Вой сирены. Вот оно!.. Нападение на наш лагерь. Нападавшими отрядами руководит помощник генерала полковник Олпавор, который давно хотел получить власть над всей группировкой. И ради этого он без раздумий продался врагам, принял помощь врага, чтобы организовать восстание против своих братьев. Всё это я узнал потом, а сейчас я бегу в направлении штаба. Воздух трещит от сотен выстрелов во всех направлениях. Склады горят. Боевая техника уничтожена. Я вбегаю в кабинет. Никого. Значит генерал на передовой. Поле вокруг штаба усыпано трупами обороняющихся. Я заметил его. Вижу, как он выпускает очередь за очередью и что-то гневно кричит. Я на полпути к нему. Слышу хлопок, генерал падает на землю. Где-то работает снайпер. Вот я уже рядом со своим командиром. Всё в дыму. Он ещё жив. Хватает меня за руку, хрипя командует:
– Уводи людей и персонал. Нужно спасти данные и ценные кадры. Мы их задержим. Выполнять.
Помогаю ему встать. Кровь хлещет из шеи. Но он держится на ногах. Хватает автомат и убегает, исчезая в густом смоге. Приходит мысль, что нужно тоже умереть здесь. Но приказ отдан, и я собираю тех, кто остался и возвращаюсь в жилые корпуса.
Нам везёт. Колонна вырвалась из окружения. На западной стороне лагеря сил противника почти не было, только случайные солдаты. Мы спасли всех и сохранили все данные. Главная машина ведёт нас к третьей базе. Она единственная была пустующей и поэтому там нет неприятеля, который всадит нож в спину. Группировки NEUTRAl больше нет. Мы теперь просто кучка людей с автоматами. Как мы были слепы! Как я был слеп! Не обращал внимания на поведение товарищей по оружию, которые втайне строили план переворота. Видно любое разумное начинание в этом мире не может устоять против алчности страха и жажды власти. И ведь конец всё равно будет одинаковым. Бессмысленная и неизбежная смерть в расцвете сил. Нужен новый план действий. Я собираю совет. Нас осталось совсем немного. Половину бойцов я ни разу не видел. Все оборванные, с опустошёнными взглядами, много раненых. Большинство решает разойтись по домам, оборвать концы, стереть принадлежность и постараться жить дальше, если это возможно. Всё равно будущего у них нет. Ко мне подходит глава научной группы.
– Я могу к вам обратиться?
– Да, конечно.
– Для начала, спасибо за наше спасение. Вы рисковали жизнью.
– Не за что, обычное дело.
– Я слышал, недалеко на космодроме Андуро стартует очередной шаттл. Я прошу вас сопроводить мою группу. Если вы, конечно, захотите ещё раз вступать в бой. Поймите, я не боюсь за свою жизнь. Но наши научные данные, столько лет труда – это самое важное. Мы должны их сохранить.
Лунный шаттл. Я слышал о нём. С его помощью многие смогли спастись от ужаса войны, оказаться в новом безопасном мире, в раю, как многим казалось. Таких стартовых площадок было много по всему миру, но не многие могли себе позволить такой полёт. Отбирались только самые ценные претенденты. А я даже не знал, что где-то поблизости организуются подобные старты. Для меня это было столь недосягаемо, что мысль просто увидеть этот ковчег вблизи вызывала чувство восхищения и счастья. Мы решили выдвигаться на рассвете.
Утро встретило нас треском автоматов. Периодически мы вступали в бой. Потерь не было. Продвигались тяжело. Здесь не было наших бывших товарищей, которые нас предали и всё ещё искали, но в этом районе хватало своих группировок, которые просто занимались разбоем, и для нашей небольшой группы создавали серьёзную опасность.
Но вот я вижу вдали замаячил остов корабля. Сердце забилось. По спине побежал холод. Толпа вокруг космодрома была необъятна. Их сдерживала только ограда под током и вооружённые охранники. Мы подъезжаем к КПП. Главный из группы показывает документы. Нас пропускают внутрь под рёв отчаявшейся толпы. Шаттл поражает своими размерами. Сверкая на солнце стальным корпусом, он устремляется в небо. Вокруг снуют сотни людей, как муравьи вокруг огромного муравейника. Работают краны, идёт погрузка. На другом конце поля собираются пассажиры. Кого здесь только нет! Все сословия и люди всевозможных профессий от врача до горняка. Единственное, что их объединяет – они все заслужили право на свободу от смерти, заслужили право на билет в рай. Я передал научную группу патрулю.
