3. Верещагин А. С. Послесловие к Повести // Труды Вятской ученой архивной комиссии, 1905. Вып. III. Отд. 2. С. 90, 91.
4. Подробно эволюция взглядов ученого описана в статье: Мусихин А. Л. Вопрос об основании города Кирова в работах А. В. Эммаусского // Петряевские чтения, 2005: Мат-лы науч. Конф, Киров, 24—25 февраля 2005. Киров, 2005. С. 120—130.
5. Балыбердин А. Была ли Вятка основана ушкуйниками? // Краеведение в развитии провинциальной культуры России: мат-лы 2-ой науч. конф., Киров, 11 ноября 2009 г. / Киров, обл. науч. б-ка им. А. И. Герцена; редкол.: М. С. Судовиков (науч. ред.) и [и др.]. Киров, 2009. C. 13—24.
6. Балыбердин А. Битва за Вятку. Град Болван. 24 июля 1181 года // Обретение святых – 2013: сборник мат-лов V Межрег. церк.-науч. конф., г. Киров, 14 октября 2012 г. Киров: Лобань, 2013. С. 27—54.
7. Уо Д. К. «Анатольевский сборник» и проблемы вятского летописания: Текст // Шведы и Русский Север: историко- культурные связи (к 210-летию А. Л. Витберга): Мат-лы Междунар. науч. симпоз. / Отв. Ред. В. В. Низов. Киров, 1997. С. 348—353.
8. Сказание о вятчанех. ГБРУ. № Пи9250. Лл.63—63об.
9. Мусихин А. Л. «Сказание о холопьей войне»: в «Записках о Московии» Сигизмунда Герберштейна: Литературная история // Новгородика – 2008. Вечевая республика в истории России: Мат-лы Межд. науч.-практ. конф. 21—23 сентября 2008 года. Ч. 1. Великий Новгород, 2009. С. 209.
10. Герольдмейстерский список «Повести о стране Вятской». РГИА. Ф. 1343. Оп. 15. Д. 377. Л. 75об.
11. Соловьев С. М. История России с древнейших времен. Т. 2. Глава 6. От взятия Киева войсками Боголюбского до смерти Мстислава Мстиславовича Торопецкого (1169 – 1228). URL: https://azbyka.ru/otechnik/Sergej_Solovev/istorija-rossii-s-drevnejshih-vremen/2_6
12. Новгородская первая летопись старшего извода // Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов. М.-Л.: Изд-во Академии наук СССР, 1950. С. 34.
13. Там же. С. 223.
14. Новгородская летопись по Синодальному Харатейному списку: Издание Археографической комиссии. СПб. 1888. С. 151.
15. Новгородская четвертая летопись. ПСРЛ. Т. 4. Ч. 1. Вып. 3. Л.: Изд-во Академии наук СССР, 1929. С. 589.
16. Новгородская четвертая летопись. ПСРЛ. Т. 4. СПб. 1848. С. 13.
17. Летопись Русская по Ипатьевскому списку. ПСРЛ. Т. 2. СПб. 1908. С. 395.
18. Новгородская первая летопись старшего извода // Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов. М.-Л.: Изд-во Академии наук СССР, 1950. С. 34.
19. Летописец Новгородский церквам Божиим // Новгородские летописи. СПб. 1879. С. 193.
20. Сказание о вятчанех. ЦГАКО. Ф. 582. Оп. 2-е. Д. 59. Л. 18—20.
21. Сказание о вятчанех. ГБРУ. № Пи9250. Л. 63об.
22. Балыбердин А., прот. Герольдмейстерский список «Повести о стране Вятской» 1725 года. Переложение на русский язык // Обретение святых – 2016: сборник материалов VIII Межрегиональной церковно-научной конференции. г. Киров [Вятка], 15 октября 2016 г. Киров: «Лобань», 2017. C. 250.
