Осколки мечтаний

Глава 1

«Я не могу встречаться с девушкой с таким индексом массы тела и таким процентом жира!»

В очередной раз оскорбленно фыркаю про себя, прокручивая слова бывшего.

Индекс массы тела! Да я до встречи с этим козлом только про почтовый индекс и была в курсе – и то уже успела забыть эти шесть цифр! Кто сейчас бумажные письма отправляет вообще?!

– Девушка, выходите на следующей? – голос за плечом вырывает из мыслей.

– Нет, – качаю головой.

– Давайте тогда поменяемся! – мужчина, пыхтя, начинает протискиваться мимо меня, попутно отдавливает ногу, заставив зашипеть, извиняется и, наконец, занимает место передо мной.

Приходится прогнуться в пояснице, чтобы уцепиться за поручень. Не то чтобы в общественном транспорте в час пик есть куда падать, конечно. Особенно мне.

А вот была бы я похудее…

Фу, черт! Как бы ни хотелось плюнуть и забыть, обида занозой сидит в голове.

Я вообще не толстая! У меня, между прочим, талия имеется, и очень даже заметная! Ну подумаешь, да, размер у меня «икс эль», а не «икс эс», как у некоторых! И что?

Спустя пятнадцать минут, еще несколько раз получив локтями в бок от особо ретиво пробирающихся к выходу трудящихся, наконец вываливаюсь из переполненного вагона на платформу. Поправляю сумку и торопливо иду к эскалатору.

У меня сегодня первый рабочий день!

Как я воевала с папой, чтобы мне дали возможность работать именно в клинике!

Да и не только с папой. Мама тоже была в ужасе. Как это «ее кровиночка» будет пахать на сменах в больнице! Там же вирусы, хамы-пациенты, кровь и грязь! Правда, папочка на эти ее слова оскорбился, что в его клиниках никакой грязи нет.

На медицинский мне в свое время не дали поступить именно поэтому. Потому что нечего «девочке из хорошей семьи» делать среди врачей, которые все сплошь поголовно разговаривают исключительно матом, не дураки выпить и с проблемами в семейной жизни из-за безумного графика.

С трудом отбила себе право на психологию. С этим мамуля с папой скрепя сердце согласились.

Правда, родители так и не узнали, что я параллельно с учебой тайком бегала на курсы профпереподготовки для медсестер. К счастью, в семье у меня был один тайный сообщник – моя бабуля! Иначе даже не знаю, как бы я справлялась.

Размеренно поднимаюсь по ступеням эскалатора, заставляя себя думать, что это такая тренировка. Он здесь на станции длинный, и уже к середине мне не хватает дыхания. В очередной раз вздыхаю про себя. Надо худеть! И не из-за всяких козлов! А просто, для здоровья! Хотя вообще-то, я на него и не жалуюсь…. Но хочется ведь быть такой же тростинкой, как Люба, моя соседка и подруга.

Она, правда, ест все что хочет – и ни на грамм не поправляется, только хохочет, что она ведьма в седьмом колене. А мне стоит только посмотреть на пирожное, как к бокам лишние полкило прирастают! Несправедливо…

Выхожу на улицу и жмурюсь от яркого солнца. Весна! Совсем немного и уже лето будет. Обожаю это время года, все такое свежее, молодое, зеленое!

Оглядываюсь по сторонам и, сориентировавшись, быстро сворачиваю по направлению к клинике. Тут целый квартал – почти все сплошь больничные корпуса, причем часть государственные, а часть – коммерческие. Хотя платные отделения теперь, кажется, почти везде есть.

Вестибюль административного корпуса клиники встречает меня прохладой – и охраной на входе!

– Вам куда, девушка? – интересуется у меня… нет, не дядечка в возрасте, а молодой парень, высоченный и со вполне себе мускулистой фигурой.

– Я в кадровый отдел, по поводу трудоустройства, – киваю, протягиваю свой паспорт, стараясь казаться уверенной, хотя поджилки трясутся.

Вдруг кто-то все-таки догадается, что я дочка директора?! У нас, правда, фамилия проще некуда – Ивановых по всей стране сотни тысяч. Да и отчество распространенное. Очень надеюсь, что это сочтут забавным совпадением. Папа поклялся, что никак не будет влиять на мою работу и ничего обо мне не скажет – я сама подавалась на собеседование и сама все прошла!

– Отлично, Агата Александровна, – документы мне возвращают. – Вам на второй этаж, налево, двести второй кабинет.

