Оценить:
 Рейтинг: 0

Калейдоскоп 3

Год написания книги
2022
Теги
<< 1 2 3 4 5 6 >>
На страницу:
3 из 6
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля

Но как?

Он по-прежнему во всех женщинах видит только женщину: женщину, которой можно восхищаться, если она молода и очаровательна, женщину, которую можно похлопать по фигурному плечу или талии или еще ниже, женщину, которую хочется раздеть, или наоборот одеть в красивейшие платья, женщину, с которой хочется быть рядом, женщину с которой хочется поболтать, женщину которой хочется что-нибудь подарить, женщину, которой хочется заглянуть в глаза и утонуть там навсегда, женщину у которой такие губки, а брови, а на ушках такие красивые сережки, женщину, на которую оглядываешься, да еще тысячу – тысячу действий и желаний появляется при взгляде или общении с Женщиной.

И он так и живет. И не знает, как избавиться от этого сексизма.

Да и сексизм ли это?

Может это и есть созданный Богом образ Мира, образ Жизни, образ Прекрасной Дамы.

А его под суд. За что? За то, что посмотрел со смыслом? Эмансипация. До чего довела хорошего мужика.

Два солдата

#быль

Иван ходил расстроенный по вечернему Кирову. С вокзала на остановку, с вокзала на остановку, с остановки домой. Подолгу смотрел на уходящие на запад поезда, шедшие с Урала, с Сибири на Запад, на войну, на фронт. Поезда, наполненные солдатами.

Его отец Степан, уже давно был там, воевал связистом. А Ивану военком, уже запомнивший его, все твердил усталым голосом: «Петров, тебе семнадцать лет еще. Подожди полгодика. Отправлю я тебя. Успеешь за Родину повоевать»!

Вокзал – дом, вокзал, дом. «Ох, Ванька, – вздыхала мать, – не кончатся добром твои походы на вокзал».

И как в воду смотрела.

Сбегал как-то за водой Ванька очередному вагону, еле успел. Чайник отдал, и глядя в след уходящему поезду, вдруг подумал, а почему бы ему, не прицепившись в последний вагон и не уехать с ними на фронт, фашистов, бить?

Сказано, сделано. Ванька, он как отец, мужик – основательный. Сказал – сделал.

Вечером мамке сказал, что военкомат его забирает завтра на войну. Поверила, не поверила мать, но спорить не стала. Большой уже сын. Весь в отца. Упрямый. Сказал – сделал. Собрала ему в дорогу еды, посидела, поплакала. Да куда деваться? Война. Так и отпустила сына, как и мужа. На войну. Родину защищать.

А Иван, со своей котомочкой, поздно вечерком, залез в последний вагон, где никто его и не заметил, посидел часик-другой на последней площадке. Хорошенько замерз, да и на какой-то остановке в поле, пошел и попросился в теплушку к солдатам.

Лейтенант его имя, фамилию записал и пообещал на ближайшей станции снять и отдать в милицию.

Но то ли забыл, то ли некогда было, но уже потом после Москвы зашел в теплушку, Ивана не увидел, да и забыл про него.

А Ивана солдаты спрятали. Да и не показывали начальству. Так до станции назначения и доехали, гле полк и формировался перед тем, как в бой вступить.

Куда девать Ивана? Поезда уже обратно не идут. А одного отправлять в холодной теплушке, да без присмотра? Пропадет парень. Так в батальоне и оставили.

Много таких историй было. Много сынов полка пригрели, спасли, добрые солдатские сердца.

Но на этом история Ивана не закончилась.

Через два года попал он в госпиталь. Так, слегка под обстрел попала их группа. А служил Иван в разведке. И вот как-то вызывает его главврач и говорит: «Слушай, Вяткин, – тут вчера попал к нам ефрейтор из батальона связи. И фамилия у него тоже, Вяткин. Не родственник ли твой? Сходи посмотри. В шестой палате он, в тяжелых».

По переписке с матерью Иван знал, что отец продолжает служить, воевать, что передает ему приветы. Да и однофамильцев он раньше встречал прямо-таки с замиранием сердца. Один раз даже отпросился в соседнюю часть добежать. Да все однофамильцы попадались, даже не из родного края.

Вот и здесь со спокойным сердцем заходил в палату, с очередным «землячком» парочкой слов переброситься, о жизни поговорить, покурить, довоенное времечко, жизнь гражданскую вспомнить.

Каково же было его удивление, какая же была радость, когда он сквозь пропитанные кровью бинты в узкой щели бинтов, оставленной для глаз, увидел отца. Он даже не сомневался ни минуты. Это был он. Его отец Степан Вяткин.

А уговорить начальство перевестись из батальона разведки в полк связи дело времени. Все удивленно качали головой такому совпадению, и никто особо и не возражал. Дело шло к Победе, Россия позади.

Так и дослужили два солдата, встретившееся случайно в Польше на Висле, до конца войны. А потом еще два года на дальнем Востоке.

И с медалями в 1947 году вернулись домой.

Оба.

Такая вот необычная история приключилась с моими соседями, отцом и сыном. И фамилия у них наша, вятская – Вяткины.

Короткометражка.

#ироническаяпроза

Два друга. Их нельзя было назвать друзьями. Просто по иронии судьбы они ходили в один садик. Учились в одной школе, и в один институт поступили.

Но вот на этом их схожесть и заканчивалась. Один остался, где-то на уровне подростка, прыщеватого, скромного, нескладного, худого, непричесанного и еще в добавок в больших бабушкиных очках.

Другой – прямая противоположность.

А время подошло и за девочками ухаживать. И тот, который хипстер городской, современный, веселый, общительный постоянно с подружками, на вечеринках, девушек меняет, как перчатки, или девушки меняют его, все жалел друга, нескладного такого.

Ведь он же друг. Он же одноклассник. И тот, который хипстер современный, никак не мог оставить своего инфальтивного на вид дружка в такой беде.

И взял над ним шефство.

Работа закипела.

Прежде всего ребята целый месяц потратили на то, чтобы избавиться от прыщей.

Салоны, массажи лица, кремы и искусственный загар, морковка, витамины и рыбий жир сделали свое дело.

Кожа стала чистой, загорелой.

Дело за прической. Ну это-то дело вообще двух часов. Очередная знакомая манекенщица уладила все за два часа, сводив к стилисту, своему бывшему, и отправив стричься к своему сегодняшнему бойфренду.

Класс. Не узнать парня.

Но внешнего вида мало. Современный городской хипстер должен не только стихи читать, знать Шекспира, и Сорокина, он должен быть спортивным, подтянутым танцевать брейк.

И здесь еще два месяца занятий. И все окей!

Но вот дальше началось самое интересное. Обучение в школе Пикапа. И после ее окончания зазнавшийся исправленный преображенный решил посоревноваться со своим учителем.

Чем закончится спор о том, сколько девушек они смогут «запикапить» за месяц и в какие ситуации могут попасть в комедии Александра Гарцева. «Короткометражка».

Власть ругать запрещаю.
<< 1 2 3 4 5 6 >>
На страницу:
3 из 6