Байкеры
– Ричард, никак ты себе замену готовишь, а?
На что он отвечал:
– Можно и так сказать. Я хочу, чтобы моя дочь завтра стала одним из ваших коллег и работала в этой замечательной компании.
Габриэль не только наблюдала за тем, как работает ее отец, но и время от времени смотрела на работу других сотрудников. Иногда отец спрашивал у дочери:
– Доченька, как тебе работа, которой папа занимается, нравится она тебе или нет?
Габриэль, чтобы не обидеть отца, все время говорила, что ей она нравится. Спустя некоторое время мама девочки тоже брала ее к себе на работу. Родители хотели, чтобы их ребенок сделал выбор, кем она хочет стать и где хотела бы работать после того, как окончит школу. Но дочка маме так же отвечала, как и отцу, что ей нравится мамина работа. Дочка просто не хотела огорчать своих родителей, поэтому им и говорила, что ей нравится их работа. На самом деле в ее планы не входило идти по стопам родителей и уж тем более работать там, где они работают сейчас.
Хоть Габриэль и нравились достопримечательности Далласа, как и сам город, но ей хотелось уединенной и спокойной жизни где-то вдали от шумного города. Девочка вела свой личный дневник, в котором записывала все свои лучшие моменты жизни. Он стал ей словно друг. Она записывала в него не только жизненные моменты, но и делилась мыслями. В один прекрасный день Габриэль решила изложить все свои мысли и впечатления о летних каникулах своему дневнику, и вот что из этого получилось:
– Мама и папа на этих каникулах решили меня брать с собой на работу в надежде, что я ею заинтересуюсь и пойду по их стопам. Но мне вовсе не по нраву ни папино место работы, ни мамино. Я их очень сильно люблю и поэтому не хочу их огорчать, говоря о том, что мне это не интересно. Не подавая виду своей незаинтересованностью в их работах, я говорю, что мне нравится. О Боже, я не знаю, как мне подойти к маме и папе и рассказать им, чего мне хочется и чего я в жизни хочу добиться. Но я знаю, что когда-нибудь придет то самое время, когда мне надо будет рассказать им всю правду. Я не могу дарить им надежду. Ведь придет время, когда я закончу школу и мне предстоит уже учиться на профессию, которую я должна выбрать из того, что мне предложат родители. А ведь я знаю, что папа предложит идти учиться на экоаналитика для того, чтобы я работала в компании, где он сейчас работает.
Я как-то случайно услышала разговор папы и мамы. Мой отец хочет, чтобы я заняла место миссис Амелии Робинсон, когда она пойдет на пенсию. Сейчас она в довольно пожилом возрасте, и по уходу ее на заслуженный отдых я должна занять ее место. Она очень хороший специалист по экологии. Ведь в нефтедобывающей компании должен быть свой экоаналитик. А мама хочет, чтобы я работала вместе с ней.
Девочке было очень трудно сделать выбор, и своими переживаниями она делилась со своим незабвенным другом — дневником. Пролетали дни, недели, и вот наступила осень и начало нового учебного года. Сентябрь месяц проходил очень бурно по всей школе, так как дети делились своими впечатлениями о проведенном лете. Друг другу они рассказывали о том, где они были и как отдыхали с родителями, какие приключения с ними происходили. Но, наша девочка Габриэль, никогда не делилась своими мыслями и то где она с родителями бывала.
Она хоть и общительная, но свои секреты и мысли не рассказывала даже своей лучшей подруге Еве. Подруг, конечно, у нее было немало, но Еве, Габриэль доверяла больше остальных, и они были близкими подругами. Семья Евы переехала из Невады в Техас, когда она была совсем крохой. В Неваде ее семья проживала в очень шумном городе — Лас-Вегасе. Ее родители решили перебраться в Техас и выбрали именно город Даллас, видимо, по наслышке о его достопримечательностях и о спокойной жизни.
Когда Ева подросла, то пошла в ту же школу и в тот же класс, что и Габриэль. Ева была очень тихим и спокойным ребенком, и, возможно, именно этим она понравилась Габриэль. Девочки подружились еще с начальных классов, и сидели они почти всегда за одной партой.
Но по окончании первого месяца учебы школьная тишина после детских бурных обсуждений вновь пришла в норму.