– Можно просто Агата. Спасибо! – говорю на автомате и охранник внезапно… подмигивает мне!

Мне! Подмигивает!

Растерянно и смущенно улыбаюсь в ответ и прохожу через турникеты. Чего это он?!

Нет, я, конечно, сегодня постаралась выглядеть максимально хорошо и по-деловому. И юбка на мне удачная – люблю ее, она подчеркивает талию. Но все равно….

Задумавшись и все сильнее нервничая, поднимаюсь на второй этаж и не глядя открываю дверь в коридор. И тут же сталкиваюсь с кем-то!

– Девушка, смотреть надо, куда идете! – раздается надо мной недовольный голос.

– Простите! – лепечу, чувствуя себя виноватой.

Поднимаю глаза и ловлю раздраженный взгляд. Высокий, на голову выше меня мужчина в белом халате поверх обычных брюк и рубашки бормочет что-то явно непечатное, быстро проходит мимо и сбегает вниз по лестнице.

Вздохнув, зачем-то поправляю юбку и рубашку, морщусь, растирая локоть. Вообще-то, мог бы и сам тоже извиниться! Вон, мне дверью прилетело, когда он ее толкнул!

Хотя ладно. Таких как я обычно не замечают, так что неудивительно.

Так, куда там мне говорил повернуть охранник, направо или налево?

Когда стучусь и открываю дверь двести второго кабинета, на меня, вздрогнув, оборачивается женщина в возрасте, видимо, кадровик.

Такое ощущение, что она ожидала увидеть кого-то другого, и с облегчением выдыхает.

– Здравствуйте, – говорю неуверенно. – Я по направлению… на собеседование…

– Да-да, проходите, садитесь! – мне кивают. – Давайте ваши документы.

Сажусь на краешек стула и протягиваю папку.

К счастью, ни одного вопроса по поводу моей фамилии и отчества мне не задают и подозрительных взглядов не кидают – похоже, действительно подумали, что просто совпадение.

– Так, Агата Александровна, первый этап вы, я вижу, успешно прошли, – кадровик, представившаяся Любовью Петровной, просматривает мои бумаги. – Вижу, у вас помимо высшего образования и диплома психолога есть свидетельства о прохождении курсов по специальности «младшая медицинская сестра по уходу за больными», да еще и «медицинский регистратор», интересно, – поднимает на меня глаза. – Почему такой странный набор?

– Я всегда мечтала учиться на врача, – неловко улыбаюсь, пожимаю плечами. – Но… в общем, так вышло, что не получилось. И поэтому прошла те курсы, которые смогла.

– Ну что ж, это вам только в плюс, – кивает Любовь Петровна. – Кстати, вы знаете, что в клинике есть целевая программа? Вы можете попробовать податься на нее и поступить в медицинский по целевому направлению, а потом продолжить работать у нас, даже без отрыва от учебы!

Закусываю губу. Это же мечта! Господи, если б у меня получилось…

Родители устроят мне грандиозный скандал.

– Я вас не тороплю с этим решением, – видя мои колебания, говорит женщина. – Тем более, что у вас еще есть почти три месяца, экзамены у целевиков начинаются только в августе. Но если решитесь, подать заявку нужно будет до июня.

– Спасибо вам огромное! – киваю ей. – А с работой…

– У вас есть все необходимые навыки, квалификация тоже подходящая, – Любовь Петровна уверенно закрывает мою папку. – Если условия вас устраивают, мы будем рады взять вас на должность администратора, – вдруг оглядывается, словно не хочет, чтобы нас подслушали, хотя в кабинете и так никого нет, наклоняется ко мне и продолжает тише, многозначительно. – А если вы хотите попасть под целевую программу, я могу оформить вас дополнительно на полставки… помощницей медсестры!

– Вы… вы серьезно?! – прижимаю ладони к груди. – А разве так можно?

– Понимаете, у нас так вышло, что недавно уволились несколько человек, – женщина вдруг немного суетливо поправляет стопку бумаг на столе, отводит глаза, потом снова смотрит на меня. – В клинике неукомплектован штат, и это создает дополнительные трудности в работе…. особенно не хватает младшего медицинского персонала.

– А как же график? – меня уже словно подхватывает и несет какой-то волной.

Я даже не замечаю нервозности кадровика, точнее, не обращаю на это внимания. Мало ли из-за чего она так напряжена, у человека работа тоже серьезная.

