Пеон и цезура

«Жизнь — суть поэзия, а смерть — сплошная проза». Эти слова Бориса Рыжего стали эпиграфом и ключом к циклу из семи стихотворений — семи ступеней одной человеческой судьбы. Рождение — с первой затяжкой воздуха и первым криком, который станет потом стихами. Детство — где ангел является в бреду и обещает покой «за чертой». Юность — где любовь оборачивается смертью, а нежность — гноем и ржавым шприцем. Творчество — где лифт с Маяковским и Есениным увозит в бессонницу, а запой становится синонимом стиха. Зрелость — где клятвы разбиваются о быт, а сын рисует на стенах те же строки, что и отец. Старость — где больница, капельница и сон о лифте, который застрял между этажами. И С…