– Спасибо.
– Ничего, всем нам иногда нужно подумать, о чём-то, может даже погрустить, а может даже и порыдать, но это в крайнем случае. ? С улыбкой произнося последние слова он оставил меня один на один с моими размышлениями, которые ясное дело ни к чему не привели, но всё же пиво стояло того, чтобы ещё раз помучить себя этими тёмными мыслями.
Допив пиво, я поблагодарил своего благодетеля и вышел на улицу. Как не странно дождя не было, только некоторые тучи одиноко блуждали по синим просторам бескрайнего неба. Удивившись приятной погоде, я сел в машину и поехал домой, мне хотелось спать, и я хотел выспаться до прихода темноты, чтобы хоть этой ночью дать отдохнуть своей жене.
Через десять минут я уже был дома, в обеденное время солнце старалось греть со всех сил, но их в эту пору не хватало чтобы достаточно прогреть воздух. Не теряя ни минуты, я после похода в ванную, сразу же пошёл спать. Моё тело почувствовав под собой мягкую постель обрело покой, и я погрузилось в сон.
– Вставай! ? я не понимаю, что происходит. Когда я открыл свои глаза то увидел, как кричит моя жена, она хватает меня за руки и стягивает с постели. ? Быстрее! Вставай же! ? и вот наконец-то я пробудился, её испуганный взгляд и слёзы, что струились с глаз обескуражили меня.
– Что случилось милая! ? от моего сна не осталось и следа, я разговаривал четко и ясно, как всегда при экстренных ситуациях, которых в моей жизни было не так уж и мало. Она хныкала и не могла произнести ни слова, она просто показала вверх. Я посмотрел туда и застил, в своей жизни я видел многое, но это…
Что-то тёмное обволакивало потолок словно дымом, оно двигалось волнами так, как будто в доме есть ветер. Люси смотрела то на меня, то вверх, я начал идти в сторону кухни и увидел, что этот чёрный дым был везде, но двигался он в одном направлении.
– Эйприл!
– Эйприл! ? подхватила Люси, и мы вместе бросились к ней. Я первым подбежал к её комнате, двери были открыты, и она там была не одна. Что-то тёмное, будто тень человека стояло над дочерью пока она спала, оно обернулось ко мне и в тот же миг положило свою плавающую в воздухе тёмную руку на неё. Тонкий пронзительный крик прорезал мои уши.
– Папа! Папочка! ? кричала Эйприл, я подскочил к ней, но что-то ударило меня, и я отлетел как сухой дряблый лист, под осенним ветром. Я влетел в стену, и практически потерял сознания, пока я пытался подняться, я слышал плач и крик своей дочери, которая всеми силами пыталась вырваться из-под тёмной руки, она выбивала ногами и размахивала руками, её лицо было полностью в слезах, а волосы разбросаны по подушке. Через секунду в комнату забежала жена.
– Мамочка! А-а-а! ? отчаянный крик уже с хрипотой поставил меня на ноги, жену которая хотела забежать в комнату будто ураганным ветром выдуло за двери, и она с горьким, отчаянным криком вылетела прочь, после этого дверь за ней захлопнулась. Я снова подбежал к постели, но адская боль пронзила моё тело, было ощущение что раскаленный штырь воткнули мне от головы до пят, меня что-то подняло в воздух, мои руки и ноги были растянуты по сторонам, меня что-то разрывало. Мой крик дополнял крик дочери и уже нечеловеческий крик моей жены за дверью, которую она то и дело пыталась открыть. Эта тень казалось наслаждалась создавшейся ситуацией, оно подымало свою размытую голову и казалось с удовольствием поворачивало ею из стороны в сторону под наши отчаянные крики. Боль была невыносимой, у меня потемнело в глазах, и я начал отключатся, всё исчезает, я посмотрел в последний раз на дочь, мне казалось, что всё было каким-то замедленным, и нереальным.
