Король Аякс и принцесса Джулиана тут же поднялись с кровати. Они, в чем мама родила, живо пошли по каменному полу, где местами лежали звериные меха. В огромном камине полыхал небольшой огонёк, а на мощные каменные стены ложились замысловатые тени. Здесь порой возникали чудные образы. Джулиана пошла живо на босу ногу. Она засеменила. Её большая грудь забавно колыхалась, а ярко-розовые пухлые и острые соски блестели. Принцесса дышала ровно. Она мигом прошла в соседний зал, где спал младенец. Аякс шёл следом за обнажённой супругой. Его мускулы красиво игрались в неясном озарении. Он невольно напряг свой рельефный торс, а на руках уже твердели округлые бицепсы. Король нисколько не смущался своего красивого тела. У него меж ног виднелись небольшие короткие волосы, где забавно болтался уже вялый, но красивый большой мокрый половой орган. Он чуть оправил своё бычиное достоинство правой рукой. Аякс дышал ровно. Он прошёл следом за супругой в зал королевского младенца. Властелин сразу округлил ясные глаза и оказался весел, как никогда. Но всё же его мысли путались. Аякс встал в оконной арке и чутко глянул в тёмную даль. Он глубоко задумался. «Наш малыш Лионель проснулся. Видимо, мы громко занимаемся любовью. Но и мне не спокойно на душе. Этот наш сосед ведёт себя странно. Битый глаз. Мать его… Будь он неладен. Он мне не нравится. Как тихо сейчас. Я должен обнять сына и мне станет куда легче. Он мой малыш. Наш малыш. Мы сильно его любим. Он растёт не по дням, а по часам. Он просто красавчик. Ему сил не занимать. Он уже сильно жмёт мне руку. А ещё недавно он был совсем крохой. Я обожаю его, как и Джулиана. Его мать. Наш королевский малыш. Хаахахааа… Но всё же почему я подумал об этом паршивце? Его «псы» появились здесь. Мои войны поймали лазутчиков. Что они здесь искали? Они ничего не сказали, даже под пытками. Их повесили. Но что с того? У них были вырезаны языки. Кто так делает? Лишь зверь. А что они здесь искали и зачем были здесь? Что они высматривали? Мы не знаем. Но мне не по себе немного… Они не признались, что их сюда послал кто-то из соседних земель. И как они могли признаться. Им же отрезали языки и заставили сюда прийти. Что-то здесь не так? Я не могу об этом не думать. Эти мысли не дают мне успокоиться. Но всё же почему я думаю на короля Битый глаз. Это его люди. Чует моё сердце. Сукин продажный пёс. Что он тут искал? А если это не он? То кто? Я не могу узнать никак? Нам нужно быть начеку. Отчаянные времена. Но когда они были спокойными. Здесь веками льётся кровь бочками и галлонами. Надо быть сильными и смотреть в оба глаза. Сукин пёс этот Битый глаз. Я знаю одно. Он уже не наш союзник. А был ли он нашим союзником? Он смотрит жадно на мои богатые земли и явно мечтает ими обладать. Как и его приятели. Я знаю, что он охотился с королём Шальная Рожа и Рваная рука. Вот уже это о чём-то говорит… Но что у них может быть общего? Я должен обнять малыша. Своего сына. Как я люблю Лионеля. Он растёт настоящим воином. Я просто его обожаю. Как я его люблю. Наш малыш Лионель…», — подумал он. Король Аякс глубоко выдохнул и прошёл к колыбельке сына, где Джулиана ловко взяла кроху на руки. Она тут же мило и нежно приласкала малыша. Лионель бурно задвигал руками и ногами, а заодно чуть замотал лысой головой.

— Ууууааауууааауууу, — подал голос малыш.

— Тихо Лионель. Ты сейчас разбудишь весь замок. Хиихихиии…, — сказала Джулиана.

— Хааахахааа…

— Уууааааауууу…, — слегка успокоился малыш.

— Что ты смеёшься? Наш сын описался Аякс. Возьми его на руки, пока я меняю ему одеяльце. Лионель тихо, малыш.

— Давай его мне. Я быстро его приласкаю и убаюкаю.

— Да возьми. У тебя ловко получается. Он тебя сильно любит.

— И тебя любит не меньше.

— Но тебя больше.

— Хаахахааа… Не смеши меня Джулиана. Он тебя любит сильно.

— Хиихихиии… Это пока он хочет моего молока.

— Хаахахаа… Он уже большой.

— Хиихихиии… Да он большой парень. Но писается часто.

— Он не специально. Хаахахаааа…

— Весь в тебя. Хиихихиии…

— Ты что хочешь сказать, что я…, – недоумевал Аякс.

— Хиихихиии… Я так не думаю.

— Это важно.

— Хиихихихиии…

Джулиана ловко передала своего сына в руки супруга-короля. Она улыбнулась тонко, оправив на голове свои густые длинные волосы. Её ясные глаза блеснули, как у рыси на охоте. Король Аякс плотно и добро прижал к себе родного сынишку. Он поцеловал того в пухлую румяную округлую щёчку. Лионель тут же притих и тихо засопел, находясь в мускулистых руках королевского папочки. Он оказался мягким, как пушок. Но он весил уже как весьма большой, стальной щит. Его розовое щекастое лицо выражало простоту. Он крепко сомкнул глаза и по виду видел чудный сон. Кроха прижимал руки к своей груди. Он чудно засопел, как сурок.

Король Аякс крепко и нежно прижал к себе сына-младенца. Он чуть того убаюкал, плавно двигая своим мощным корпусом. Аякс натужил мускулистые руки, на которых мигом округлились мощные округлые бицепсы. Он, выказав симпатичную гримасу, мило закачал родного младенца. Аякс округлил выразительные глаза и смотрел прямо на личико уже спящего чудного сына. Его уже ничего не тревожило. Аякс тут же глянул на свою оголённую прекрасную супругу. Джулиана уже во всю возилась с мокрыми одеждами, которые описал малыш в своей колыбельке. Её упругая обильная грудь забавно колыхалась, а острые соски ощутимо твердели. Лицо розовое выразило лёгкое напряжение, а пьяные, но ясные глаза смотрели прямо. Джулиана ловко руками оправила свои распущенные шелковистые волосы. Она тонко улыбнулась, глядя на одеяло, на котором виднелся округлый след от мочи. Принцесса, помотав головой, бросила постельное бельё на пол и взяла с полки сухое одеяло и простынку.

Король Аякс, качая на руках младенца, смотрел на видную супругу. Он умилялся её сексуальными шикарными прелестями и вновь жаждал любви. Его глаза игриво блеснули. Аякс, бегло глянув на младенца, уже ощутил его тепло. Мысли путались. «Какая красивая у меня супруга. А сын чудесный. Он уже крепыш. Ещё немного и он легко сможет поднять мой меч. Он будет им орудовать искусно и легко. Прямо как я. Лучше меня. Он просто чудесен. Принцесса Сонийская родила невероятного малыша Лионеля . Наш сын победитель. Наш сын храбрый воин. Хаахахааа… Наш сын герой былин и сказаний. Он станет тем, кто достоин носить корону «Дикого Буйвола». В нём теплятся благородные крови королей «буйвола». Хаахахааа… Как я счастлив, что у меня есть такой сын Лионель и такая красива жена принцесса Джулиана. Сколько любви она мне подарила. И наш праздник продолжается. Мой сын Лионель. Как он красив и силён. Он уже очень силён. А я вижу, что в нём есть невероятная сила и магия. Этим он явно меня превзошёл и превзойдёт ещё много раз. Чудесный наш малыш Лионель. Как я счастлив, просто держать его на руках. Наш Лионель красавец. Он уснул. Стоило лишь мне взять его на руки, и он уснул. Наш сын. Лионель. Он чудесен. Джулиана постелила ему другое одеяло. И теперь он может вновь занять место в своей чудной колыбельке. Хаахахааа… Пускай видит добрые сны и сновидения. Пускай ему приснится чудесная сказка. Хаахахаа… Он ещё младенец совсем. Но он крепыш. Я ощущаю его мощь и силу. В нём есть дикая магия. Наш сын Лионель…», — подумала он. Король Аякс дышал ровно. Его явно успокаивала заметная теплота, а вдобавок чудное и ровное сопение королевского младенца. Аякс, глядя на лицо сына, тонко улыбнулся. Его бойкие глаза блеснули. Он прямо посмотрел на оголённую супругу, которая уже заправила колыбельку одеялом и белой простынкой. Она теперь стояла, а спину держала прямо. Джулиана положила руки себе на пояс и выглядела как настоящая хозяйка своего большого дома. У неё на плечах лежали расправленные во все стороны, гладкие и шелковистые волосы, которые тянулись до пояса и даже касались икристых красивых упругих ягодиц. Принцесса дышала ровно, а грудь заметно округлилась и, казалось, стала ещё больше. Её прямо сочные «дыни» пышили, а острые ярко-розовые соски ощутимо твердели. Джулиана смотрела прямо на лицо супруга и бегло глянула ему меж ног, где красовался большой бычиный половой орган. Но Аякс не смутился. Он шагнул вперёд и передал малыша Лионеля своей супруге. Она мягко приняла того в руки и тут же поцеловала в округлую румяную щёчку.

