– Конечно Люси, я никуда не уйду, именно поэтому я сюда и приехал.
Я посмотрел на маленькую Эйприл, что играла с другими ребятами, а потом снова посмотрел на рыдающею Люси, что кажется ещё крепче прижималась ко мне, как же так, как могут такие плохие вещи происходить с такими хорошими людьми как Люси, и что самое ужасное, как высшие силы допускают, чтобы это происходило с такими маленькими и беззащитными детьми как Эйприл. С последних сил удерживая слезу, что наворачивалась на реснице, я подумал о том, что моя вера в Бога начала колебаться именно тогда, когда она нужнее всего, но дело в том, что вернуть мою веру сможет только яркая, и искренняя улыбка тех, кто сейчас рыдает.
Глава 7
? Райан.
– Да.
– Давай перенесёмся в твой последний день в армии. Что ты видишь?
– Утро, подъём, безумно жарко, в прочем как всегда, но все рады, ведь сегодня мы возвращаемся на базу.
– Давай перейдём немного дальше. На вас напали, тебя ранили, вы в ущелье, что было дальше?
– Мне страшно, я не могу дышать! Итан не отходи от меня! Нет, я не могу встать Итан!
– Успокойтесь, дышите ровно, что вы видите?
– Ничего, я ничего не вижу!
– Дышите ровно Райан!
– Стрельба, везде. Здесь… здесь боевики, здесь… они вместе с нашими… куда они стреляют!
– Да Райан, присмотритесь куда они стреляют.
– Только крики… крики… Итан! Что это! А-а-а!!! Итан нет! Это… прости… я не могу! Нет, не проси! Нужно спрятаться…
– Райан скажите что-нибудь! Что вы видите!
– Я не знаю! Демоны! Мутанты! Я не знаю, что это! Нужно спрятаться… под трупами они не найдут… прости Итан… я не могу… прости… нужно спрятаться… Боже сколько крови!
– Они рядом? Райан!
– Да! Они везде! Я ничего не слышу кроме криков! Уже нет выстрелов! Уже нет… нужно сидеть тихо… прости Итан… прости… прости…
Глава 8
? Эйприл привет. Рад тебя видеть. Я дядечка Фил.
– Здравствуйте. ? Робким, застенчивым голосом, отвечала девочка крепко уткнувшись лицом в ногу маме.
– Милая, дядечка Фил приглашает нас в гости. ? Как можно мягче с улыбкой произнесла Люси.
Эйприл молча смотрела на свою мать как будто спрашивая кто я, и почему мы должны ехать к нему, но послушный и добрый ребёнок всегда доверяет своим родителям, именно такой она и была.
– Фил, нужно заехать к нам и собрать вещи.
– Хорошо, только в дом я пойду с тобой.
– Нет Фил, ? твердо произнесла Люси. ? Ты будешь в машине с Эйприл, а я принесу вещи.
Я понимал, что она права, поэтому и не стал спорить. Если в доме что-то есть, то возле дома тоже может быть опасно, и мне лучше остаться возле ребёнка, ведь это сейчас самое главное.
После недолгого молчания, мы вместе сели в машину и направились к их дому. Для разрядки обстановки я включил радио, и немного поискав нашёл станцию, где почти всегда крутили старые детские песенки, которые нравились как детям, так и взрослым, что взрослели под эти мелодии.
Хотя весёлые голоса с радио уже несколько минут раздавались в салоне, но ожидаемого результата это не принесло, напряжение было тяжелым, и казалось ничто не сможет разрушить этот мрак. Но через несколько минут, я тоже погрузился в тёмные мысли, из-за того, что открылось моему взору.
Подъезжая к дому Люси, по моей коже пробежали мурашки, я не знаю почему так случилось, может потому что там и впрямь что-то есть, или потому что, я был немного испуган рассказом Райана, но одно я знал наверняка, ни я, ни Райан, ни Люси, больше никогда не будут смотреть на этот дом так как раньше. Но к моему удивлению, сразу после остановки, Люси вышла из машины и уверенно без каких-то колебаний вошла в дом. Это произошло так быстро, что я не успел ей ничего сказать. Я был удивлен, и потрясен смелостью этой девушки, ведь всего-то пол дня назад, она видела нечто необъяснимо ужасное в своем доме, а уже сейчас, она без каких-либо страхов зашла обратно. Увидев настрой Люси, я и сам приободрился, если она не боится, значит и я должен быть как минимум таким же спокойным, потому что, именно я, беру их под свою защиту.
Я посмотрел в зеркало заднего вида, и увидел, как Эйприл достала со своего рюкзака куклы, и весело с ними играет. Милое и занимательное зрелище вдохнуло в меня достаточно сил, чтобы, несмотря, ни на что, быть спокойным, и готовым ко всему, сохраняя такое игривое и весёлое настроение этого ребёнка.