Закинув голову, смотрю на ракету, наверно, в последний раз. Слепит глаза, тоскливо на душе. Пытаюсь придумать план действий, но голова совершенно пустая. Даже не видно направления. Видимо опять придётся воевать и без разницы за кого. Меня окликнул главный учёный из группы, которую я сопровождал:
– Времени мало, пойдёмте скорее, надо занимать места.
Не сразу доходит смысл. Вдруг как снежный ком, как ледяной душ, как удар под дых. Внешне стараюсь быть спокойным.
– Да, конечно, идёмте, – единственное, что могу произнести. Ноги ватные. Не подаю вида. Держусь как можно более расслаблено. Я лечу на луну. Мне кажется я умер и теперь мою растерзанную душу ангелы поднимают куда-то в небо, видимо для того, чтобы низвергнуть в ад. Дрожу всем телом. Или это вибрация корабля? На груди тускнеют медали за кровавые сражения. Закрывая глаза, понимаю, что этот шаттл станет настоящей наградой за мои страдания. Заложило уши. Тело вдавилось в кресло. Появилось ощущение беспомощности и свободы. Ракета с надписью MOON SL 2142—3, извергая ядовитое пламя, с рёвом набирает высоту.
Глава 3
– Реторн, Реторн! – его разбудил хриплый голос. Он попытался приподняться, но острая боль пронзила всё его тело. В глазах потемнело.
– Лежи, лежи, не вставай, ты ещё слаб. Я думал, ты вообще не очнёшься. Три дня уже лежишь. Хорошо твой автопилот быстро привёз тебя сюда.
Реторн лежал в тёмной комнате, где почти ничего не было видно, кроме сгорбившегося над ним странного человека с фонарём в руках. Это был даже не фонарь, а банка с какими-то насекомыми, но светились они достаточно ярко, чтобы он мог разглядеть внешность своего спасителя. На вид ему было лет пятьдесят. Невысокого роста, сгорбившись, он сидел на плоском камне, который использовал вместо стула. Лицо его было всё в морщинах и чертами напоминало древних людей, только с местным зеленоватым загаром. Одет он был в не менее странный кожаный комбинезон с огромным количеством карманов. На носу у него были какие-то нелепые очки, настолько грязные, что глаз почти не было видно.
– Да, ну и попал же ты в переплёт, – он ухмыльнулся своими на удивление белоснежными зубами и взлохматил свои поседевшие волосы. Казалось, этот человек попал во временную воронку, настолько плотно в его образе сплетались все эпохи. И сразу было видно, что это человек великого ума.
Реторн сделал ещё одно усилие и всё-таки смог приподняться на кровати: «Какие-то твари напали на меня, когда я возвращался из рейда к кораблю», – он с трудом говорил. Во рту пересохло. Голова шла кругом. Плечо жутко болело.
– Судя по следам укусов, это были Que chupa las cabras, – ответил седовласый, поправив очки. – Но я думал, у тебя с ними не будет проблем?
– Твой APIS не сработал. Вожак не почувствовал ни одного уровня полей, даже самого внутреннего. Это сообщение очень удивило Человека с фонарём.
– Как не сработал?! Мне казалось, я настроил его на все частоты. Погрешность составляла всего десятую процента.
Седовласый повесил фонарь на крюк, взял у Реторна устройство и бегло его осмотрел.
– Да уж, – сказал Реторн, потирая онемевшую руку. – И эта твоя погрешность чуть не порвала меня на куски. Хорошо, что я смог достать эмбершот и утихомирить эту тварь, а то сейчас бы мы с тобой не разговаривали, Арчи.
– Да, прости меня, Реторн. Я усовершенствую твой APIS. Я как раз разработал пару новых конструктивных решений для этого, – вдруг Арчи понизил голос: – Ты достал то, что хотел?
– Операция прошла успешно, – сказал Реторн, улыбнувшись, и опять улёгся на деревянную кровать. Голова стала кружиться меньше. Реторну не хотелось больше говорить, он просто лежал и слушал ворчливое бормотание Арчи. В голове вертелась битва с монстром, и странная встреча на кладбище. Он всё пытался вспомнить лицо мальчишки, но ничего не получалось. Закрыв глаза, он решил, что теперь сможет немного отдохнуть.
