много внимания своему внешнему виду, если её и так все уважали?
Приобняв его за талию на секунду, она посмотрела ему в глаза и сказала:
– Подожди немного, сейчас всё будет.
Взглядом он проследил, как она вернулась за стойку и начала принимать заказы других посетителей. Сегодня на её милом, почти детском лице Марк не увидел и тени той весёлости, которая неизменно его озаряла. На вид Анне можно было дать не больше шестнадцати лет, но Стронг знал – она намного старше и умнее, чем всем здесь казалось.
Люди всё заходили и заходили, отчего в баре становилось невыносимо душно. Наплевав на правила приличия, Марк трясущимися пальцами расстегнул рубашку. Большой серебряный медальон на груди мягко блеснул, чем привлёк внимание мутного типа на другом конце стойки, с которым он недавно столкнулся.
– А вот и я! – воскликнула Анна, поправляя выбившиеся из сложной причёски пряди. – Одна из официанток взяла отгул, поэтому пришлось вспомнить прошлое. Пива?
– А есть что покрепче? – тут же слетело с его пересохших губ.
– Из крепкого – только твоя печень, – укоризненно заявила она и еле заметно кивнула в сторону того самого подозрительного мужчины в паре метров от них.
– Да, знаю я. Знаю. Давай тогда тёмное и стейк.
– Как скажешь, – и беззвучно добавила: – Потом.