Получив необходимую информацию, Евгений Левицкий в полной мере применил мастерство езды, и, срезав дорожный путь на арендованном автомобиле, обогнал американцев, прибыл в отель раньше них на целый час, успел заселиться сам, под видом фотокорреспондента одного из старейших журналов России. Данный журнал с его ста пятидесяти летней историей был первым в Мире в своём научно-популярном страноведческом роде. Читатели, кому была близка не только тема путешествий, но и расширение познаний в различных областях науки, с великим удовольствием ждали новые выпуски на прилавках.
Узнав бунгало американцев, оперативному агенту не составило сложности аккуратно проникнуть в их жилище, и установить прослушивающие устройства. Сами американцы остановились в данной гостинице под видом сотрудников из конкурирующего журнала с иным мировым именем. Но роль и цель у них была иная, впрочем, такая же, как и у самого Евгения Левицкого. Занятная ирония, все делали, по сути, общее дело.
Спустя какое-то время американцы прибыли в гостиницу и стали вести свой открытый диалог, не подозревая о том, что по близости затаился конкурирующий агент из ведомства, им неизвестного.
Евгений Левицкий преспокойно сидел на обычном деревянном стуле за столом возле окна и открытой балконной двери. За ней, дверью, через которую проникал тёплый воздух, простирался ночной вид зеленеющих лесов и чудесная панорама на прибрежные воды озёр Чамо и Абайа. Между ними возвышался вулкан, именуемый Тоса Суча, входивший в состав живописного Национального Парка Нетч Сар. Склоны недействующего вулкана с высотой более чем полутора тысяч метров были покрыты зеленеющими деревьями, а перед возвышениями, на сочных равнинах заповедника, днём при свете яркого солнца можно было лицезреть стада зебр, жирафов и прочих парнокопытных обитателей Эфиопии. Сейчас же была непроглядная ночь, и пение птиц и отдалённые звуки музыки у бара на территории небольшого комплекса нарушали ночную тишину старого отеля. Какофония звуков, непринуждённо возмущала окружающее пространство, на которое опустилась очередная тёплая безоблачная эфиопская ночь. И чёрное, как уголь небо окрасилось яркими перемигивающимися созвездиями.
Евгений Левицкий выпил теплого чая с лимоном из термоса, закрыл его и поставил на стол рядом с лэптопом. Номер у него был довольно простенький, впрочем, как и сама гостиница, давно не видавшая качественного по европейским меркам ремонта. Старая и потёртая постояльцами, но крепкая мебель, всё еще работавшая сантехника, фунциклирующий на последнем дыхании кондиционер, еле справляющийся с дневной жарой. Однако дружелюбный персонал и живописные виды, открывающиеся взору с балконов бунгало, перекрывали придирчивость к той обстановке, которую привыкли видеть обычные туристы, для которых количество звёзд на табличке гостиницы значат больше, чем атмосфера, её окружавшая.
Евгений Левицкий всегда считал, что шикарно обустроенные номера, фешенебельные гостиницы и пафосный комфорт, наличие холодильника с постоянно доставляющимся охлаждённым пивом, плазменного телевизора с любимым каналом и постоянным выходом в интернет, с доступом на социальные сети делали путешествие ничтожно обыденным и скучным. Глубинное изучение страны, её живописных природных ареалов, флоры и фауны, созерцание необычайных мест, архитектурных и исторических достопримечательностей, исследование новых территорий, а именно тех, посещение которых не предлагает гид, работающий при отеле или принимающей стороне. Фотографирование не только на фотоаппарат, а собственными глазами и сохранение картинок в собственную интеллектуальную память, и заполнение её ячеек эмоциональными позитивными вибрациями – вот то, чем дорожил он, неугомонный путешественник. Белоснежные песочные пляжи с шелестящими пальмовыми листьями, валяние на лежаках, тропические коктейли с зонтиком под шум прибоя и звуки мелодичной музыки на общем фоне красного заката на горизонте, также бывали в его туристической стезе, но они быстро наскучивали ему.
– Каждому своё – прошептал Евгений Левицкий, вспомнив любимый гамак, натянутый между двумя берёзами в собственном загородном доме, выстроенном на опушке леса где-то в Подмосковье, машинально соотнеся его с не менее обожаемым гамаком, натянутым между двумя кокосовыми пальмами на территории уютного бунгало, стоящего на белоснежном песчаном побережье где-то на Багамах. Агенты агентства Современных Революционных Технологий с умом тратили свои финансовые средства и частенько приглашали друг друга к себе в гости отдохнуть между проектами.
