Дофамин
— Пока не знаю.
— Сколько времени? — крикнул кто-то.
— Час? День?
— Нам продукты привезут?
— У меня ребёнок на дистанционном лечении!
Малика развернула камеру на себя.
— Мы находимся в эпицентре цифрового коллапса, — заговорила она голосом ведущей. — Эксперт «Номад-Линк» отказывается назвать сроки...
Ернар закрыл объектив ладонью.
— Не создавай панику.
— Паника уже есть. Я создаю контент.
— Без сети его никто не увидит.
Малика улыбнулась.
— Посмотрим.
На обратном пути Данияр догнал Ернара.
— У тебя связь есть, да?
— Нет.
— Служебный канал.
— Нет.
— Тогда почему твой телефон показал уведомление у дома?
Ернар остановился.
— Ты смотрел на мой экран?
— Все смотрели.
— Не делай этого.
— Ты боишься, что мы увидим правду?
— Я боюсь, что вы увидите то, чего нет.
Данияр усмехнулся, но взгляд остался голодным.
Во дворе бабушка сидела на корточках у грядки и выдёргивала сухие стебли. Будто никакой вышки, никакого голоса отца и никакой толпы не существовало.
— Пойдём в дом, — сказал Ернар.
— Сначала помой руки.
— Аже, я видел папу.
Её пальцы замерли в земле.
— Где?
— На вышке.
Кульжан-апа медленно выпрямилась. На её лице не было удивления. Только усталость человека, который слишком долго ждал неизбежного вопроса.
— Он тоже её увидел, — сказала она.
— Когда?
— В ту ночь, когда исчез.
— Ты знала.
— Знала, что он пошёл туда.
— И сказала мне, что он бросил нас.
— Я сказала, что он уехал.
— Ты позволила мне ненавидеть его двадцать восемь лет.
— Ненависть удержала тебя подальше от вышки.
— Не удержала.
Бабушка посмотрела на железную конструкцию над крышами.
— Значит, она позвала сильнее.
— Что это такое?
Кульжан-апа вытерла руки о фартук.
— Не «что». У неё нет тела. Есть только место, где люди слишком долго чего-то ждут.
— Это не ответ.
— Другого у меня нет.
Она вошла в дом и вернулась с жестяной коробкой. Внутри лежала старая аудиокассета, выцветшая фотография и сложенный лист бумаги. На фотографии молодая Кульжан-апа держала на руках младенца Серика. Рядом стоял тот самый приговорённый из записи, только постаревший.
На обороте рукой бабушки было написано: «Тулеген-ата, мой дед. 1978 год. Не слушать после заката».
— Твой дед?
— Мой дед. Твой прапрадед. Я молчала, потому что нас она звала сильнее других. Тулеген говорил: тот, кто слишком долго ждёт возле этого места, сам становится для сигнала узлом. А наша семья ждала здесь поколениями.
Ернар хотел спросить, почему именно их, но бабушка продолжила:
— После того дня он прожил ещё почти сорок лет, — сказала Кульжан-апа. — Но каждый вечер слышал команду, которая не прозвучала.
Радио снова затрещало.
И голос Серика произнёс:
— Мама, на этот раз открой дверь.
Глава 7. Три полоски
Кульжан-апа побледнела, но к двери не пошла.
Радио стояло на столе. Его шкала тускло светилась зелёным, хотя батарейки давно вытекли. Сквозь шум снова донёсся голос Серика:
— Мама... я замёрз.
Ернар шагнул к приёмнику.
Бабушка ударила его по руке так быстро, что он отшатнулся.
— Не отвечай.
— Это запись.
— Запись не знает, что я в доме.
— Можно определить источник.
— Твой отец тоже хотел определить.
Голос стал ближе.
— Ернар, балам. Ты вырос?
У Ернара перехватило дыхание. Последний раз он слышал отца в семь лет — не голос, а память о голосе, давно стёртая и заменённая семейными видео. Но сейчас каждая интонация была настоящей: мягкое «р», короткий вдох перед вопросом.