Неизвестно сколько прошло времени. Когда он очнулся, Арчи уже не было. Он лежал один посреди небольшой комнаты. Комната казалась маленькой из-за огромного количества наваленного вокруг хлама: электроника вперемешку с какими-то механизмами, прикрытыми сверху всевозможными чертежами. Стены едва не рушились под тяжестью сотен компьютеров и лэптопов, расставленных на многочисленных стеллажах и полках. Многое из этого Реторн лично добыл для своего друга. Архимед, или Арчи, был учёным-инженером. Много лет он посвятил науке, создал многие фундаментальные изобретения в различных сферах. Благодаря его открытиям человечество значительно продвинулось в своём развитии и подняло уровень технологий на недосягаемый ранее уровень. Но когда во время войны Архимеду преподнесли «билет в рай», он отказался и решил остаться, чтобы продолжать свою научную работу для блага Земли. И вот теперь он жил здесь, в полуразвалившейся лачуге, вдали от научного прогресса и высоких технологий, но всё также гениально создавая удивительные приборы и устройства, облегчая людям борьбу за выживание. За это его все любили. Реторн с трудом встал и, пошатываясь, направился к выходу.
Когда он вышел на улицу, его ослепил свет. Хотя свет был не ярче обычной лампы, но после трёх дней темноты, которые он провёл в бреду, этот свет был действительно слепящим. Подземный город Камай – удивительное место – единственный островок жизни на многие километры хаоса и смерти вокруг. Реторн жил тут с самого прибытия на Землю. Арчи он знал ещё со времён поиска уцелевших городов, и когда стал вопрос, где обосноваться после возвращения, тот выделил ему пустующий дом на окраине взамен на помощь. Даже по современным меркам город был небольшим. Здесь жило около тысячи человек. Камай представлял собой огромную систему подземных пещер, в центре которой находилась самая большая пещера с главной местной святыней – Dadora de vida, что переводится как «дарующий жизнь». Большое пресное озеро, источник воды, пищи и жизни для местных жителей. Основная часть города была построена в форме кольца окружающего озеро. Один подвешенный к каменным сводам деревянный мост пересекал озеро по диаметру, чтобы людям не приходилось долго обходить весь город. Этот мост разработал и построил Арчи, как и все инженерные сооружения в городе. Он помогал всем. За это его уже много лет выбирали местным главой. Дома были небольшие, построенные в основном из всякого хлама, добытого с поверхности или просто выбитые в скале. Каменные дома находились в основном в менее развитых районах в глубине пещер. Там в основном жили беженцы или социально опасные элементы, хотя таких было очень мало. Вылазки на поверхность имели в Камае очень большое значение. Всегда найдётся что-нибудь, что необходимо найти и доставить в город. Последние годы Реторн именно этим и занимался. Был собирателем. Оснащённый и вооружённый, он путешествовал по поверхности и забирался так далеко, как никто другой, и всегда ему удавалось вернуться живым с ценной находкой в рюкзаке. Главным его заказчиком был, конечно, Архимед, для которого он добывал всякий технологический хлам для его изобретений. Кроме редких вещей город был полностью автономен. Здесь было всегда тепло из-за подземных гейзеров. Воду жители брали из озера, и она вполне пригодна для питья. Также в нём водится много рыбы и разных озеропродуктов. В глубинах пещеры обитают гигантские протеи, из кож которых местные делают себе одежду. Город освещается за счёт естественного света Arachnocampa – грибных комаров. Их личинки плетут гнёзда из шёлка на потолке в пещере, свешивают вниз нити с капельками липкой жидкости, а затем подсвечивают их собственным телом, привлекая мелких насекомых. Тем самым получается, как бы звёздное небо, света которого вполне достаточно, чтобы на улицах города можно было спокойно передвигаться и даже читать. День и ночь здесь длятся не по двенадцать часов. Когда потолочные обитатели переваривают свою добычу, они гаснут, и для жителей начинается пяти-шестичасовая ночь, остальное время постоянно светло. Чтобы не было сбоев в биоритмах людей, Архимед придумал подкармливать комаров в определённое время, чтобы вызвать их затухание. И поэтому, чтобы выключать уличное освещение, жителям приходится кормить своих светящихся соседей. Это сложный процесс. Но ради того, чтобы местная жизнь была похожа на нормальный мир, многие были готовы трудиться круглый год. Для них было жизненно важно знать, что они живые, что они нормальные, а не заживо похороненные.