Так совпало, что в середине недели у мамы Габриэль выпал выходной день. Казалось бы странным — выходной день среди недели. Но днем раньше директор компании, в которой она работает, попросил рабочих задержаться допоздна, так как предстоял срочный заказ на партию хлопка, а в качестве компенсации он на следующий день тем, кто работал допоздна, дал выходной.
И мама решила немного прибраться в доме и начала с комнаты дочери. Девочка так спешила в школу, что даже не успела заправить постель и убрать свой дневник в шкафчик. Как обычно, она прятала свой дневник глубоко в шкафчик, чтобы никто не смог его найти. Она не хотела, чтобы кто-то еще смог его прочитать, а в спешке она его оставила на шкафчике. Заправив постель, мама стала наводить порядок на шкафчике, и в ее руки попал дневник дочери.
Сначала мама подумала, что это одна из ее школьных книг, но, прочитав надпись на обложке: «Мой дневник», она не могла отказать себе в любопытстве заглянуть внутрь. Мама уселась на кровать дочери и стала внимательно читать все, что там было написано. Прочитав дневник, она была в шоке, и особенно когда она узнала, что дочка не хочет идти по стопам родителей и уж тем более работать на их месте.
Мама не стала об этом говорить главе семейства и не сказала об этом дочери, а лишь аккуратно положила дневник на столик, где он и лежал. Поправив помятую постель, она, сделав влажную уборку в комнате, вышла из нее. И вот Габриэль вернулась из школы и зашла к себе в комнату. Она даже и не заметила, что постель была заправлена, а комната прибрана. Габриэль заметила, что дневник ее лежал на столе, и решила немного с ним «поболтать».
– Сегодня после уроков я и Ева решили пройтись по парку и немного отдохнуть. Мы купили по мороженому и сели на лавочку. Разговаривали об уроках, об одноклассниках. Но она мне рассказала о разговоре двух учителей, который немного меня удивил:
– Габриэль, я как-то на перемене сидела в классе, ты в то время вышла с подругами на улицу, и я услышала разговор миссис Батлер и миссис Стюарт. Они разговаривали о твоих рисунках. Миссис Батлер говорила:
– Джулия, ты только посмотри на рисунки Габриэль. Я никогда не понимала эту девочку. Ее рисунки с самого начального класса не соответствовали возрасту других детей. Я как-то хотела поговорить о них с ее родителями, но побоялась обидеть девочку.
– Эмилия, ты все правильно сделала. Не надо говорить о них ее родителям. Главное, что девочка послушная и умная, а ради каких-то рисунков не стоит ее обижать. Если хочешь, то можешь поговорить с нашей коллегой, психологом, с миссис Миллер.
– А знаешь, Джулия, это хорошая идея. Да, на днях я зайду к ней и обязательно поговорю.
– Вот такой разговор был между двумя нашими учителями. Правда, не знаю, миссис Батлер пошла к миссис Миллер или нет. Габриэль, не обращай внимания на разговоры про твои рисунки. Они очень красивые, мне и многим другим они нравятся.
– Ева, спасибо тебе за поддержку, ты самая лучшая моя подруга.
На этом Габриэль закончила писать свой ежедневник и положила его, как обычно, в шкафчик.
Миссис Джулия Стюарт – это учитель математики, которая очень любила Габриэль, словно свое дитя. И она неспроста посоветовала миссис Батлер обратиться к миссис Миллер из-за рисунков Габриэль. Миссис Ида Миллер – школьный психолог. Она, так же как и многие ее коллеги, любила Габриэль. Миссис Стюарт и миссис Миллер были очень хорошими подругами, и прежде чем посоветовать миссис Батлер обратиться к ней за помощью, эти две подруги уже ранее обговаривали то, что миссис Батлер, возможно, придет за помощью к миссис Миллер, и та, в свою очередь, уже знала, как ответить миссис Батлер, чтобы не обидеть ни девочку, ни свою коллегу. Миссис Батлер обратится к миссис Миллер не как педагог, а придет к ней домой в частном порядке и обсудит с ней за чашечкой чая все рисунки Габриэль. На что миссис Миллер скажет:
– Джулия, посмотрев рисунки Габриэль, могу сказать одно, как психолог.
В них ничего плохого нет, поверь. Просто у девочки переходный возраст, и к тому же в ее рисунках я не вижу каких-либо отклонений в развитии ребенка или каких-то нарушений психологического состояния. Так что беспокоиться не о чем.
На этом миссис Батлер успокоилась, вовсе позабыла о всей этой истории и больше никогда не будет придираться к рисункам Габриэль.
На следующий день, когда девочка отправилась в школу, ее мама перед тем, как отправиться на работу, решила зайти в комнату девочки и посмотреть, нет ли новых записей в ее дневнике. Рабочий день мамы начинался с девяти часов утра, поэтому она вполне успевала перед тем, как отправиться на работу, заглянуть в комнату дочери. Зайдя в комнату, она не увидела дневника на столе, как это было в прошлый раз, и тогда она решила заглянуть в шкафчик. Открыв дневник и прочитав новые записи, мама девочки незамедлительно отправилась к шкафчику, в котором находились рисунки дочери.
Когда дети рисовали в школе, то часть рисунков оставалась в школе, а часть давали на руки детям. Поэтому на рисунки могли смотреть как родители дома, так и учителя в школе. Посмотрев рисунки дочери, мама в них ничего не нашла странного и на этом успокоилась. Проходил месяц, другой, и близилась рождественская пора. Девочка время от времени делала записи в своем дневнике о том, как она проводила время в школе, где и когда встречалась с подругами и о чем разговаривали, и не подозревала о том, что мама их читает. И вот как-то Габриэль написала в своем дневнике, что хотела бы встретить Рождество в городе Галвестон, и выглядело это так:
– Близится канун рождественского чуда. Я хотела бы встретить это Рождество в Галвестоне вместе с родителями. В будущем я хотела бы перебраться из нашего шумного города именно в то самое тихое место под названием Галвестон. Где-то поближе к побережью и наслаждаться видом из окна своего отеля. Я хочу открыть свой отель, в который будут приезжать и отдыхать туристы. Это будет отель, в котором будут все удобства и комфорт. На первом этаже посетители смогут поиграть в бильярд, поплавать в бассейне, в лучшей парикмахерской можно будет украсить свою прическу, любители кино могут посмотреть на выбор фильм в кинотеатре, а желающие отдохнуть после такого досуга могут подняться в свой номер с уютной спальней, окно которой смотрит прямо на пляж. Я хочу наладить свой бизнес и наслаждаться жизнью, и не тратить ее в компании, которая добывает нефть или перерабатывает хлопок. Правда, я еще не отработала план, как все это преподнести папе и маме. Ведь время идет, скоро я закончу школу, и мне предстоит сделать выбор в профессии.
Наступает вторая половина декабря, и все дети считают часы до рождественского чуда. Посещение комнаты дочери и чтение ее дневника стало для мамы привычным делом.
Но в этот раз после прочитанных последних записей мама решила обо всем рассказать главе семейства. Она долго собиралась с духом и не знала, когда выбрать нужный для этого момент, и, кажется, выбрала. В четверг после семейного ужина каждый из членов семьи поднялся в свою комнату. И вот подумала мама, что настал момент поговорить с отцом:
– Ричард, нам надо серьезно поговорить.
Бедный глава семейства перепугался и зябким голосом в порыве страха произнес:
– Я... я слушаю, дорогая. Что, что-то случилось? Что-то серьезное? Говори, не томи меня.
– Ричард, ты смог бы завтра позвонить на работу и сказать, что тебе нездоровится и что ты останешься дома на целый день?
– Грейс, родная, да что случилось? Ты, ты можешь внятно сказать? Ты до смерти меня напугала. Что, что случилось? Я, я-то позвоню, но скажи, что случилось?
– Речь пойдет о нашей дочери.
– А что с нашей дочерью не так? Она больна? С ней что-то не так? Отвечай, ну же!
Отец девочки стал немного заикаться от услышанного и говорить так, словно ребенок, перебирая слова и делая паузу почти перед каждым словом. – Нет, дорогой, успокойся! Она не больна, и с ней все в порядке, и ничего такого не случилось. Речь пойдет о будущем нашей дочери.