– О, насчет графика не волнуйтесь! Мы все уладим! – мне торопливо кивают. – У администратора график два через два, а вторая должность предполагает суточные дежурства… то есть, получится, вы будете работать три дня, день отдыхать, и так далее. То же самое выходит, два выходных в неделю!

Хмурюсь, что-то у меня не сходится эта математика, но Любовь Петровна быстро продолжает, не давая задуматься:

– Но главное – что вы получите необходимый опыт! И сможете подать заявку на учебу! Учтите, конкурс там приличный, поэтому ваша работа будет вам только в плюс! – и смотрит на меня с такой надеждой, что я сглатываю.

Черт! Я не умею отказывать, когда вот так…

– Ну что, Агата Александровна? – Любовь Петровна берет из стопки бланк. – Я вас оформляю?

И пока я продолжаю колебаться, добавляет негромко:

– Ведь это же ваша мечта!

– Да, конечно, – киваю, внезапно решившись. – Да, вы правы! Это моя мечта! Я… я согласна, да! Оформляйте!

– Замечательно! – с облегчением выдыхает кадровик. – Вы получите неоценимый опыт!

– А в каком отделении я буду работать? – соображаю вдруг, что мне не говорили о месте работы.

– Смотрите, мы поступим так. Администратором первый месяц вы будете сидеть в токсикологии, потом, возможно, переведем вас на другое направление – но это уже будет зависеть от загрузки, – отвечает Любовь Петровна. – А вот помощницей медсестры… с учетом того, что диплома о среднем медицинском у вас нет, но есть удостоверение «младшей медсестры по уходу»… Вы будете кем-то вроде «сестры милосердия», если выражаться устаревшими понятиями, – улыбается мне.

Невольно улыбаюсь в ответ. Сестра милосердия. Это даже звучит красиво…

– Разумеется, выполнение процедур или еще что-то такое вам поручать не будут, по закону нельзя. Но что касается отделения… Тут травматология и общая хирургия, без вариантов.

– П-почему без вариантов? – как-то мне становится страшновато.

Не рассчитывала я на такое глубокое погружение сходу!

– Держите, прочитайте и подпишите внизу обе страницы! – подсовывает мне бумаги кадровик.

Дожидается, пока я поставлю подпись, а затем удовлетворенно произносит:

– Дело в том, что как раз из этого отделения за последний месяц уволились три санитарки.

– В смысле? – растерянно смотрю на нее.

Документы у меня быстро забирают.

– О, ну, совпало так, – неопределенно водит в воздухе рукой женщина. – Так, теперь что вам нужно сделать! Все прививки и медосмотры у вас, разумеется, есть.

Я киваю. Конечно, я прошла все необходимые обследования и врачей, сдала все анализы, сделала прививки.

– Я позвоню старшей отделения, которая будет помогать вам разбираться, что и как нужно будет делать, – Любовь Петровна кивает сама себе. – Первая смена администратором у вас сегодня, а помощницей медсестры – через два дня. Так что сейчас вы идете в токсикологию, а дальше вам уже все подскажут на месте.

– Спасибо, – голова у меня немного кружится и даже в ушах слегка шумит от таких резких перемен.… во всем!

Как я скажу родителям, что буду работать администратором – и одновременно помощницей медсестры?! И молчать не выйдет, у меня же будет график суточных дежурств! О, господи, то есть, ночевать дома я тоже не буду!

Нужно срочно позвонить бабуле! Без ее помощи мне не справиться!

Из кабинета я выхожу в оглушенном состоянии, но тут же заставляю себя собраться.

Я ведь внезапно, сама того не ожидая, стала на шаг ближе к своей мечте!

– Ю-хуу! – шепчу тихо, расплываюсь в широченной улыбке и, не удержавшись, подпрыгиваю на месте от избытка эмоций!

Так, а теперь надо разобраться, где тут токсикология!

Мне в этом неожиданно помогает охранник на входе.

– Идемте, я вас провожу! – предлагает вдруг, когда я спрашиваю, куда мне идти. – У меня как раз перерыв сейчас десять минут, – кивает своему сменщику, который ухмыляется в ответ.

– Мне неловко вас отвлекать… – говорю смущенно.

– Да ладно, тут близко! Идемте! Меня, кстати, Сергей зовут, – он снова подмигивает.

– Очень приятно, Сергей, – отвечаю вежливо.

После нескольких минут петляний по территории мы действительно подходим к двери, над которой висит надпись «Токсикология».