– Прости меня! Прости! ? с последних сил успел я крикнуть своей девочке.
– Папочка! ? в последний раз услышал я, но перед тем, как полностью отключится, я увидел, как размытый силуэт существа, начинает наполняться формой.
– О Боже…
Темнота, я с трудом открываю глаза, и у меня до сих пор кружится голова, но мне не до этого. Я смотрю на постель и вижу, что там лежит моя девочка, в этот же миг я схватываюсь на ноги и подбегаю к ней.
– Дышит! Дышит! ? я схватил её на руки и крепко прижал к себе, она проснулась.
– Папа. Что случилось? Почему ты плачешь? Папа? ? в этот момент в комнату вбежала Люси, она выхватила её из моих рук, прижала к себе, и зарыдала.
– Я люблю тебя Эйприл, я так тебя люблю. ? Недавние потеки на лице Эйприл снова наполнились слезами.
– Что случилось? Почему вы плачете? ? теперь тоже рыдая у матери на руках спрашивала она, мы не отвечали, мы по очереди целовали и гладили свою дочь пока она снова не успокоилась и не уснула.
– Она ничего не помнит? ? спросила жена тихим голосом, чтобы не потревожить хрупкий сон ребёнка.
– Да, кажется так и есть. ? Тихо ответил я.
Мы уложили дочь спать, а сами сели возле неё на кровати. О каком-то сне не было и речи. Миллионы вопросов в одной голове, в один момент, и не единого ответа. В глубине души сидя возле Эйприл мы понимали, что если оно вернется, мы ничем не сможем ей помочь, но нам бы хотелось верить в то, что наше присутствие всё же поможет нашей девочке, что это хотя бы немного продлит ей жизнь, и, если будет нужно, мы без колебаний бросим свои жизни к ногам смерти даже за одну секунду жизни нашего ребёнка.
Глава 3
Мы молча сидим возле Эйприл, не понимая, что всё же произошло. Когда шок немного спал, она посмотрела на меня и спросила:
– Что это было?
Я не знал, и вряд ли кто-то смог бы это объяснить ей. Я всё время думал, что виноват я, а кто же ещё, но в мою сторону не прозвучало ни единого упрека. Может это и правильно, зачем сейчас начинать скандал, сейчас надо думать об Эйприл. Мы оба понимали, что это не может быть не связано со мной, по крайней мере мне так казалось, но я не говорил ни слова, молчала и Люси, плакала и молчала.
– Сколько времени. ? Спросила Люси.
– Уже семь. Может ей сегодня остаться дома? Под нашим надзором.
– Нет!
– Тише. ? Прошептал я.
– Нет, ? уже тише произнесла она. ? Это исключено, ей нужно быть с другими детьми, так безопасней.
– Может мне покараулить возле садика?
– Нет Райан, ты должен разобраться со своей проблемой. На сколько тебе назначено?
– На десять.
– Вот и поедешь к нему на десять, ? после этого у неё снова потекли слёзы. ? Что же это такое? ? повторяла она.
– Прости, прости меня, это я виноват, это из-за меня всё это…
– Ты не виноват! ? сквозь слёзы говорила она, гладя на Эйприл. ? Ты не виноват.
Перед тем как разбудить Эйприл, мы убрались в комнате, и договорились ничего ей не рассказывать, наша девочка проснулась в нормальной семье, без каких-либо проблем, именно это, мы и хотели показать нашей дочери. Банальные утренние слова, завтрак, и вот мы уже едем к садику. Природа казалось измывалась над нами своей на редкость теплой и светлой погодой, не было ни единой тучи или порыва ветра, мне казалось весь мир замер чтобы подслушать наши мысли, но мыслей тоже не было. Мы подъехали к вывески которая сегодня как никогда раздражала, и я остановил машину.