— Выключи, — прошептала бабушка.
Ернар накрыл радио металлической кастрюлей. Шум не стих. Он завернул приёмник в одеяло, вынес во двор и положил в старую печь. Только тогда голос оборвался.
На кухне Кульжан-апа налила чай. Руки у неё дрожали, и ложка звенела о стакан.
— Рассказывай всё, — сказал Ернар.
— Всё не помещается в слова.
— Начни с отца.
Она долго смотрела на пар.
Серик работал техником на вышке. В конце нулевых оборудование заменяли, прокладывали первую цифровую линию. Он нашёл в бетонном основании старый кабель, уходивший в землю. Кабель не значился ни на одной схеме. Когда его перерезали, в ауле на несколько минут пропал свет, а у десятков людей разом зазвонили несуществующие телефоны.
После этого Серик начал видеть возле вышки мужчину в военной форме.
— Лейтенанта? — спросил Ернар.
— Иногда лейтенанта. Иногда своего отца. Иногда тебя взрослого.
— Меня?
— Он говорил, что ты зовёшь его из будущего.
За окном пробежала группа детей. Они держали телефоны перед собой и водили пальцами по погасшим экранам в одном и том же ритме.
— В ночь исчезновения Серик пришёл домой и сказал, что нашёл способ закрыть сигнал, — продолжила бабушка. — Он хотел достучаться до солдат 1942 года и убедить их не отдавать команду. Записал всё, что знал, на кассету, оставил её мне и пошёл к вышке. Больше его не видели.
— Почему полиция не...
— Полиция искала Серика. Вышку тогда почти не проверяли.
Ернар потёр виски.
— Аже, это звучит как суеверие.
— Можешь назвать это суеверием. Но я видела, что оно делает с людьми.
Телефон в его кармане коротко завибрировал.
Он достал его. Индикатор показывал три полоски связи.
Не одну. Не слабый аварийный канал. Полный сигнал.
— У тебя есть сеть, — сказала бабушка.
— Не должно быть.
Ернар быстро включил защищённый режим. Пакеты данных проходили без задержки. Спутниковая привязка отсутствовала; устройство считало, что подключено к базовой станции «KARASU-0», той самой с нулевым идентификатором.
Появилось сообщение от Айгерим:
Ты в порядке? Я злюсь. Но ответь.
Он набрал: Да. Сеть нестабильна. Не приезжай.
Сообщение ушло.
Кульжан-апа не сводила с него глаз.
— Никому не показывай.
— Почему?
— Потому что голодный человек сначала просит кусок хлеба. Потом спрашивает, почему у тебя целая буханка.
Во дворе послышались шаги. В калитку постучали.
— Ернар! — крикнула Малика. — Открой! У меня появилось уведомление, что ты в сети.
Он посмотрел на экран. Индикатор погас.
Но за калиткой уже собирались люди.
Глава 8. Голос в шуме
Ернар вышел во двор без телефона. Он оставил его под половицей в спальне, завернув в экранирующую ткань из служебного набора.
За калиткой стояли Малика, Данияр и ещё человек двадцать. Некоторые держали устройства на вытянутых руках, словно компасы.
— Что вам нужно? — спросил Ернар.
— Сеть, — ответили сразу несколько голосов.
Малика показала свой экран. На нём было системное уведомление:
ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ ERNAR_S ВЕРНУЛСЯ В СЕТЬ.
— Я не зарегистрирован под таким именем.
— У всех появилось, — сказал Данияр.
Люди закивали. На их экранах была та же строка.
— Это локальная рассылка. Подмена уведомлений.
— Но ты отправил сообщение, — сказала Малика.
— Кому?
— Неважно. Мы видели исходящий пакет.
Ернар отметил слово «пакет». Малика не разбиралась в сетях. Значит, кто-то подсказал ей формулировку — или устройство показало больше, чем должно.
— Мой служебный модуль иногда цепляет резервный канал, — солгал он. — Он закрытый и рассчитан только на диагностику.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: