Сюй Чуньхуа – «Спокойный весенний цветок» – глава пика травников (женщина).
Демоны:
Цзинь Ху – «Золотая тигрица» – демоница, в которую влюблен Хэ Чуньтао.
Цзинь Юи – «Золотая луна» – полудемон, дочь Хэ Чуньтао.
Цзинь Вэньхуа – «Золотое литературное светило» – полудемон, сын Хэ Чуньтао.
Другие ордена и кланы:
Старейшина Цзы – «Цзы как в Лао Цзы или Кун Цзы» – старейший заклинатель в мире, стал самым первым из бессмертных.
Чжэн Сяолун – «честная змея» – заклинатель из Ордена Феникса, учился вместе с Лань Вэньхуа на пике науки и искусств и всегда с ним соперничал.
Фань Жулань – «образцовая орхидея» – ученица Чжэн Сяолуна, решила сделать Лань Вэньхуа своим первым мужем после того, как на нее подействовала аура главной героини.
Мэн Чао – «превыше гор» – глава ордена Мэн, который проводил турнир для заклинателей на стадии Очищения Ци.
Чжан Вэнь – заклинатель, превратившийся в «Жуткую морду» из-за искажения Ци. Был спасен Викой, когда она выводила учеников на ночную охоту.
Отправление
Стояло самое начало осени. Удушающая жара сменилась приятным теплом, по яркому синему небу плыли пушистые облака, а воздух сладко пах созревающими фруктами и поздними цветами. Погода наконец-то стала достаточно подходящей для многослойных одежд, и только поэтому Вика не сильно возмущалась, когда ей пришлось напялить официальные вычурные одеяния. Вообще-то она собиралась отправиться на турнир в своей обычной джедайской робе и с собранными в хвост волосами. Но Чуньгуан каким-то образом разгадал ее планы и в день отъезда явился с утра пораньше, чтобы помочь собраться.
– Ты все-таки повредился головой в темнице и возомнил, что ты моя мамочка? – недовольно бурчала девушка, пока шиди ловко укладывал ее волосы в сложную прическу.
– Кто-то ведь должен позаботиться об этом великовозрастном ребенке, – с усмешкой ответил Чуньгуан, оглядывая получившийся результат. – К тому же богиня Гуаньинь наверняка вознаградит меня за такое милосердие. Она всем нам завещала заботиться о детях и убогих.
Вика не глядя ткнула его в бок сложенным веером, на что глава алхимиков только рассмеялся. А потом вдруг принялся развязывать ее пояс.
– Эй! – возмутилась девушка и шлепнула его веером по рукам.
– Шисюн, ты повязал пояс от другого наряда. И это самый верхний из поясов, ты еще два слоя пропустил. И запахнул одежду не в ту сторону.
– О, так вот оно что, – успокоилась Вика. – Тогда продолжай.
Она подняла руки, позволяя Чуньгуану и дальше ее раздевать. На что тот только вздохнул, но начислил две сотни пунктов отношений.
– Шисюн, будь хоть немного осторожнее.
– В смысле? – удивилась девушка. – Ты имеешь в виду быть осторожнее и не опозорить орден своим неряшливым видом? В крайнем случае я просто скажу всем, что изобретаю новый вид одежды. Все изобретатели довольно эксцентричные личности.
Чуньгуан на это только вздохнул еще раз. Он поправил ее одеяния, правильно повязал пояс и зафиксировал все положенные элементы.
– О, так вот для чего эти штуки, – сказала Вика, с любопытством рассматривая что-то вроде еще одного накладного рукава, который крепился поверх одежды в районе локтя. – А я все голову ломала, куда их цеплять надо.
– Ну теперь шисюн хотя бы знает, как правильно одеваться. – Глава алхимиков начал закреплять на ее поясе специальную подвеску. – По крайней мере, твой вкус в украшениях стал намного лучше. Ты купил очень элегантный комплект украшений.
– Нет, это подарок, – улыбнулась Вика.
Чуньтао, как всегда, с невероятной скоростью воплотил в жизнь очередное ее изобретение. Вот так появилось пять наборов косметики, которую можно было счесть суперэлитной в этом мире. Ну, по крайней мере, аналогов ей просто не существовало. Вика подарила один из них Дандан, и та пришла в такой восторг, что ее шкала отношений теперь была заполнена на девяносто пять процентов. Кстати, шкала Цзинь Ху после получения косметики заполнилась больше чем наполовину, да и Чуньтао все-таки забил свою до конца. Демоница решила снова послать изобретателю ответный подарок, но в этот раз это были не просто драгоценные камни, а целый комплект аксессуаров – украшения для волос, кольца, подвески, даже серьги.
И хоть Вика в драгоценностях не разбиралась, но даже на ее взгляд они выглядели роскошно. А мужчины здесь цацек носили едва ли не больше, чем женщины, так что подарок был вполне уместным. Все равно что в современном мире подарить дорогие запонки, часы или галстуки.
– И от кого этот подарок? – осторожно спросил Чуньгуан, с подозрением глядя на подвеску в своих руках.
– От одной моей поклонницы, – решила слегка поддразнить его Вика. – Она от меня просто без ума.
– И где же вы познакомились? – продолжил расспросы шиди.
– Я часто езжу по всяким городам, – пространно начала девушка. – И однажды зашла в чайную послушать выступление музыкантов. И там разговорилась с одной милой женщиной. Она просто помешана на искусстве. Даже спрашивала меня, умею ли я играть на флейте.
Чуньгуан побледнел и выронил все, что держал в руках. А потом вцепился в плечи Вики.
– Шисюн! Пообещай мне, что никогда не согласишься поиграть кому-то на флейте!
– Да что не так с флейтами? Я так и поняла, что это какой-то намек, но вот о чем именно…
– Просто пообещай! – перебил ее шиди.
– Ладно, ладно, я не буду.
Конкретного ответа от него Вика так и не добилась, но из-за бурной реакции Чуньгуана окончательно убедилась, что это точно неприлично, а возможно, даже незаконно. Некие подозрения у нее и до этого были, но теперь девушка сочла за лучшее опять притвориться недогадливой и не поднимать эту тему.
– А больше эта женщина с тобой ничего странного не делала? – продолжил взволнованно расспрашивать шиди.
– Нет, мы только разговаривали. – Вика попыталась отцепить его от себя, но тот держался крепко. – Она меня со своим мужем познакомила и с детьми.
Девушка слегка исказила истину, но, кажется, это чуть успокоило внезапную паранойю Чуньгуана. Вика уже пожалела, что вообще начала шутить насчет своей поклонницы, но тут вдруг Система уведомила ее, что на безымянной прежде шкале Чуньгуана появилась отметка «Мама-медведица». А вот конец шкалы теперь тоже почему-то назывался «Сталкер», как и у Вэньяна.
После этого алхимик вдруг заявил, что тоже хочет поехать на турнир. Вике едва удалось его от этого отговорить. И вот поэтому ко входу в орден, где уже собрались все остальные отправляющиеся, она пришла самой последней. Впрочем, все самое интересное началось, лишь когда процессия тронулась в путь. Девушки и юноши, выбранные претендентами от каждого пика, ехали на белых скакунах, а провожающие их ученики бросали цветы и разноцветные бумажки с пожеланиями удачи. Играла музыка, звучали звонкие молодые голоса, и даже погода словно прониклась моментом и идеально соответствовала праздничному настроению.
Опасное соседство
Традиционно процессию учеников сопровождал всего один глава пика, и обычно это была Ли Чуньлань. Как целитель, она могла сразу подлечить подопечных после тяжелого поединка. Но в этот раз глав было двое, потому что Вика тоже напросилась за компанию. И учеников также было на два больше, чем обычно. Кто-то возмущался такому самоуправству со стороны Лань Вэньхуа, но глава ордена дал добро, так что всем недовольным пришлось смириться.
Только Чуньтао поддержал своего друга и даже выделил свою новую личную карету, чтобы Вике удобнее было путешествовать. Ведь главам пиков было неуместно ехать просто верхом, как обычным ученикам. Шиди Хэ действительно сумел добиться от алхимиков нового вещества, чтобы делать шины. Правда, они были не надувными, а губчатыми и очень упругими. Да и цвет был не привычный черный, а темно-бордовый, но смотрелось довольно неплохо.
– Как необычно видеть шисюна прилично одетым, – вместо приветствия произнесла Чуньлань, когда Вика села в повозку.
– Это все Чуньгуан, – тут же пожаловалась Вика. – Он отказывался выпускать меня из дома, пока на мне не будет приличествующего случаю наряда. Все говорил, что я орден опозорю, если не буду осторожней.
Чуньлань на это только фыркнула. Вообще, она была единственной, чья шкала вернулась к положительному значению после того, как Вэньхуа оправдали. Поэтому Вика решила получше к ней относиться и порадовать новыми медицинскими изобретениями.
Так что большую часть пути они обсуждали переливание крови, искусственное дыхание, прямой и непрямой массаж сердца, да и вообще реанимацию. Современному человеку, не раз видевшему в фильмах первую помощь при утоплении или остановке сердца, сложно было представить, что для местных это выглядело почти как воскрешение. Вика порылась в памяти и вспомнила еще одну медицинскую манипуляцию, растиражированную в кинематографе – когда пациенту, который по какой-то причине не может дышать, втыкают в трахею трубку.
Одним словом, целительница впечатлилась изобретательностью своего шисюна. И все записала в блокнот. Кстати, многие изобретения Вики уже прижились в ордене. Теперь почти у всех глав пиков были блокноты и зеркала, или даже пуговицы на одежде.