– А что не так с ее будущим? Мне кажется, мы все уже давно обговорили. Она после окончания школы выберет, где она захочет работать: или на твоей работе, или на моей, и соответственно пойдет учиться или на экоаналитика, или на мастера в сфере переработки хлопка. Я не хочу, чтобы наша дочь начинала с разнорабочего, а потом стала мастером, если, конечно, выберет твое место работы. Пусть уж сразу выучится и пойдет работать по ступени высшего руководства. Я все сделаю, чтобы наша дочь ни в чем не нуждалась. – Ну, все не так просто, как мы того хотели.
– Дорогая Грейс, что значит «не все так просто»? Ты о чем?
– Милый, завтра ты обо всем узнаешь. Только останься завтра дома. Ладно?
– Ну ладно. Завтра поговорим.
И вот наступила ночь. Мама Грейс спокойно уснула, а вот напуганный отец еще долго не мог уснуть.
Утро в семье Дугласов началось как обычно.
Позавтракав, Габриэль собиралась в школу. Увидев отца еще не готовым идти на работу, она была немного удивлена. Ведь ее отец собирается на работу рано и уходит из дома вместе с дочерью. Отчего не могла не спросить у него:
– Папа, а ты разве не идешь сегодня на работу? – удивленно спросила дочка.
– Ах, доченька, мне сегодня что-то немного нездоровится, и я решил остаться дома.
– Ну ладно, я пошла. Мам, пап, до встречи.
Родители дождались, пока дочь сядет в школьный автобус, и тогда, сев за стол, глава семейства сказал:
– Грейс, дорогая, я почти всю ночь не спал. Я тебя слушаю. Что ты такого хотела рассказать мне?
– Ричард, одну минутку. Я сейчас приду.
Грейс пошла за дневником дочери. Принеся, она отдала его Ричарду и сказала:
– Дорогой, это дневник нашей дочери. Ты должен его прочитать.
– Грейс, но это ведь личное, и вообще, зачем мне читать дневник дочери? Это же обычный детский дневник. Что в нем есть такое, о чем ты мне не можешь сама сказать?
– Детский? Я тоже так думала, но не забывай, что наша дочь растет и она уже давно не ребенок. Я тоже думала, что это просто дневник и там будет написано всякое такое, о чем пишут все дети. Однажды, убираясь в комнате Габриэль, я случайно наткнулась на него и решила прочитать. Мне стало интересно, о чем пишет наша дочь. Прости, я тебе раньше не сказала. Я его читаю уже давно. Я и сейчас ничего тебе не сказала бы, если бы не последние ее записи. Прошу, прочти.
Отец стал читать дневник с самого начала и до последней страницы. Ушло у него на это чуть более часа, так как дневник дочка вела с начального класса. Прочитав его до конца, он положил аккуратно дневник на стол, а сам встал и молча подошел к окну. Он еще долго стоял и смотрел в окно. Маму девочки это молчание еще больше пугало, нежели последние записи в дневнике. Не выдержав, она подошла к мужу и сказала:
– Ричард, любимый, прошу, не молчи. Скажи хоть что-нибудь. Ты своим безмолвием меня убиваешь больше, нежели то, что ты прочитал в дневнике.
– А что мне сказать, дорогая? Я и слов не могу подобрать.
Супруги, усевшись на диван, который стоял неподалеку от столика, за которым отец читал дневник, еще долго молчали. И вот глава семейства сказал:
– Грейс, Габриэль — наша единственная дочка. Как отец я, конечно, мог бы возразить ее воле и сделать так, чтобы она навсегда забыла бы о своих мечтах. Но это ее может травмировать, а вдобавок еще и сломать ее жизнь. Разумней будет с нашей стороны помочь нашей девочке и сделать так, чтобы ее мечта сбылась. Даже не из-за того, что она у нас одна, а из-за того, что мы ее любим. Разве я не прав? Да и к тому же, когда родилась Габриэль, у тебя такие счастливые глаза были, ты так радовалась, что у нас родилась дочка, и я хочу, чтобы и сейчас ты была не огорчена. У меня в этой жизни никого нет, кроме тебя и дочери. Вы самые мои близкие люди, и я вас очень сильно люблю. Я сделаю все, чтобы вы были счастливы. Надеюсь, ты разделишь со мной мое мнение и не станешь возражать.