– Ну вот, вы и на месте, – Сергей кивает мне на дверь. – Забегайте к нам в корпус, договорились? Кофе сходим выпьем!

– Конечно, – неопределенно улыбаюсь.

Как-то меня немножко напрягает его неприкрытое внимание. Нет, он, конечно, симпатичный… но мне сейчас не до этого!

Тяну на себя тяжелую дверь и оказываюсь в просторном, довольно-таки приятном и чистом помещении. Да, папуля не зря возмущался на мамины слова. В его клиниках действительно грязи не найдешь.

Тут же вспоминаю, как папочка утверждал, что все его сотрудники держатся в рамках допустимого.

И вздрагиваю от резкого громкого голоса, доносящегося из-за угла.

– Ну и какого хрена вы меня вытащили?! Кто из вас, альтернативно одаренных, решил, что синяк под глазом – это повод звать хирурга?! У меня других дел нет, по-вашему?!

Мужчине кто-то отвечает, я не могу разобрать, что именно, но слышу шаги, невольно пячусь назад и встаю за кадку с развесистой пальмой. Из коридора выворачивает крупный мужчина, которого мне из-за пальмы не видно. Зато отлично слышно зловещий голос.

– Значит, так. Поскольку времени немного, я вкратце матом объясню! Если еще кто-то из вас…

Зажимаю рот рукой. А лучше бы уши.

Ой-ей. Мама моя сейчас грохнулась бы в обморок. А потом пришла в себя и убила папочку.

– ….хотите шоу, вызывайте клоуна, ясно вам?! – заканчивает прочувствованную речь хирург.

Выдыхаю и делаю это, кажется, слишком громко. Естественно, мое убежище тут же перестает быть надежным.

Хотя я бы и так за ней не спряталась. Комплекция, к сожалению, не совпадает. У пальмы со мной.

– Так, а ты кто такая и что тут делаешь? – на меня сверху вниз смотрит… тот самый мужчина, с которым мы уже сегодня сталкивались.

В буквальном смысле.

Глава 2

– Я… э-э-э-э… новая… новый… – блею с трудом и тут же начинаю себя за это ненавидеть.

Ну почему я опять мямлю? Надо уверенно отвечать!

– Ну?! Новый кто? Геморрой мне на голову? – обрывает меня этот мужлан.

– Вы вроде врач! – выпаливаю вдруг, внезапно разозлившись. – А значит, должны знать, что геморрой не там образуется!

Мужчина хмыкает, окидывает меня взглядом с головы до ног, да таким взглядом, что мне жарко становится.

А еще почему-то… страшновато.

– Неужели санитарку новую все-таки нашли? – прищуривается язвительно.

– Не санитарку, а сестру милосердия, – изгибаю одну бровь.

Это единственное, что мне удается делать очень даже выразительно.

Но на наглого хирурга моя бровь никакого впечатления не производит.

– Милосерднее всего будет позволить вам уволиться сразу, – отмахивается этот гад. – Причем милосерднее для нас обоих. За мной!

– Я вообще-то еще администратор в токсикологии, – выпрямляюсь, стараясь держать себя в руках и говорить спокойно и профессионально. – Здесь я работаю ближайшие два дня! А помощницей медсестры в хирургии – только на третий день!

– Бумажки перекладывать они тут и сами смогут, а у меня в отделении рук не хватает! – хирург широкими шагами идет к высокой стойке, из-за которой выглядывает девушка. – Наталья, эту я забираю!

– Что значит «эту»?! У меня вообще-то имя есть! – возмущаюсь неприкрыто, хотя та, которую мужчина назвал Натальей, делает мне большие глаза, видимо, призывая к молчанию. – Никуда я не пойду! Меня приняли на работу сюда, здесь я и останусь!

Хам оборачивается ко мне и поднимает брови.

Черт. У него это получается куда круче, чем у меня.

– Агата Александровна, я вам звонила, а вы, видимо, не услышали. Вы забыли… – голос из-за спины, и я поворачиваюсь к Любовь Петровне. – …. документы, – договаривает женщина, уже заметив хирурга. – А они вам понадобятся. Еще раз здравствуйте, Роман Дмитриевич.

Фу. Не люблю Романов. Не нравится мне это имя!

Поджимаю губы, прогоняя неприятные воспоминания, и торопливо киваю, радуясь, что появился кто-то, кто сможет встать на мою сторону.