— Какой он красивый наш малыш. Поражаюсь, как у тебя так ловко получается его успокоить, — сказала Джулиана.

— Да я сам тащусь. Просто магия.

— Хиихихиии… Какая ещё магия?

— Просто такая. Я беру его на руки. И он сам тут же начинает сопеть чудно, как сурок. И спит крепко. Хаахахааа…

— Тише ты. Ты его сейчас пробудишь. Вот же ты Аякс громкий.

— Я молчу. Хаахахааа…

— Совсем уже что ли. Кабан ты шальной.

Джулиана, держа младенца на руках, ещё раз поцеловала в левую щёчку. Она улыбнулась, глядя на щекастое розоватое лицо оголённого малыша. Её глаза блеснули. Она тут же мягко и плавно положила младенца в колыбельку и укрыла того льняным золотисто-голубым одеяльцем. Младенец Лионель повёл незаметными бровями и забавно зачмокал языком. Он округлил свой ротик, но глаз не открыл. Он чутко спал глубоким сном и напустил слюнок на нижнюю небольшую алую губу и округлый подбородок. Лионель тихо лежал на спине и чуть лишь подёргивал своими пухлыми ногами и руками. Король Аякс и принцесса Джулиана слегка навалились на колыбельку. Они прямо, душевно и мило уставились на королевского младенца. Супруги бегло поцеловались в губы, где сразу повис ароматный винный вкус. Они тонко улыбнулись друг другу и вновь засмотрелись и даже заворожились младенцем. Лионель, лёжа в своей колыбельке, чутко сопел. Он дышал ровно. Его вид стал просто очарователен и чарующ. Король Аякс широко улыбнулся. Он теперь не сдерживал эмоций.

— Наш малыш Лионель, — торжественно сказал он.

— Да. Тихо ты…, - волнительно ответила она, - А то опять разбудишь. А он уже тяжёлый. Я едва держу его на руках, — тихо сказала принцесса.

— Хаахахааа… Да он такой. Он весит уже как мой меч.

— Ты тоже сравнил.

— А что?

— Ничего. Лионель не будет сражаться. Я не хочу, чтобы он видел кровь и мучения.

— Джулиана, я тоже этого не хочу. Но он, прежде всего, воин. Он королевич «Дикого Буйвола». Все короли должны уметь держать меч и правильно им пользоваться в бою…, - настоял Аякс, - Я не говорю уже о езде на лошади. Но даже без седла. В одном бою…, - начал вспоминать Аякс, - Я так скакал на лошади и мастерски снёс одного мятежного орка. Его, помню, прямо пригвоздил. Я вонзил ему меч в клыкастую пасть. Хаахахааа…, — весело сказал Аякс.

— Хватит уже Аякс. Замолчи уже…, - взъелась Джулиана, - Как ты можешь такое говорить здесь. Не надо говорить такое у колыбели сына. Ему ещё и года не исполнилось. А ты уже хочешь усадить его на боевого коня и дать ему в руки меч. Аякс тебя так воспитывали? — возмутилась принцесса.

— Я просто хочу, чтобы он был сильным и умел за себя постоять, — добавил Аякс.

— Это ладно…, - смягчилась Джулиана, - Но не надо тут рассказывать о своих кровавых битвах. Хватит уже, навоевались.

— Хаахахааа…

— И не смейся так глупо.

— Ладно. Я не буду больше говорить об этом здесь. Но наш сын…

— Наш сын будет жить мирно.

— Что же…, - пожал мощными плечами Аякс, - Может, ты и права. Ему уже скоро годик. Вот это время летит. Он заметно подрос. Хаахахааа…

— Говори тише, Аякс. Ты его разбудишь сейчас. Я тогда не могла его успокоить всю ночь, когда ты был в своём дурацком походе.

— Он был нужен всем нам. Мы бились с орками…, - настоял король «буйвола», - Эти мятежники грозились нас уничтожить. Они зашли на наши территории. Тогда мы их крепко побили. А многих усадили на кол, как делают они с нашими пленными. И…

— Аякс…, - помотала головой принцесса.

— Я забылся. Прости Джулиана. Я больше не буду. Лионель уснул.

— Да он уснул. Не буди его своим диким голосом.

— Скажешь тоже. Хаахахааа…

— Наш сын родился десятого декабря. Ему скоро годик. У тебя уже есть для него подарок?

— Я ещё не думал…, - пожал плечами Аякс.

— Вот как...

— Что ты дёргаешься так?

— Ничего я не дёргаюсь. Идём в постель. Я снова хочу много любви, — настояла Джулиана.

Принцесса Сонийская резко развернулась и чуть прошлась в сторону. Она выглядела мега сексуально. Её икристые упругие ягодицы чудно засверкали, а большая грудь заметно всколыхнулась. У неё при ходьбе немного подпрыгивали шелковистые волосы. Джулиана несколько разъярилась и сейчас походила на дикую львицу. Аякс засмотрелся на оголённую супругу. Он теперь просто жадно впился тёмными глазами в её упругие аппетитные ягодицы, которые охотно пожирал вожделенным взглядом и даже заглотил слюнку.

— Вот же буйная валькирия.

— Что ты там сказал?

Джулиана резко поворотила. Её большие сочные «дыни» выглядели красиво и аппетитно, а припухлые и острые соски твердели. Она вернулась к колыбельке, где чудно спал королевский младенец. Эта красотка прямо дико глянула на лицо супруга, а ледяные глаза округлила. Джулиана теперь походила на кобру в момент атаки. Она, бегло глянув меж ног мужа, живо оценила его большое достоинство. Принцесса Сонийская даже чуть прихватила рукой героя за половой орган. Король Аякс вздрогнул, но улыбка не покидала довольное лицо. У него заметно напряглись развитые мышцы. Он теперь безумно смотрел на жаркие прелести милашки и жаждал лишь палящей любви.

— Хаахаахааа…

— Спи малыш спокойно и пускай тебе приснятся сладкие сновидения, — мило сказала Джулиана.

— Пока Лионель. Увидимся утром. А пока мне нужно ублажить твою шикарную маму в постели.

— Хиихихихиии…

Король Аякс плотно обнял оголённую принцессу и тут же ощутил её тепло и страсть. Он натужил свои мощные мышцы. Его рельефный торс сразу выказал стальную мощь. Супруги нежно поцеловались в засос, а на губах отразился ароматный вкус. Аякс не стал ждать особого приглашения. Он прямо резко и вкусно впился губами в упругую грудь супруги. Ему не заставило труда зацеловать ароматные прелести. Аякс тут же поцеловал её гладкую шею. Джулиана тонко застонала и отдавалась охотно. Её стройные ноги подогнулись в коленках. Король Аякс сразу схватил свою истинную избранницу и любовь на руки и живо пошёл в богатую опочивальню. Джулиана обвила крепко руками бычью шею супруга. Она поцеловала того в губы в засос, где мигом родился ароматный винный вкус. Аякс отвечал взаимностью. Он вновь оказался пленён умением жгучей красотки крутить языком во рту. Властелин получал наслаждение и всегда жаждал большего. Он быстро достиг кровати, где повалил мягко свою оголённую жену на постельные шикарные меха. Аякс прямо, как своего младенца уложил её на перину. Джулиана слегка вздрогнула. Её большая упругая грудь качнулась, а ярко-розовые острые соски твердели. Она чуть согнула в коленях свои стройные гладкие ноги. Джулиана выказала страсть на своём лице и коварно улыбнулась. Её жгучие тёмные глаза неподдельно блеснули. Аякс, уже возбуждённый не на шутку, тут же раздвинул ножки видной жены. Он оправил рукой свой большой «жезл», который вновь вытянулся на тридцать сантиметров. У него значился прямо как у коня. Джулиана заметила любовный порыв видного короля. Она тут же вздрогнула. Аякс проник ловко во влажную плоть жгучей милашки и плотно на неё навалился. Он сразу показал свою стать, страсть, силу и дикость. Аякс, лёжа на оголённой супруге, живо задвигался. В зале воздух наполнился громкими охами и вздохами. Джулиана в порыве любви замотала головой. Её пленил неистовый жар. Она просто вся извелась.

Глава третья

Небо наполняла темнота и таинственность, а в глыбе туч ярко сиял золотой месяц. Дали покрывал смог и туман. Повсюду порошили редкие крупные снежинки. Веял лёгкий прохладный ветерок. Воздух порой сотрясали голоса диких зверей. Замок «Дикого Буйвола» окутал лёгкий туман. Но ярко просматривались мощные башни и долгие своды, на которых мелькали огни факелов. Над замком живо пролетел мощный тёмно-бурый огромный орёл. Он широко замахал своими крыльями и подал боевой клич. Его буро-золотое оперение слегка распушилось. Этот зверь чуть повёл своей массивной головой и смотрел прямо, - глаза как чистый изумруд неподдельно сверкнули, а стальной клюв отдал золотым блеском. Орёл парил свободно и легко. Он вновь подал неспокойный тревожный клич и мигом скрылся в неясном мареве.

Замок «Дикого Буйвола» уже обступили со всех сторон лазутчики в тёмных свободных одеждах. Их лица скрывали маски, на которых изображены безумные и страшные лики. Они завсегда и умело скрывают свои лица. Все наёмники из отряда «Острые когти» славятся своими боевыми навыками и действуют словно призраки. Эти отменные воины принадлежат с рождения Тёмному ордену, которым заправляет секретный совет двадцати королей. Этот «орган» уже давно прогнил и покрылся ржавчиной, как и умы этих великих покровителей мира всего. Его главная сила находится в руках одного короля Бенуяка Ортеги-Норога. Он же Бешеный Носорог. У него более половины всего могущества. Он невысокий и жирный как морской кот. У него массивная голова, а лик уродливый и жуткий, - глаза навыкате и разные по размеру цвета плесени, нос с широкими ноздрями огромный и рваный, рот обширный, а губы пухлые и навыкате. Этот властитель завсегда плотно скрывает за стальной носатой маской свою омерзительную уродливость. За такой маскарад он получил прозвище Носорог. Он хромой на обе ноги, а при движении завсегда опирается на специальную деревянную тележку на колёсиках. Носорог использует трость, которая снабжена длинным лезвием. Слухи поговаривают, что он многих замучил своей убийственной тростью. Бешеный Носорог в своё время слыл тем ещё воеводой. Он бросался в бой просто так ради забавы. Ему было всё равно, кого рубить. Он слыл редким завоевателем. Но в одной деревне Шоршик ему крепко досталось. Буйные орки умело окружили всё селение, вовремя подтянув дополнительные силы. Они быстро перебили полупьяных воинов «носоранцев». Бенуяку Ортега схватили в плен. Он важно заявил, что он подданный королевы Маргарет Фризи. Но он врал и всё придумал на ходу, чтобы избежать гибели. Ему не поверили даже тупые орки. Они пытали его около трёх дней. Бенуяку били, чем попало. Его опускали вверх тормашками в ледяную воду глубокого колодца, потом жгли огнём и били всё тело поленом. Ему вырвали часть причиндалов и сильно клинками и пиками порезали всё тело. На третий день пыток Бенуяку оказался едва жив. Его прижали верёвками к столбу и долго хлестали плёткой по спине, а затем пленника привязали к лошади и таскали вокруг деревни, как бревно. В свою очередь несколько орков, сидя на спине пленника, катались как на санках. Ему от ударов об заборы и камни сильно обломало ноги. У этого бедолаги с лица слезла вся кожа. Но пьяные орки на этом не остановились. Они вновь привязали к столбу подопытного «зайца». Буйные оковалки недоумевали, что этот тип ещё жив. Они долго думали, как ещё повеселиться. Во главе тогда находился орк Каталка Кучерявый. Он нереально мускулистый. У него значился жуткий лик, - глаза кривые белого цвета смотрели далеко, нос как камень всегда темнел, губы навыкате странно натягивались до ушей, а большой шрам вовсю рожу выглядел устрашающе. Ему в одном бою сильно досталось от топора рыцаря. Но этот орк всё же сумел убить оппонента, даже получив такую жуткую рану. В том бою Каталка Кучерявый загубил около двадцати воинов. Но его тоже всего изрубили. Этот головорез всё же выжил. Он слыл живучим сукиным сыном. Его даже проткнули три раза мечом и копьём. Но он выжил вопреки здравому смыслу в той жуткой кровавой сече. Каталка Кучерявый сам себе зашил шрам на лице. У него тогда рот раскрывался во всю щеку, как сумка. Он этот разрыв кожных тканей весьма умело заштопал капроновой верёвкой, а глубокая широкая рана зажила на нём как на собаке через пару недель. Но шрам остался суровый и заметный. Его крепко резанул мечом рыцарь Окулижа. Этот герой слыл молодым да ранним. Ему оказалось сил не занимать. Он уложил около тридцати орков, прежде чем принял смерть от рук орка Каталки Кучерявого. Этого безбожника так называют за красный ирокез на голове. Он сумел вонзить Окулиже вилы в голову, а вдобавок ещё бросил тело на три метра от себя.

Каталка Кучерявый командовал парадом, когда истязали «Носорога» Ортегу в глухом селении Шоршик. Именно орк Кучерявый решил да гадал со своими пьяными приятелями-сородичами, как ещё покарать редкого вражеского командира. Орки рядили и судили, выпивая трофейный самогон. Они сначала хотели пленника поднять на кол, а затем сжечь дотла. Среди прочих приходили предложения, чтобы врага утопить и скормить заживо шакалам и стервятникам. Из них кто-то просил сбросить тело в пропасть, а пара орков предложила использовать передвижную катапульту. Бенуяка Ортега слышал и внимал, как орки вели бурные и безумные беседы. Они выпивали дешёвое пойло и тут же пытали плотски упитанную невысокую женщину на телеге. Оляка Сухара громко кричала, когда в неё вновь и вновь входили пьяные орки. Всех местных сельчан после взятия деревни, кто встал на защиту града и всех пленных, они сразу повесили или бросили в пропасть с катапульты.

Орк Каталка Кучерявый решил всё сам за всех орков. Он после всех дум быстро принял решение. Этот командир резко достал из ножен острый нереально наточенный большой кинжал. Он, находясь в пьяном бреду, захотел взять себе скальп вражеского командира. Орк Кучерявый, выпив довольно много дешёвого пойла, тут же принялся вырезать лик пленнику на виду у всех орков, которые просто безумно захохотали и заохали. Бенуяка Ортега натерпелся жути и страшной боли. Он издал душераздирающие вопли и громко закричал после всех пыток и мучений. Орк Каталка Кучерявый же усилил натиск. Он сильно надавил на кинжал и прямо отсёк пол носа будущему королю Носорогу. В сторону как под напором брызнула кровь, а вопли пленного лишь усилились. Орк Каталка Кучерявый принялся плавно срезать кожу. Но он содрал кусок плоти жёстко, нечаянно и неумело. Бенуяка Ортега живо задёргался и истошно завопил, хотя уже лишился многих сил, но был живым. У него по телу густо текла кровь. Он уже мысленно простился с жизнью. Но для него здесь случилось чудесное спасение.

Рыцари под знаменем «Дикого волка», которое принадлежит королю Дарику Ромулуду «Шальной роже» напали стремительно на деревню. Кавалерия из ста наездников живо вонзилась вглубь селения. Воздух сотрясли стрелы арбалетов и пищалей на передвижных тележках. Полупьяные орки, застигнутые врасплох, побежали, как цыплята от волка наутёк. Но многие оковалки тут же завалились замертво на тропинки во дворах и на площадках. Из них кто-то повис прямо на заборе, приняв по три или четыре смертоносные стрелы. Рыцари не щадили никого и многих загнали в ловушки. Они закрыли самых отверженных орков в амбарах и сожгли дотла. Крики душераздирающие недолго томили душу. Но не обошлось и без драмы. Орк вассал Бахмак умело воспользовался арбалетом и пригубил троих всадников. Он зверски добил одного молодого «ромулудца» Алоку. Бахмак прямо опустил на голову рыцаря кирку. Алоку сразу скончался. Он весь затёк кровью. Бахмак побежал, но сразу вздрогнул. Ему перебило ноги стрелами. Этот кровопиец пополз и хотел спастись. Он уже рассчитал, что отлежится под телегой в грязи. Но ему на голову сразу накинули петлю, а лошадью поволокли тело по узкой улочке. Бахмак натерпелся, обломав себе всё лицо и бока. Алоку старший, узнав о гибели сыны, прямо буйно заревел и закричал, что, мол, где эта сука… Я сейчас ему хрен вырву. Я растяну его член на заборе. Мой сын. Он убил его мразь. АААААА… ААААА… Угнетённый рыцарь тут же стал пинать ногами Бахмака. Рассерженный отец в порыве безумия сильно замял жилистого зрелого орка- вассала. Он стал топить выродка в грязи, а затем обоссал физиономию. Алоку старший в итоге всадил в голову орка кирку, которой был убит сын. Бахмака тут же скончался. Его башка прямо разлетелась на мелкие куски.

Вся площадь тогда усыпалась трупами побитых орков. Многие из них не успели даже взяться за орудия, потому что принимали ванны, пьянствовали и глумились над сельскими бабами. Из-под грозного ока рыцарей и от преследования скрылись лишь единицы. Они и то эти счастливчики оказались сильно ранены и растерзаны.

Каталка Кучерявый безумно побежал, не закончив своего дела. Он так и не срезал скальп с пленного короля Бенуяку Ортеги «Носорога». Орк сделал своё грязное кровавое дело лишь наполовину. Бенуяка «Носорог» оказался едва жив. Он дрожал, как прокажённый. Его сломанные ноги и руки висели как канаты. Он пребывал весь в крови, но всё же через раз и тонко дышал. Он ещё сохранил силы, чтобы жить. Его рваное лицо ужасало, походив больше на рубленый кочан капусты. У него весь лик затёк в крови, в глазах стало красно от крови, а кожа висела, как тряпка, которую вырвал бульдог от мешковины. Вся голова зудела, а тело будоражил неистовый жар. Его вид просто ужасал.

<<1 2 3 4 5 6 7 >>

На страницу:

Перейти

4 из 7