Не знаю, сколько времени прошло после начала нашей стрельбы по консервным банкам.
Наверно, очень много, так как возле меня лежала целая куча пустых патронов от автоматных очередей, а на моих руках появились ожоги от близости раскалённого металла от ствола автомата Калашникова?
Но мы продолжали соревнование в стрельбе по консервным банкам. Никто из нас не хотел уступать место друг другу в стрельбе. Спирта медицинского было много.
– Вы, что совсем отупели! – услышал, голос майора Карпухина за своей спиной. – Прекратите стрельбу! Там за холмом целая рота лежит под дождём из пуль автоматных очередей. Вас обоих под военный трибунал отдам. Быстро сдать мне ваше оружие!
Лишь после приказа майора Карпухина, мы прекратили стрельбу из автоматов Калашникова по консервным банкам. Развешанным на сухом дереве, высоко на холме, за которым почти час лежала целая рота солдат, а жирный майор Карпухин целых полчаса на животе полз вокруг холма к нам, чтобы прекратить это опасное безобразие устроенной нам.
Лейтенанту медицинской службы могло грозить разжалованием в рядовые, а мне пару лет осуждения в дисциплинарный батальон. Вся наша дальнейшая судьба на полигоне была теперь в руках майора Карпухина.
Мы с лейтенантом готовы были не служить, а прислуживать Карпухину, чтобы только он не подал на нас в суд.
– Вам повезло, что мы в полевых условиях, где каждый человек в цене. – смягчившись, сказал нам, майор Карпухин. – Иначе, сидеть бы вам в дисциплинарном батальоне пару лет каждому. Объявляю, вам двоим домашний арест.
Двое суток мы с лейтенантом медицинской службы, сидели в своих блиндажах под домашним арестом.
Через двое суток на армейский полигон стали прибывать необходимые материалы, им понадобились наши руки.
Стараясь отрезветь от спирта. Постепенно майор Карпухин забыл о наших проделках с автоматной стрельбой по консервным банкам. Лейтенант медицинской службы был занят своими делами. Мне пришлось начать оформление наглядной агитации на армейском полигоне.
Мне нужно было с нуля сделать всю наглядную агитацию, которая была положена в нашей армии. Через неделю нашего пребывания на армейском полигоне, сюда стала прибывать военная техника.
Среди прибывших солдат было много моих земляков и друзей, которых знал по гражданке в Северной Осетии.
Уже, как сторожил армейского полигона, стал знакомить своих друзей и земляков с окрестными местами.
Мы даже на рыбалку ходили по-настоящему. Ни как с майором Карпухиным, который пытался ловить местную рыбу на тесто. Мы съездили в посёлок Бьюик Касик.
Там на колхозной ферме накопали навозных червей к своей рыбалке. Рыба дикого озера целый день с огромным удовольствием клевала на насадку из навозных червей. Армейский повар сварил уху из рыбы. К вечеру этого дня все солдаты армейского полигона с огромным удовольствием кушали уху из местной рыбы.
4. Как мы продали танк.
В первый же наш выходной день на армейском полигоне мы фактически остались без присмотра. Майора Карпухина срочно вызвали в штаб военного Закавказского округа в Тбилиси на присвоение ему очередного воинского звания.
Подполковника политического отдела Батумского гарнизона. Оставшиеся на армейском полигоне офицеры, уехали на выходные дни развлекаться с девочками в Тбилиси и в Рустави.
На армейском полигоне остались только два дежурных офицера и одна рота дежурного караула армейского полигона. Эти солдаты несли караульную службу и к роте строителей никакого отношения не имели.
Ко мне тем более никто не относился, был свободным. Мы с земляками тоже решили немного расслабиться в выходной день, как наши офицеры.
Сели на автомобиль ГАЗ-66 и поехали в посёлок Бьюик Касик за водкой, там водки не было. Тогда отправились в Гардабани. Чтобы нам дважды ни ездить в магазин гастроном, водки взяли несколько бутылок.
С таким количеством водки появляться на армейском полигоне было опасно. Поэтому мы на своём автомобиле ни стали заезжать на армейский полигон.
Мы решили кого-нибудь из солдат высадить из своего автомобиля вблизи армейского полигона, чтобы он прошёл к нашим блиндажам и сказал друзьям, что мы водки закупили для всех.
Встретимся в указанном нами месте за холмами. С нами был Алборошвили Гиви, ему до демобилизации оставалось всего три месяца. Такого "деда" за мелкое нарушение армейского устава не имели право наказать и посадить в гауптвахту.
Тем более что на армейском полигоне гауптвахты не было. Так что мы высадили Алборошвили Гиви за ближайшим курганом возле армейского полигона, а сами отъехали подальше в условленное место нашей встречи вдали от армейского полигона.