Мама Габриэль обомлела от услышанного и словно потеряла дар речи. Но потом сказала:
– О Ричард, любимый мой, если бы ты знал, чего стоили мне эти слова. Они меня просто пронзили. Спасибо тебе, любимый, за все, что ты сделал для нас с Габриэль. Прости, что я не смогла подарить тебе сына, прости.
– Грейс, еще раз попросишь прощения, и я обижусь на тебя. Как ты смеешь просить прощения за это? Да, я хотел сына, как и любой отец, но я не ставлю разницы между детьми. Даже если кроме Габриэль у нас был бы еще и сын, все равно я любил бы всех одинаково.
Так получилось, что после рождения дочери, Грейс больше не могла иметь детей. В какие только клиники они не обращались, но врачи все время говорили одно и то же:
– Миссис Дуглас, простите, но рожать вы больше не сможете.
Ричарда это не огорчило, а вот Грейс еще долгое время не могла с этим смириться. Она первое время думала, что муж от нее уйдет, бросив ее с маленькой дочерью. Но на счет мужа она глубоко ошибалась. Он как любил ее, так и по-прежнему любит по сей день. Супруги не заметили, как пролетело время за разговорами, и скоро дочка должна возвратиться из школы.
– Грейс, возьми дневник и положи его там, где он лежал, чтобы дочка ничего и не заподозрила. А мечту нашей дочери надо исполнить. И знаешь, я вот что решил: скоро Рождество, и давай мы его встретим в Галвестоне, как того хочет наша дочка, а ей скажем, что мы еще с лета с тобой планировали там встретить Рождество. Габриэль не должна знать, что мы знаем о ее дневнике.
– Хорошо, любимый, так и сделаем. Сейчас я отнесу дневник и положу обратно в шкафчик, где он и лежал.
Уходя в комнату дочери, Грейс приостановилась и пристально смотрела на мужа, который смотрел в окно и не подозревал о том, что его супруга на него смотрит. Она на него так смотрела, словно только что в него влюбилась. А ведь она еще больше прониклась к нему любовью и глубоким уважением. Конечно же, она и ранее его любила, но после его слов ее любовь к нему еще с большей силой воспылала в ней.
Пока она была рядом с мужем, всячески старалась сдерживать слезы от счастья. Но как только отошла, силы больше не было, и Грейс прослезилась. А сама про себя думала:
– О Боже, какой у меня муж. Я просто слов не могу найти, чтобы выразить ему свою благодарность и рассказать о том, как я его сильно люблю.
Спустя час домой после школы пришла Габриэль. На радостях она словно залетела домой и вскрикнула:
– Мам, пап, привет!
А сама словно плывет в воздухе, не чувствуя под собой земли. Глядя на дочь, мать с глубочайшим удивлением спросила:
– Дочка, что случилось? На тебе такое лицо, словно по дороге домой ты повстречалась с самим Сантой.
– Нет, мама, Санту я не видела, но нам сказали, что у нас завтра последний день и каникулы!
Габриэль так прокричала слово «каникулы», словно это ее первые каникулы за всю школу. Но тайна кроется в том, что она верила в рождественское чудо, а также верила, что ее мечта о том, чтобы встретить Рождество в городе Галвестоне, исполнится. Пролетело еще тройка дней, и до Рождества остается всего лишь каких-то три дня. А это говорит о том, что в доме Дугласов скоро произойдет чудо. Утром глава семейства созывает всех к столу для провозглашения главной новости:
– Грейс, Габриэль, мои дорогие, где вы? У меня есть новость, пойдите сюда.
Мама и дочка откликаются из разных комнат:
– Что случилось, дорогой?
– Пап, я иду, что-то серьезное случилось?
И вот вся семья в сборе в гостиной комнате.
– Мои дорогие, ничего не случилось, все нормально. Усаживайтесь поудобней на диван, я хочу вам кое-что рассказать. Габриэль, дочка, мы с мамой еще с самой осени обговаривали то, как проведем это Рождество, и я принял решение отметить его не так, как всегда.
– Пап, это как — не так, как всегда?
– Дочка, я долго думал, как скрасить это наше Рождество, и вот что я придумал. Мы это Рождество встретим не дома, а отправимся куда-нибудь.