– Спасибо огромное! – забираю протянутую мне папку. – Любовь Петровна, вы ведь мне сказали, что я сейчас два дня работаю в токсикологии, верно?

– Да, все правильно, – кадровик кивает.

– Ну вот! А Роман… Дмитриевич требует, чтобы я шла с ним в его отделение! – замечаю какой-то нервный взгляд, который женщина кидает на хирурга.

А тот сложил руки на груди и недовольно смотрит на нас обеих.

– Ох, ну…. – Любовь Петровна суетливо поправляет брошку на плече. – Роман Дмитриевич, Агата Александровна, к сожалению, права… и потом, не вы ведь сами будете вводить ее в курс дела, а у старшей медсестры сегодня выходной…

– Превосходно! – ядовитым тоном произносит хирург, кидает на меня слегка презрительный взгляд свысока и, не удостоив даже словом, разворачивается и уходит.

Любовь Петровна выдыхает, как и девушка за стойкой, которая слышала весь разговор. Наталья, кажется, так ее зовут.

А потом обе сочувственно смотрят на меня.

– Что? – растерянно перевожу взгляд с одной на другую.

– Ой, что ж это я, – кадровик торопливо кивает мне. – Пойду! Хорошего первого дня, Агата Александровна!

– Спасибо, – договариваю уже в спину женщине.

Наталья качает головой и жестом показывает, чтобы я заходила к ней за стойку.

– Ну ты и влипла, – шепчет, стоит мне встать рядом с ней.

– Что значит «влипла», почему?! – смотрю на нее полуиспуганно-полурастерянно.

– Да ты хоть знаешь, с кем только что спорила? – Наталья смотрит на меня со скептической улыбкой.

– С врачом? – отвечаю неуверенно.

– Если бы, – девушка хмыкает. – То есть, с врачом, конечно. Хирургом. А еще заведующим отделением общей хирургии и травматологии! И параллельно главным кошмаром клиники – Романом Князевым!

Я дергаюсь так, что чуть равновесие не теряю на своих каблуках.

Нет. Да ну нет. Это.… просто совпадение!

«Ага, такое же, как твое отчество и фамилия – просто совпадение с именем и фамилией владельца клиники!» – ехидно подсказывает внутренний голос.

И все равно! Старательно воскрешаю в памяти лицо…

Нет, это не может быть он. Совершенно точно. Мы бы узнали друг друга!

Правда, столько лет прошло… Но все равно можно было бы узнать! На меня накатывают воспоминания, из-за которых становится неловко и немножко стыдно. Первая подростковая, почти детская любовь к мальчику-соседу. Наши клятвы друг другу. Его отъезд вместе с родителями. И письма…

Письма, которые я одно за другим два года отправляла в пустоту.

Ни разу не получив ответа.

– Ты чего зависла? – Наталья искоса смотрит на меня, одновременно перебирая и раскладывая по стопкам документы. – Дошло наконец? Слышала про Князева?

– Честно сказать, нет, – качаю головой.

– Ну ты даешь! – она закатывает глаза, потом, оглядевшись, наклоняется ко мне явно с желанием перемыть хирургу кости. – Он у нас как магнит для всего коллектива с икс-икс-хромосомой, особенно для новеньких!

– В смысле…. – начинаю, но девушка тут же перебивает, блестя глазами.

– В смысле – все на него залипают! Один раз даже главврач шепнула: «Хоть бы раз улыбнулся, глыба ледяная!»

Недоверчиво усмехаюсь, но Наталья продолжает, глядя на меня то ли с завистью, то ли с жалостью, то ли и с тем и с другим:

– Тебе… можно сказать, повезло, – пожимает плечами. – Или не повезло, тут уж как посмотреть. Посмела ему в лицо возразить. На полном серьезе. На глазах у людей!

– Я же не знала, что у вас тут культ личности, – качаю головой.

– Это не культ, – фыркает администратор. – Это такая, знаешь… смесь ужаса и восхищения. Больше ужаса, – добавляет задумчиво. – Он иногда правда орет так, что кажется, побелка потрескается. А тебе в его отделении работать! Так что не удивляйся, если на следующей планерке тебе начнут руку жать. За отвагу.

– То есть я уже почти героиня? – невольно улыбаюсь, не воспринимая это все всерьез.

– Типа того, – Наталья тоже фыркает. – Только не расслабляйся. У нас тут, знаешь ли, почти что армия. Приказали тебе – отдаешь честь и идешь выносить утку. Или пациента.