Взглянув на часы, Евгений Павлович сверился в уме с общим таймингом. Команда оперативных агентов и друзей должна была прибыть в установленное место точно в срок, а это значит, что у него есть двадцать минут на активные действия, перед окончательным выездом из отеля. Он договорился с администрацией отеля о том, что берёт бунгало лишь на сутки, чтобы переночевать и рано утром уехать на фотоохоту. Менеджер за стойкой на ресепшне согласился с данными условиями, увидев огромный профессиональный фотоаппарат, удостоверение фотокорреспондента и номер арендованного автомобиля. Эти вечные фотоохотники приезжали сюда в поисках лучших кадров Национального Парка Нетч Сар. Манящий видами парк, с его живописными растительностью и рельефом долинами, предгорьем, вулканом, расположенным между двумя озёрами, и биологическими обитателями здешних природных красот.
Евгений Левицкий посмотрел на экран лэптопа, на двух агентов. Нажав на кнопку на коммуникаторе, лежавшем рядом с компьютером, Левицкий шутливо проговорил – парни, извиняйте!
В бунгало, что было через несколько других, двое людей не спали в эту тёплую африканскую ночь. Один из них сидел за столом и перекачивал фотографии в память своего лэптопа. Другой человек разложил на кровати оружие и оборудование для предстоящей операции. Балконная дверь была закрыта, плотные по фактуре шторы были задернуты, и они были уверенны в том, что их никто не слышит, и никому нет дела до них. Африка.
В момент заселения в номер они проверили его на предмет подслушивающих устройств и не найдя таковых, расположились в нём. После они выехали на осмотр деревень, пострадавших от вируса. Приехав к ночи обратно в гостиницу, оперативные агенты АНБ впопыхах не удосужились провести проверочную процедуру, да и она бы не дала видимых результатов. Евгений Левицкий мастерски разместил микроустройства визуального и звукового слежения на основе революционных технологий, разработанный русскими инженерами-кибернетиками.
– Ник – обратился к Нортону Майкл, занимаясь проверкой оборудования для проникновения на закрытый объект – ты связался с командованием? Когда прибудет подкрепление?
– Связался. Они ждут от нас исчерпывающих данных о состоянии объекта – быстро ответил сидящий за столом Ник, попутно разглядывая фотографии мёртвых тел эфиопских жителей на фоне деревушке – только после отчёта они вышлют подкрепление в должном количестве.
– К чему они так тянут? – проговорил Майкл, вынимая обойму из серебристого пистолета и глядя на патроны в ней собранным взглядом, полным раздумья.
– Аналитики… – отмахнулся Ник Нортон и перещёлкнул фотографию – всё хотят просчитать, перестраховаться. В то время как это самое время проходит, становясь историей. Надо начинать скорей! – и, выключив просмотр фотографий, заблокировав лэптоп, Ник встал из-за стола.
Повернувшись к Майклу, сидящему на краю кровати, он почувствовал лёгкое головокружение и накатившую слабость, укрепляющуюся во всём теле.
Майкл, вдохнув прохладный воздух, навиваемый жужжащим кондиционером, почувствовал головокружение и странный сладковатый привкус на языке. Посмотрев на Ника мутным взглядом, Майкл начал было говорить, но тут почувствовал, как взгляд мутнеет ещё больше, картинка плывёт и проваливается в липкую темноту.
– Твою мать, какого чёрта?!… – только и успел вымолвить Нортон. Пошатнувшись, он прошёл несколькими шагами в сторону Майкла, и неуклюже завалился на свою кровать перед тем, как мягкий свет в пространстве плывущей комнаты перед его взором полностью погас. Опьянённое сознание заволокла темнота безмятежности.
Два американских оперативных агента Агентства Национальной Безопасности уснули крепким сном.
Через несколько минут Евгений Павлович Левицкий, одетый в прозрачный полиэтиленовый комбинезон с головы до ног, аккуратно и стараясь не привлекать к своему нелепому виду возможного внимания, зашёл к американцам в бунгало с бутылкой элитного виски, которую нёс в руке, одетой в перчатку. В другой руке он нёс чемоданчик с оборудованием. Собрав все прослушивающие устройства и устройства визуального наблюдения, вынув из кондиционера аппарат, выделяющий в пространство мощное ароматического снотворное, Евгений Левицкий обшарил номер на предмет дублирующих устройств, установленных американцами с помощью своего оборудования. Не обнаружив жучков, он быстро собрал оружие и оборудование американцев в их же сумку, засунул её под кровать и уложил агентов так, как бы они естественно и удобно для себя могли спать. Поставив бутылку дорогого виски на стол и подложив под неё конверт кремового цвета из бумаги, доставленной специально из Америки. Изъяв жесткие диски из их ноутбуков, всю информацию и забрав материалы исследований, Евгений Левицкий ещё раз оглядел простенькую комнату и двух спящих американских агентов, Ника и Майкла.