Я размышлял, где мы сможем красиво его встретить. Ну, эдак возле побережья, в каком-нибудь красивом отеле, где будет уютно и тепло. Где мы сможем всей нашей семьей провести красиво время, и мой выбор пал на город Галвестон.
Дочка, слушая отца, просто обомлела и была обескуражена от услышанного. Но при этом, не перебивая, продолжала его слушать.
– Дочка, если ты не знаешь, то этот город находится у побережья Мексиканского залива. И мы остановимся в отеле, который находится прямо возле побережья. Билеты на самолет я уже купил, он вмиг нас туда доставит.
– Ричард, дорогой, ты уже и билеты купил?
– Да, дорогая. Я хотел вам сделать сюрприз. Но если вы против, то я их могу вернуть обратно.
Не успел отец договорить о возврате билетов, как тут же Габриэль вскрикнула:
– Папа, нет! Не надо возвращать. Я согласна. Это просто суперская идея. Мам, ты же не против, правда, о поездке?
– Доченька, разве я могу быть против? Если тем более тебе это нравится. Мне эта идея тоже нравится. Отлично, встретим Рождество в Галвестоне.
Габриэль от радости обняла отца и мать.
– Мамочка, папочка, вы самые лучшие родители на свете. Я вас очень сильно люблю.
Девочка, словно бабочка, порхая по ветру, пошла в свою комнату собирать вещи.
– Ричард, дорогой, ты ничего не хочешь сказать? Ты когда успел купить билеты?
– Любовь моя, прости, я тебя не предупредил, не успел. Я ехал с работы и заехал в аэропорт.
– Ничего страшного, милый. Главное, что наша девочка довольна.
И вот наступило долгожданное утро, и семейство Дугласов отправилось в аэропорт. В процессе полета Габриэль сгорала от нетерпения увидеть заветный город мечты Галвестон. А ведь она и не подозревает, что именно в этом городе жизнь примет крутой поворот, которого не могла ожидать сама Габриэль, а для родителей это будет шок.
Добравшись до города, семья остановилась, как и планировал ранее отец семейства, в одном из отелей под названием «Галвес», который находился у самого побережья Мексиканского залива. Как и город Галвестон, отель назван в честь испанского наместника Бернардо де Гальвес-и-Мадрид. Строительство этого отеля было начато в 1910 году, а завершено в 1911 году. Отель принял первых постояльцев в июне этого же года.
Странно, но факт: завершение строительства этого отеля, как и принятие первых посетителей, было именно в год спуска «Титаника» на воду. В этом городе температура даже зимой составляла около +20 градусов по Цельсию. Именно поэтому там можно было отдохнуть возле побережья даже зимой.
Зайдя в номер и распаковав вещи, несмотря на усталость, Габриэль отправилась на прогулку по пляжу. Разгуливая вдоль пляжа, она все время думала о жизни: кем станет, как сложится ее судьба далее. Ведь она всячески хотела стать в жизни успешной и при этом не разочаровать родителей. Но бедная малышка и не догадывалась, что ее родители ради сбывания мечты дочери готовы были пойти на все.
После прогулки по пляжу она пошла в номер, в котором они остановились. Зайдя в спальню, легла и заснула крепким сном. Все то время, пока она разгуливала по пляжу, ее родители, находясь в номере и сидя в своей спальне, разговаривали о будущем их дочери. Теперь, после того как они прочитали дневник дочери и знают о ее мечтах, они и ума особо не могли приложить, как поступить, чтобы было правильно.
Хоть ее отец и сказал, что он все сделает для счастья дочери, но все время он задавался вопросом:
— Как, как и что мне сделать для того, чтобы обеспечить будущее дочери? Ведь в наши с Грейс планы входило совсем другое. Я даже готов был смириться, если Габриэль работала там, где и поныне работает ее мать, в компании по переработке хлопка. Но теперь все это уже в прошлом. Теперь надо думать о чем-то другом.
По возвращении домой отец еще долгое время будет думать и строить планы на будущее его единственной дочери. И конечно же, как любящий отец, примет решение, которое будет по нраву дочери. Хотя в какой-то мере он будет сомневаться о правильности своего решения. Но другого варианта у него нет. Вопреки всему он не станет идти против желания дочери, и поэтому ему придется принять очень серьезное решение.