– Пока Папочка! ? она обняла меня, и я долгое время не мог её отпустить, когда я всё-таки это сделал, я почувствовал, что по моей щеке течёт слеза, Люси взяла её за руку, и они направились к воспитателю. Сидя в машине, шок понемногу отступил, и ко мне снова возвратились мысли. Глядя в след моим девочкам, я начал думать о вчерашнем.
– Может убить себя? ? прозвучал вопрос в моей голове, но я его сразу же откинул, а если дело не во мне? Может моим родным понадобится помощь, а меня в это время не окажется рядом. Я должен убедится в том, что они в безопасности, это самое главное, ведь даже если в этом виноват я, то где же уверенность в том, что это закончится с моей смертью, если бы это было так просто, я не думая вскрыл бы себе вены ещё вчера ночью.
Несколько минут спустя, Люси вернулась и села в машину. Было ощущение, что вчерашняя ночь добавила к её возрасту десяток лет. Она была бледной, и казалась больной и усталой, я хотел её утешить, хотел найти подходящие слова, но не нашёл. Как можно утешить женщину, на глазах которой некая сущность измывалась над её ребенком, оно не било её, не давило, не резало, оно просто держало её, но это зрелище было самое страшное в наших жизнях.
Может это предупреждение, может мне не надо идти к доктору, может что-то не хочет, чтобы я вспомнил тот злополучный вечер, последний вечер на войне с людьми, и первый на войне с призраками моей тёмной души. Но как оказалось мои страхи, мои тёмные призраки реальны. Я не знаю, что им нужно, и так ли это, я запутался, и отчаянный взгляд жены на соседнем сидении было доказательством того, что запутался не я один.
– Отвези меня на работу, а сам езжай к Стивенсону.
– Ты уверена, что сможешь сегодня работать?
– Да. ? С уверенностью в голосе, но совсем неубедительно ответила она. В этот момент я ощутил себя как никогда жалким, ведь моя жена чтобы заработать деньги была готова в полусознательном состоянии идти работать, в то время как я буду сидеть в тёплом кабинете и страдать от неловких вопросов, какая теперь разница что за вопросы там будут, я должен побыстрей разобраться со всем этим, ведь что-то тёмное нависло над тем, что я ценю больше жизни. И теперь я понимаю, какой ничтожной было моё рвение найти работу, и каким большим было моё самолюбие, я то и дело жалел себя, в то время как моя жена, не говоря ни слова обеспечивала нашу жизнь без упреков на какие-либо тяжести. Я ещё раз посмотрел на неё, взял за руки и поцеловал.
– Всё наладится, вот увидишь. ? Она промолчала, замолчал и я. Снова и снова прокручивая вчерашнюю ночь я думал о том, какой бесполезной в тот момент была моя сила, которой я всегда хвастал перед своими родными, и которая должна была всегда их защищать.
– Не вини себя, не вини. ? Холодно, но твердо произнесла она. Я попытался выбросить волнение и гнев из головы, но не смог.
– Больше никогда, слышишь? Я больше никогда вас не подведу. ? С уверенностью произнес я, она промолчала, я не знаю поверила она в мои слова или нет, но я поверил.
Мы подъехали к магазину где работала Люси, после чего мы холодно распрощались, забыв о поцелуях и нежностях как в былые времена. Я сидел в машине и наблюдал как моя обессиленная жена заходит во внутрь, на это зрелище было очень больно смотреть, и я уехал. Проехав с пол километра, я остановился и заглушил машину. С моих глаз потекли слёзы, я уперся головой в руль и закричал. На моё счастье на улице не было любопытных, которые пытались бы узнать, что со мной. У меня уже не было сил, крики по ночам, видение, это одно, но какая-то сущность в комнате моей девочки это слишком. Я сидел и думал, потом посмотрел на часы, и убедившись в том, что время у меня много, решил сделать то, чего не делал с детства.
– Нужно делать хоть что-то. Это нужно с кем-то обговорить. И пусть считают, что я безумец, мне не важно их мнение, тем более, я не могу утверждать, что это не так.