23. Повесть о явлении чудотворного образа Великорецкого Николы архиепископа Мерликийского с 18 илл. (№403, Маз.). Рукопись 17 века. РГАДА. Ф. 196. Оп. 1. Д. 403. Л. 10—11.
24. Послание митрополита Ионы Вятским воеводам и всем жителям, с убеждением их покоритися великому князю, прекратить грабежи и разбои и возвратить полон. Писано около 1452 года // Древние акты, относящиеся к истории Вятского края. Вятка, 1881. С. 8—9, 11.
А. Л. Мусихин. ВЯТСКИЕ ЮРОДИВЫЕ – КТО ОНИ: ПОСТАНОВКА ПРОБЛЕМЫ
Известно, что институт юродства был привнесён на территорию Руси вместе с христианством из Византии. Первые юродивые становятся известны с XI в. (1) Со временем юродство, как и монашеская святость, локализуется на севере. Как отмечает Г. П. Федотов, «Вологда, Тотьма, Каргополь, Архангельск, Вятка – города последних святых юродивых» (2).
Но возникает вопрос, многие ли вятские юродивые нам известны? Очевидно, все назовут блаженного Прокопия Вятского, лицо, вне всякого сомнения, реально существовавшее. В его житии описывается множество реалий Вятской земли первой четверти XVII века (3). Исследователи называют также подражавшего Прокопию Вятскому и жившего в Вятке в середине XIX века юродивого Уара (Увара) и некоего Антипу, «о которых решительно ничего не известно» (4). Вот, наверное, и всё.
С. А. Иванов отмечает: «Для православного вопрос стоит таким образом: как извлечь из памятников культуры свидетельства о реально существовавших юродивых»? (5) Основными источниками наших знаний о юродивых являются их жития и летописные известия. Например, о Прокопии Плешкове мы знаем в первую очередь из его жития, первоначально записанного, вероятно, вскоре после смерти Прокопия его современником (6). Сведения о некоторых известных российских юродивых имеются и в вятских летописях. Так, о смерти Василия блаженного сообщают «Летописец старых лет» и «Вятский временник», а о смерти Иоанна Устюжского чудотворца сообщает так называемая Слободская летопись (7). Также некоторые сведения о юродивых могут содержаться в описаниях имущества монастырей, церквей, архиерейского дома (8). Но сведений о вятских юродивых во всех этих источниках нет, даже о Прокопии Вятском.
Однако имеется источник, который для изучения юродивых почти не привлекался. Это помянники или синодики. Среди доступных мне синодиков поминальные записи о вятских юродивых содержаться в так называемых официальных частях четырёх синодиков. Во всех них первым упоминается Прокопий юродивый. Думается, нет сомнений, что это блаженный Прокопий Вятский.
В самом старом из синодиков, составленном в Вятском Успенском Трифонове монастыре в сер. 1670-х гг., всего перечислено 10 юродивых, среди них четыре женщины (9). Все они записаны первоначальным почерком составителя синодика, поэтому можно полагать, что прославились эти юродивые в период с 1627 г., когда умер блаженный Прокопий, до середины 1670-х гг. К сожалению, никаких подробностей обо всех перечисленных юродивых в записи не имеется.
В двух синодиках Хлыновского Богоявленского собора записи одинаковы и содержат имена 11 вятских юродивых (10). Интересно, что они лишь частично совпадают с перечнем синодика Успенского монастыря. Повторяются только четыре имени. Таким образом, в приходе Богоявленского собора существовал свой определённый круг юродивых, которые, возможно, обретались около этого собора. Жизнь части из них, вероятно, проходила после составления синодика Успенского монастыря и до составления в интервале 1700—1711 гг. более раннего Богоявленского синодика (11). Позднее в этом синодике разными лицами было сделано несколько приписок.
И, наконец, в синодике Слободского Преображенского собора (составлен между 1700 и 1718 гг.) список вятских юродивых самый большой (12). Первоначально было записано 29 имён, затем позднее разными лицами добавлено ещё пять имён. Интересно, что и этот большой список не перекрывает всех имён, упомянутых в вышеназванных синодиках.