Улыбнувшись широкой и доброй улыбкой, он проговорил про себя – простите, но эту партию мы берём на себя, друзья… – И после этого умозаключения Евгений Левицкий ещё раз осмотрелся. Не выявив никаких устройств слежения, он незаметно вышел из бунгало американских агентов с увесистой сумкой в руке, проверяя, не следит ли кто за ним. На дворе была непроглядная ночь, и посетители данной гостиницы были или в разъездах, или спали после долгого дня путешествий по стране и фотографирование живописных ландшафтов и озёр заповедника.
Зайдя в свой номер и стерев всевозможные отпечатки, убрав всевозможные следы, Евгений Левицкий по поддельным документам, на основании которых он прибывал в данной стране и приобрел автомобиль в аренду, выехал из отеля, взяв курс в назначенное место сбора. Путь в ночной какофонии природных звуков через зеленеющее пространство предстоял не совсем близким. Уверенно управляя автомобилем и отъехав от города на безопасное расстояние, Евгений Левицкий набрал на коммуникаторе номер друга и боевого товарища, довольствуясь своевременным и успешным завершением текущей задачи.
Где-то в небе над Средиземным морем.
В эти минуты.
Светлую пассажирскую капсулу Шустрого разрезал звук входящего вызова. Олег Игоревич посмотрел на стильный и дорогой на вид коммуникатор, и, улыбнувшись, довольным тоном проговорил – вовремя!
– Здравствуй Евгений! – отозвался Власов младший, глядя на выключенный проецируемый экран монитора, очерченный проектором на стене пассажирской кабины – как обстоят дела?
– Привет Олег – ответил Евгений Павлович, управляя автомобилем, едущим по прямой и сносной дороге в южном направлении – агенты проснутся завра к вечеру. Я сделал так, что их не будут беспокоить.
– Бумажку на дверную ручку повесил? – шутя, проговорил Власов младший, вспоминая многочисленные приёмы и ухищрения по дестабилизации противоборствующих агентств и их оперативников. Каждый хотел ухватить лучший кусок пирога, вот и приходилось постоянно вставлять палки в колёса работы друг другу.
– Да. У вас-то как настрой? – справился Евгений Павлович, едя по дороге. С правой и левой стороны тянулись поля с зеленеющими деревьями, погружёнными в ночную дрёму. Прямая дорога упиралась в озеро Чамо, а затем сворачивала направо и огибала его сбоку.
– Боевой – ответил Олег Игоревич, вывернувшись в кресле и посмотрев назад, на сидящих людей. Антон Сергеевич сидел и с закрытыми глазами слушал музыку, едва заметно покачивая головой. Екатерина Андреевна, его жена, уставилась в экран лэптопа, и, закусив губу, активно стучала по клавишам, продолжая написание своей книги. Орлов, сидящий за ними в удобном белоснежном кресле, что-то читал с планшета. Оторвавшись от экрана, Максим Орлов посмотрел на Олега вопросительным серо-голубым взглядом. Олег Игоревич подмигнул Максу, и, вернувшись в обычное положение, проговорил – будем точно в срок.
– Хорошо, на связи – ответил Евгений Павлович, и, отключив коммуникатор, засунул его в держатель на поясе.
Ночь выдалась тёплой и безмятежной вокруг автомобильной дороги. Казалось бы, царило умиротворение и природная гармония. В безоблачном звёздном небе периодически пролетали птицы, где-то вдалеке можно было расслышать при желании крики зверей, напрягая слух. Евгений Левицкий, сложив в уме переменные времени и действий, вывел результат и поднажал на педаль акселератора. Он выдвинулся на точку сбора пораньше. Нужно было предварительно осмотреться перед посадкой Шустрого. Мало ли что.
Где-то в Европе.
В эти минуты.
В уютном салоне, оформленном из дорогой кожи кремового оттенка, на заднем сиденье всё того же бронированного джипа, у него на коленях, положив свою голову, спала его дочь Стефани, периодически посапывая, и ворочаясь, как это пристало детям. Сам же он, мужчина в чёрном костюме не могу уснуть. Скверные мысли закрадывались в его голову, в его многогранное сознание, которое дрогнуло после разговора с одним давним знакомым.
Не всегда он был таким, этот человек, решивший выпустить смертоносный вирус. До смерти жены его сознание было насыщено благими идеями и целями. Но после потери жены из-за слабости и аморальности людей, он решил изменить человеческий мир, прибегнув к своей финансовой мощи, связям и тем тайным вещам, и знаниям, которыми обладал он, текущий руководитель Лиги Двадцати Двух. Смотря почти чёрными глазами на свою дочку, он задумался вновь – правильно ли я поступаю? Сжечь этот мир дотла, чтобы возродить его заново – тот ли истинный процесс, необходимый для революции сознания и морали людей, и смены курса их мышления, целеполагания и желаний?