– Ну, честь я никому отдавать не собираюсь, – усмехаюсь двусмысленности фразы. – Тем более этому вашему… князю.

Девушка пододвигает мне стопку выписок.

– Держи, сделай ксерокопию, пожалуйста, а я остальное пока по папкам разложу, – а потом, когда я отхожу на пару шагов к принтеру, добавляет: – Но на самом деле Роман Дмитриевич очень крутой. Просто такой, ну…

– Глыба? – подсказываю, перекладывая документы.

– Нет! Ну, то есть, да. Но он гений! Такой молодой – а уже топовый спец! За границей стажировался и работал, но не остался там, а сюда вернулся. Недавно, помнишь, в Турции землетрясение было? Он там был, оперировал. Да и у нас здесь… пациентов с того света вытаскивает, буквально. Совсем недавно парня молодого привезли, вчерашнего школьника, после аварии – все думали, не жилец. Князев операцию делал, четырнадцать часов у стола стоял без перерыва! И вытянул его!

Незаметно вздыхаю.

Как бы мне тоже хотелось вот так… учиться, потом работать.

Машинально перекладываю бумаги, складывая копии отдельно, а сама напряженно размышляю. Если я действительно решусь и подам документы на ту целевую программу… Это же мне надо будет подготовиться!

– …а что характер поганый – так это у всех хирургов так, – доносится до меня сквозь раздумья голос. – Но Князев, конечно, и тут на первом месте. Добрый день!

Администратор здоровается с подошедшими к стойке людьми, и я встаю в уголочке, чтобы не мешать, одновременно слушая и стараясь запомнить, что и как говорит пациентам Наталья.

Ближайший час поток людей не снижается, и мы оказываемся завалены работой. Но чуть позже, когда становится поспокойнее, коллега предлагает мне сделать перерыв пять минут.

С благодарностью киваю и решаю выйти на улицу, чуть подышать. Может, и кофе выпить, тут вон есть автомат. Выбираю капучино, оплачиваю, дожидаюсь, пока можно будет забрать пластиковый стаканчик. Параллельно достаю из сумки, которую захватила с собой, мобильный.

Ой, мама…. в смысле, папа! Одиннадцать пропущенных!

Гипнотизирую взглядом экран, а потом малодушно смахиваю пальцем все уведомления.

Очень надеюсь, что никто про меня не догадался и папочке все-таки не настучали, что я тут самовольно устроилась на самую низкую во врачебной иерархии должность. Они с мамой, конечно, все равно узнают… Но лучше бы попозже.

Поэтому торопливо, не попадая по буквам, пишу в общую группу «мама, папа, я» в мессенджере, что у меня все в порядке, очень занята на работе – и отключаю на мобильном и звук, и вибрацию.

Выйдя на улицу, отпиваю кофе и глубоко вдыхаю. Перед глазами тут же встает лицо хирурга. Пока была занята, не отвлекалась на размышления, а теперь снова задумываюсь. Интересно все-таки, может ли он быть тем моим соседом? Или действительно совпадение? Имя-то и фамилия не так чтобы редкие. А отчество я у «моего» Ромки не знала, отца его я не помню, мать только – и то очень смутно.

С другой стороны, а нужно ли всем этим заморачиваться? Передергиваю плечами, давя в себе неприятные эмоции, очень напоминающие стыд. Он же мне не ответил ни на одно мое письмо. Я, выходит, была навязчивой девчонкой, вешающейся на шею мальчику, которому даже и не нравилась!

Ну и нечего вспоминать! Если даже это действительно он – и слава богу, что не узнал меня.

Встряхнувшись, возвращаюсь на рабочее место. К счастью, мне есть чем заняться. С непривычки к вечеру сильно устаю – нужно запоминать, где, что и куда складывать, как заполнять данные в электронном каталоге, с кем связываться и по каким внутренним телефонам. Поэтому заканчиваю смену с гудящей головой.

Слава богу, с Князевым я за день больше ни разу не сталкиваюсь. Как поняла, его вызывают из хирургии в крайних случаях, если нужна консультация смежного специалиста. А отделение токсикологии – не то место, где часто требуется хирург.

Ну и хорошо. Мне и так предстоит работать под его началом. И чем больше я об этом думаю, тем больше напрягаюсь. Потому что выступила сегодня с утра, конечно, крайне неудачно. Но, может быть, он все-таки не будет за это мстить?

На ночную смену вместо нас с Натальей заступает другая девушка, а мы, закончив, выходим из клиники.