Таким образом, если считать, что совпадающие имена во всех синодиках – это одни и те же люди, значит всего в них перечислено целых 40 юродивых! В последнем названном синодике о некоторых юродивых имеются отдельные подробности. Трое из них названы схимонахами. В одной из приписок юродивый назван священным иеродиаконом, а в другой приписке поминали «Пимина юродиваго, ходившаго с бичом».
Некоторые весьма небольшие и неоднозначные сведения о юродивых могут дать переписи, проводившиеся на Вятке. К этим сведениям необходимо подходить критически, так как в XVII в. начало происходить разделение значений слов «урод» и «юрод». Слово «урод» всё чаще стало означать врождённого калеку (13). Так, например, в записи из сказки первой ревизии 1719 г. в одной семье указан ребёнок «Михайло 7 лет уродивой» (14). Здесь, скорее всего, термин «уродивой» имеет именно такой смысл. Очевидно, такой же смысл имеет это слово в синодике Слободского Преображенского собора в статье, озаглавленной «Род маломошных и уродивых» (15).
Сложно сказать, кем был Гришка Мальцов, проживавший в 1678 г. в починке Васки Якимова в Орловском оброчном стане, о котором сказано, что он «юродив вне ума» (16). В 1720 г. в селе Поджерновском в семье священника Георгиевской церкви Еремея Мальгинова проживал его родной брат Пётр 50 лет, о котором сказано, что он «нищей юродивой» (17).
Более определённо о юродстве некоторых лиц можно утверждать, если к ним применялся термин «блаженный» (18). Так в 1719 г. в Кырчанской волости в заимочке Двоеглазовской проживал «блаженной» Никита Естефеевич 20 лет (19). А в 1721 г. в Филиповой слободке в деревне Семи Омутовская в доме «старых полков салдата» Тихона Леоньтевича Злобина проживал его «дядя Федор 32 лет блаженной» (20).
К сожалению, это пока все сведения, которые удалось собрать. Кто были все эти люди, по каким признакам были объявлены юродивыми, не известно. Как правило, первоначально таких людей юродивыми объявляла народная молва, общественное мнение, и лишь позднее они признавались таковыми церковью. Невозможно считать всех этих людей настоящими юродивыми, были среди них и лжеюродивые, преследующие свои определённые цели, несмотря на то, что Собор 1666/67 гг. запретил «лжеюродство». Необходимы тщательные разыскания в церковных документах XVII—XVIII вв. с целью извлечения информации о принципах составления таких поминальных списков юродивых и о самих этих людях.
ПРИЛОЖЕНИЯ
№1
О уродивых.
Прокопиа, Стефана, Симеона, Никиты, Андреа, Марии, Ксении сожженой, Пелагии, Неонилы сожженой, Илии.
Оригинал: КОКМ. №3789. Л. 27об. Подлинник.
№2
Уродивых вятских.
Прокопиа оуродивого, Исидора оуродивого, Феодота оуродивого, Тимофеа оуродивого дважды, Гордиа оуродивого, Стефана оуродивого, Трофима оуродивого, Неонилы оуродивой, Марии оуродивой дважды, Власиа оуродивого, Агафии оуродивой, Варвары оуродивой, Ксенефонта оуродивого.
Оригинал: КОКМ. №3780. Л. 25. Подлинник.
Курсивом и полужирным шрифтом отмечены позднейшие приписки разными почерками.
№3
Уродивых вятских.
Прокопия юродивого, Исидора юродивого, Феодота юродивого, Тимофея юродивого, Гордиа юродивого, Стефана юродивого, Трофима юродивого, Неонилы юродивой, Марии юродивой, Власиа юродивого, Агафии юродивой.
Оригинал: КОУНБ. №35. Л. 35об. Подлинник.
№4