Стефани, снова перевернувшись на широком сиденье, легла другим боком и другой стороной щеки к отцу на колени. Мужчина в чёрном костюме погладил левой рукой вьющиеся волосы дочери и поневоле обратил внимание на самое обычное обручальное кольцо на безымянном пальце из золота высшей пробы. Он так его и не снял после гибели жены. Он помнил надпись, выгравированную на внутренней стороне кольца, невидимой для посторонних глаз. Эта надпись отпечаталась не только в памяти, она подобно распалённой кочерге выжгла клеймо на его сердце, в душе. При спонтанном воспоминании о прошлых счастливых семейных летах, смысл этой фразы, вновь, будто напалм выжигал сердце, огнём разливался по венам и загонял очередную занозу в мозг.
Посмотрев на загорелое личико дочери, он улыбнулся и проговорил на своём родном языке, на время, забывая десяток других, которыми свободно владел, и мог их перемешивать в словах и фразах, не теряя смысла диалога. – Вселенная, пошли мне новую звезду, которая засветит ярче прежней, и озарит мне новый путь, ибо я сбился с нужного маршрута.
Отвернувшись от дочери, он посмотрел сквозь бронированное окно. Где-то за ним простиралась панорама заснеженных горных пиков, и трасса уходила к вершине, порой петляя и извиваясь поворотами, теряя свою прямолинейность. Связка из бронированных джипов периодически останавливалась на дозаправку и следовала далее.
Неожиданно для него, на выдвижной подставке ожил экран лэптопа. Пришло входящее сообщение от доктора Николаса Мердека. Открыв его, он начал вчитываться в текст.
«Доброй ночи. Перейду сразу к делу. Три дня назад мы нашли заброшенную шахту близи наших раскопок. Неизвестная шахта уходила глубже современных, проделанных нами. Сначала мы сочли это за природное образование, но при более детальном обследовании поразились находке.
Ранее об этом сообщать мы не хотели, чтобы не волновать Вас по пустякам и собственными преждевременными безосновательными выводами. Но то, что мы нашли, уже в самих шахтах – невообразимо. Те многочисленные приборы и устройства, которые были оставлены в местах добычи золота, подверглись тщательному исследованию и радиоуглеродному анализу на датировку. Всем конструкциям, оборудованию и прочему, более трёхсот тысяч лет.
Так же наши геологи обнаружили ряд огромных пещер, однако они купированы. Сейчас инженеры и строители занимаются проверкой древних конструкций и укреплением уязвимых мест. В данные минуты разрабатывается план проникновения в закрытые пещеры. Мы установили на горнодобывающем объекте закрытый режим, научно-исследовательский комплекс продолжает функционировать в прежнем режиме. Фотографии, сделанные при осмотре древних шахт, вложены в письме отдельным архивом.
Отдельно прошу организовать срочную доставку требуемого оборудования из прикрепленного к письму списка. В том числе прошу увеличить численность на объекте профессиональных охранников в количестве не менее пятидесяти человек, и несколько единиц бронетехники. Данное требование необходимо для усиления мер безопасности и в связи с новыми обстоятельствами.
О дальнейших открытиях буду сообщать Вам своевременно»
С уважением, доктор Николас Мердек.
Ещё раз, внимательно перечитав сообщение, полученное от учёного, находившегося в Эфиопии, мужчина в чёрном деловом костюме посмотрел за окно на природные красоты европейской земли, затем перевёл взгляд на водителя, а потом и на свою спящую дочь. Сняв очки и потерев переносицу, приоткрыв окно и вдохнув свежий горный воздух с ароматов цветов, мужчина просмотрел фотографии, чувствуя, как в его клетки головного мозга, а именно в сети нейронов, сознании поселился новый неподдельный интерес, новая идея. Мужчина подумал с минуту другую, затем соотнёс очередную находку с другими тайными знаниями Лиги Двадцати Двух. После он быстро напечатал ответное сообщение и отодвинул лэптоп, продолжив курс размышления.
– Эти моложе. Похоже, придётся переиграть несколько моментов – мысленно заключил он про себя. Взвешивая на собственной чаше весов все факторы из прошлой жизни, современной и будущей, оценивая все свои действия, мужчина взглянул на дорогие часы на правом запястье. Кротко улыбнувшись, он прошептал – не всё потеряно пока!
Связка бронированных чёрных джипов шуршала по ровному дорожному полотну, быстро сокращая километры до пункта назначения, и новые мысли, вспыхивающие в голове в виде разрозненных потенциальных желаний, начали обретать чёткую форму новой концептуальной идеи и направления. Но для исполнения её необходимо было разобраться с неизвестным преследователем. И еще пора было сделать один, не менее важный звонок одному давнему знакомому, который приходился приятелем его покойному отцу. Этот человек проживал в довольно странном государстве, к которому человек в чёрном деловом костюме всегда питал интерес и уважение перед его скрытым могуществом.
Бразилия. Амазонская низменность.