Еще вдох. И выдох.
Напоминаю себе, что доказательств нет, что все мои чувства построены на догадках, но это почти не помогает.
Расправив плечи, уверенно шагаю к столику, но вынужденно останавливаюсь на полпути, едва не врезаясь в массивные мужские плечи. Задрав голову, вижу перед собой Натана – старшего брата Демьяна. Он возникает словно из ниоткуда и как раз тогда, когда нужно.
– Куда так торопишься? – спрашивает лениво. – Неужели к мужу?
– Куда же еще?
– Он, кажется, не скучает, – вроде как шутит, но этими словами попадает прямо в цель. Туда, где и так болит и кровоточит.
– Скучает, конечно. Он без меня всегда скучает.
Выдавливаю улыбку. Сейчас кажется, что я всего лишь поддерживаю статус. Пытаюсь убедить всех, что картина – не жалкое подобие, а настоящие произведение искусства и стоит внимания.
– Может, потанцуем? – предлагает Натан.
Он в нашей с Демьяном жизни появился полгода назад. До этого я понятия не имела о существовании у Демьяна старшего брата. Несмотря на то, что он не оказался самозванцем, а взаправду является братом мужа, я чувствую себя в его присутствии дискомфортно. Подопытной. Возможно, виной всему его внимание. Слишком откровенное и неприкрытое. Так не смотрят на жен родных братьев. Впрочем, на помощниц тоже не смотрят так, как это прямо сейчас делает мой муж.
– Прости, Нат… в другой раз.
Я обхожу его и направляюсь к нашему столику. Ни муж, ни его помощница меня не замечают, продолжают разговаривать. Мне кажется, убери отсюда гостей, и они перейдут к более активным действиям. Возможно, у меня паранойя, но мне огромного труда стоит просто подойти и не вылить ей на голову бокал холодного игристого, который я успела схватить с подноса официанта по пути сюда.
– Не помешала? – спрашиваю со сталью в голосе.
– Ой… – блондинка тут же отодвигается, держит с моим мужем дистанцию.
Делает вид, что ничего такого, а потом, задрав голову, ехидно улыбается:
– Кажется, я заняла ваше место?
– Кажется, я облила вас шампанским, – произношу уже после того, как бокал “случайно” выскальзывает из рук аккурат ей на плечо, разливая пузырящийся напиток по всему ее наряду.
Сам бокал вдребезги рассыпается, едва падает на пол. Она взвизгивает, поднимается на ноги, я выдавливаю сожалеющую улыбку. Мне правда жаль. Не ее, а бокал. И шампанское, которое мне очень нравилось.
Я не уверена, что она спит с моим мужем. Бокал на нее упал, потому что она позволила себе уколоть меня. Ну и за флирт с моим мужем на глазах у сотен гостей.
Из-за суеты на наш стол начинают обращать внимание другие гости. Услышав звон стекла, тут же подбегают официанты, чтобы убрать осколки. На нас смотрят многие, но я чувствую на себе лишь один взгляд. Поворачиваю голову, сталкиваюсь с холодным прищуром. Почему-то даже жду, что Демьян меня отчитает, но он молчит. И на помощницу свою даже не смотрит, словно ему наплевать, что с ней происходит.
На нее смотрю я. Исключительно, чтобы убедиться в том, что ее наряд безвозвратно испорчен, и остаток вечера мы проведем без ее навязчивой компании. Если она и правда спит с моим мужем, то это – лишь маленькая толика моей мести. На что еще я способна? Самой проверять не хочется. Лучше бы все оказалось лишь игрой моего воображения.
– Иди-ка сюда, – меня хватают за руку.
Незаметно для остальных, но так больно, что я едва не вскрикиваю. Скосив взгляд, замечаю мать Демьяна – Ингу Романовну. Чтобы не устраивать сцен, следую за ней добровольно. Каждую чертову минуту помню о том, что на нас смотрят. Уже одно то, что мы резво куда-то удаляемся после того, как я окатила шампанским предполагаемую любовницу мужа, привлекает лишнее внимание.
– Ты с ума сошла?! – восклицает Инга Романовна, вытаскивая меня на пустынную террасу.
– Не понимаю, о чем вы.
– Что у вас с Демьяном происходит? То вас полвечера невозможно найти, то вы являетесь в зал по отдельности, а теперь ты… ты… ты… – от возмущения она не может найтись со словами. – Что не так с Даяной? Тебе не понравилось, что Демьян с ней разговаривал?
– Бокал просто выскользнул у меня из рук.
– Я все видела, – обрубает Инга Романовна. – Ты сделала это специально. Приревновала?
– Я должна перед вами отчитаться? – интересуюсь холодно и наконец резко выдергиваю руку из стального захвата свекрови.
– Ты посмела устроить сцену посреди толпы гостей, на вас все смотрели. Ты думаешь, они ничего не поняли?
– А что они поняли, Инга Романовна? Она – помощница Демьяна. Я случайно выронила бокал из рук. Может, вы знаете больше меня? Тогда расскажите…
– Неблагодарная…
– Мама, хватит! – сзади звучит недовольный голос Демьяна.
Свекровь сразу сникает, ее решительность увядает на глазах. Перед любимым сыном она перечить не смеет, поэтому практически сразу ретируется, оставляя нас наедине.
– Если планируешь меня отчитать, то лучше просто уходи.
– За что мне тебя отчитывать? – хмурится и подходит ближе.
Я среагировать не успеваю. Муж приближается, обнимает сзади, разворачивая лицом к перилам. Мы смотрим на задний двор ресторана, в котором собрались. Здесь тихо, спокойно, почти не слышны звуки с проезжей части. Я бы здесь, пожалуй, осталась. До тех пор, пока не опустеет зал. Не хочу внутрь, не хочу под пристальные взгляды. И хочу забыть про сумку в его багажнике, содержимое которой никак не дает мне покоя.
– Мы просто разговаривали, – шепот на ухо.
Я дергаюсь. Хочу, чтобы отпустил. Лучше бы он молчал. Тогда у меня был шанс продолжить молча стоять в его объятиях, но теперь я не могу. Хочу, чтобы отпустил. Жажду взглянуть ему в глаза, пусть даже придется утонуть в них.
– Прекрати! – слегка повышает голос, зажимает руки, чтобы не вырывалась.
У нас с Демьяном большая разница в росте и весе. Я едва дохожу ему до плеч и вешу всего пятьдесят пять килограммов. Демьян высокий, почти метр девяносто, широкоплечий, с прорисованными мышцами тела. Как бы ни сопротивлялась – он все подавит. Сил ему хватит, но как только я затихаю, он ослабляет захват и пользуется запрещенным приемом – целует меня за ушком. По телу расползается дрожь, на глаза наворачиваются слезы.
– Ты с ней спишь? – спрашиваю каким-то чужим голосом. Не своим. – Спишь со своей секретаршей?
Глава 4
– Даяна не секретарша, а помощница, и нет, не сплю. Откуда вообще такие мысли, Майя? – Демьян разворачивает меня к себе.
– Вы весь вечер ворковали.
– Весь вечер? – муж выгибает одну бровь, хмурится, словно не помнит. – Что происходит?
– Ничего.
Я пытаюсь уйти, но Демьян удерживает меня, ловит за руку.
– Тебя кто-то накрутил? Что-то сказал?
– Я не слепая.