Через несколько минут, когда я уже начал нервничать, в дверях показалась Люси, и камень, что накатился на мою душу за то, что я отпустил её одну, тут же исчез, но всё-таки, мне кажется, что нам нужно убираться отсюда как можно быстрее, ведь ощущение чего-то, с каждой секундой только усиливалось.
Глава 9
Я открываю глаза, но слёзы не дают мне видеть. Стон вырывается из моего горла, и я пытаюсь встать, вот только ватные ноги не слушаются растерянного мозга, и уперто не хотят держать это измученное тело. Падая на пол, я не мог поверить в то что сейчас выплыло из моего подсознание, этот мерзкий осколок что врезался в мою душу наконец-то был вырван, но это не принесло облегчения. Как оказалось, я являюсь тем, кого всю жизнь, всем сердцем ненавидел ? трусом. Да, я обычный трус, который испугавшись забыл о дружбе, о клятвах что давал, о миллионах обещаний и об обычном чувстве долга, что заставляет нас идти на невероятные и героические поступки. Я оставил там не только свою гордость, я оставил там свою душу, которая никогда не выберется из этого ущелья вечно переживая всё что пережил Итан моля о помощи. И его глаза теперь вечно будут глядеть на меня с неба, чтобы убедится в том, что я потерплю заслуженное наказание за то, что сделал, вернее за то, что не сделал ничего. А что взамен? Взамен своей гордости и человеческой природе я привез оттуда тьму, и ужас, в меньшей мере ужас от увиденного, а в большей ? ужас от того, что кто-то может узнать о моём поступке, и это желание скрыть свою тёмную сущность было настолько велико, что подсознание заперло двери к правде даже себе самому.
– Как вы?! Что с вами?! ? я слышал голос Стивенсона, но не мог ему ответить, крик отчаянья и слёзы наполнили мой разум, и я не мог делать что-то ещё кроме как терзать себя мыслями о совершенном преступлении, преступлении за которое никто меня не накажет, и потому это ещё сильнее меня очерняло. Закрыв лицо руками, я снова и снова прокручивал тот злосчастный момент, который на веки изъял меня из светлых списков рая.
– Это я! Это я!
– Что вы?! ? нервно переспрашивал док.
– Это я, настоящий я! Вот я какой! ? и снова слёзы, бесполезные, как и вся моя сущность, бесполезна как все мои подсознательные попытки убежать от просмотра линчевания собственной души, которая, я уверен, уже давно мне не принадлежит.
– Я вызову скорую помощь. ? Произнес пораженный доктор Стивенсон. Как я понимал, он был в меньшей степени поражен моим рассказом, и в большей, поражен моим поведением после открытия этой тёмной завесы.
– Не надо. ? Тихо произнес я.
Всё-таки я сумел немного совладать с собой чтобы успокоится. Я был уверен в том, что я должен жить ради своей семьи, что я должен быть сильным чтобы защитить свою дочь, и поэтому, я должен переступить через остатки своих принципов, и жить дальше. Хотя в глубине души я понимал, что я, как и каждый человек на планете являюсь алчным существом, которое то и дело ищет себе оправдание, чтобы жить дальше, и не важно насколько тяжелый грех, ведь человек всегда найдет оправдание содеянному поступку. Да, я признаю это, но я признаю и то, что понимаю уровень своей вены, и что действительно хочу помочь своим родным, которые не должны отвечать пред чем-либо за поступки своего, как оказалось, паршивого отца и мужа.
Поднявшись на ноги, я увидел растерянного Стивенсона, и его верную секретаршу, которая стояла возле него, её лицо было в слезах, и она с не скрытым страхом смотрела на меня.
– Ты можешь идти. ? Пытаясь спокойно говорить произнес док глядя на свою секретаршу.
– Но доктор Стив…
– Мелинда! Иди! ? не выдержав крикнул он. Она испуганно взглянула на него, и молнией выскочила в коридор. Мы без слов посмотрели друг на друга и наконец-то сели. Нужно было немного переварить ситуацию, и попытаться сделать правильные выводы, ведь теперь нужно избрать тактику по новой блокировке моего мозга, потому что правда оказалась намного хуже неведенья. Мне казалось, что жить с этим я смогу только если снова это забуду, но теперь зная причину своих снов забуду так, чтобы уже не вспомнить, ни во сне, ни наяву, никогда.
– Как мне забыть об этом док? ? опустошенный и разбитый спрашивал я.
– А вы не должны забывать.
– Док! Вы не понимаете!
– Понимаю! Понимаю. Вот почему я так говорю. Вы узнали, что вас тревожит, и теперь вы можете с этим бороться.