Там сразу стали накрывать "поляну" с выпивкой и закуской, чтобы зря не терять время. Так как мы всё-таки были солдаты. Нас могли искать офицеры, которые остались дежурить до приезда других офицеров.
Время на гулянку у нас было ограничено. Когда мы уже накрыли "поляну" с выпивкой и закуской, то, вдруг, из-за ближайшего кургана, в нашу сторону выполз танк Т-54. Конечно, мы сразу запаниковали.
Думали, что Алборошвили Гиви заложил нас и нам придётся отвечать за устроенную нами пьянку вовремя службы в советской армии. Куда-то удирать было бесполезно.
От такого танка далеко не удерёшь. Смысла нет никакого. Нас всех всё равно знали хорошо. От наказания нам всем никуда не деться.
– Вот и мы! – закричал Гиви, выбираясь из танкового люка. – Целый ящик закуски привезли.
– Вы бы с платформой ракету буран угнали. – пришлось указать мне на пример Алборошвили Гиви. – Мы от страха чуть в штаны не наложили. Нам надо подальше отсюда уехать, чтобы нас никто из офицеров по-настоящему не поймал с такой техникой.
– На армейском полигоне никакого транспорта не было, чтобы добраться до вас. – стал оправдываться перед нами, Алборошвили Гиви. – Вот мы уговорили лейтенанта обкатать танк после ремонта. У нас всё законно получилось.
Солдаты стали спорить о выходках моего друга и земляка по Беслану. Одни солдаты говорили, что такой поступок Гиви во вред ему самому. Ведь у него в этом году дембель.
Нельзя так рисковать. Вместо дембеля можно попасть в дисбат. Другие считали, что это всего лишь безопасное развлечение. Танк никто не украл. Погуляем на природе и вернём танк обратно.
Большинство наших друзей поддержали меня, что нам здесь никак нельзя устраивать поляну пьянки. Так как нас могут свободно засечь из рейдового армейского патруля по ближайшим курганам.
Мы тут же собрали все свои закуски и выпивки. Затем сели в автомобиль ГАЗ-66 и на танк Т-54. Ближайшим местом нашей пьянки выбрали горы в сторону Азербайджана, куда точно никто из армейского полигона к нам не мог выбраться.
Слишком далеко ехать. Мы расположились в расщелине между гор возле небольшой речки, которой не было даже на армейской карте. Может быть, потому что эта речка заканчивалась всего через пятьсот метров от своего истока?
Вода реки просачивалась в землю и дальше больше нигде не появлялась. Такие реки с сухим руслом встречал на Северном Кавказе. Мы однажды поехали с отцом рыбачить на реку Кума, которая протекает по Ставропольскому краю.
Свой автомобиль драндулет оставили у знакомых, а сами надули резиновую лодку и поплыли вниз по течению реки Кума ловить рыбу. Проплыли мы километра два вниз по реке. Вдруг, река Кума быстро стала мелеть и вскоре вообще кончилась.
Но метров через пятьсот было видно продолжение реки Кума. Мы с отцом вытащили из воды свою надувную лодку. Дальше, почти пятьсот метров, мы тащили лодку по суше, чтобы затем обратно плыть по реке Кума, которая в пути нашего странствия дважды исчезала под землёй.
Тогда река Кума была загадкой для меня. Но рыбы в реке Кума было много. В тот раз мы с отцом вернулись домой на драндулете с огромным уловом разнообразной речной рыбы.
Неизвестная река в горах Азербайджана исчезала под землёй совсем близко от нашего пикника.
Но нас, это не очень-то расстраивало. Место здесь было прекрасное и располагало нас на хороший отдых.
К тому же здесь было много кустов со спелыми плодами кизила и боярышника, которые были нам дополнением к нашей полевой закуски.
Так что мы расположились в расщелине как у себя в горах в Северной Осетии, где часто гуляли по выходным дням. Мы так увлеклись своей пьянкой, что сразу не заметили, как вокруг нас расположилось огромное стадо баранов.
Мы как-то даже не подумали, что здесь высоко в горах Азербайджана может встретиться нам стадо баранов, которых почему-то заинтересовал именно наш танк Т-54.
Стадо баранов расположилось плотным кольцом вокруг нашего танка. Мы не знали, как выбраться из окружения этого стада. Тем более что чабан этого стада, одетый в огромную чёрную бурку, расположился прямо между гусениц нашего танка и с миром никуда не хотел уходить.
Можно было подумать, что чабан хозяин этого огромного стада баранов и нашего танка, а мы всего лишь случайные гости в горах.
– Давайте продадим ему наш танк. – шутя, предложил Гиви. – Никуда от нас танк не денется.