Есть в этом городе и другие отличия от надземного мира. Почти в каждой семье есть свой murcielago – летучая мышь, домашний питомец, который живёт бок о бок с людьми. Особенно их любят дети, которых тут достаточно. Murcielago поначалу вызвали страх у первых строителей, но потом они поняли, что крылатые чудища на самом деле безобидные и легко подаются дрессировке и обучению. Летучие мыши играют роль сторожевых собак, почтовых голубей и делают ещё много всяких полезных дел. Есть даже мыши вампиры-лекари, которые пьют человеческую кровь, очищая её от радиации и токсинов. Реторн не очень любил их. Всё-таки он вырос на поверхности, и с рождения в нём была неприязнь к летучим мышам. Правда живя столько времени под землёй, он понемногу привык к этим странным существам, и даже иногда играл с ними, бросая им кожаный мяч, чтобы они ловили его на лету. В целом людям здесь жилось хорошо. Здесь было достаточно еды и воды, была защита от радиации и ужасов поверхности. И в этом городе можно даже было быть счастливым.
Реторн дошёл до окраины пещеры, где у самого выхода в дальний тоннель стоял его дом. Ему нравилось его расположение. Он был рядом с центром, но на окраине. Был рядом с дальними туннелями, но также был близок к верхним туннелям, которые вели на поверхность. Сюда он мог попасть незамеченным и безопасно передвигаться по территории. Дом был больше похож на сарай из жестяных листов, обтянутых брезентом. Его это не смущало. Реторн зашёл внутрь. Внутри было достаточно просторно. Он прошёл по первому широкому коридору, в котором стояла плита и печь. Пройдя коридор, он подошёл к комнате. На двери висел замок. Эта дверь была единственной прочной частью его дома. Она была сделана из остатков разобранной бронемашины. Реторна не особо заботила безопасность своей жизни. Но у него было много ценных вещей, которые жалко было отдать на растерзание вандалам. Он снял замок, прошёл в комнату и зажёг лампу. По стенам побежали тени. Во мраке проступили предметы, как будто оживая при встрече своего хозяина. Обстановка была спартанская. Ничего лишнего. Отдельное место занимали только шкафы с артефактами, различные находки и трофеи – частички прошлого. Они ещё могли послужить людям или просто вызвать у них чувство радости и ностальгии. Реторн сохранял такие вещи. Возможно он наивно полагал, что когда-нибудь они пригодятся. По крайней мере, его задачей было их сохранение. В старом шкафу из фанеры он отыскал новую одежду и броню. Его обмундирование было порвано и повреждено, особенно в зоне раненого плеча. Реторн начал переодеваться, отрывая куски ткани от запёкшейся на теле крови. Привычная процедура. Сменив костюм, Реторн открыл шкаф с оружием и сложил туда весь свой арсенал. В этом шкафу была большая коллекция оружия от ножей до лазеров. Реторн не очень любил применять её на деле. Всё зависело от ситуации. Больше полагаясь на собственное тело, он каждый день тренировался на заднем дворе, чтобы быть в форме. Иначе он бы не протянул так долго в своих путешествиях.
Закончив с оружием, он сел на кресло и затушил лампу. Мрак окутал его с головой. Всё пропало. Только его разум факелами мыслей освещал окружающий мир, высвечивая отдельные образы из памяти: памятник, твари-мутанты, мальчика на холме. Кто же он всё-таки был такой? И почему он казался Реторну таким знакомым? Может ему просто почудилось? Не мог же он выжить там один? Всякое бывает, но это уже идёт в разрез со всеми законами этого мира. Реторна посетила мысль о том, что он мог бы вернуться туда и всё проверить, но он сразу отогнал её, резкая боль в плече прервала его поток сознания. Реторн ощутил, что он голоден. Нужно было восстановить силы. Он встал и, ловко пробираясь в темноте через комнату, вышел на улицу.
Реторн решил зайти в местный трактир. Он направился к главной площади. Голова ещё немного кружилась, но он знал, что это пройдёт. Ему оставалось только перейти через мост. Когда он прошёл половину пути, его догнала девочка лет восьми. Она была одета в яркое платье, волочила что-то в руках и припрыгивала через каждые несколько шагов. Смеясь, она стала дёргать его за рукав, буквально вешаясь на нём. Собиратель не мог сдержать улыбку. Он, конечно, узнал эту озорную девочку. Это была Элли, прекрасная Элли с трагичной судьбой. Маму свою она не помнила, а отец её погиб совсем недавно. Он был другом Реторна. Его убили в драке с бандой Рико. Хотя в тот день целью был Реторн. Он тогда смог выжить только голыми руками убив нападавших. Он не любил вспоминать этот момент. Но он упорно всплывал в памяти, оставляя огромное чувство вины и беспомощности. Элли тяжело перенесла утрату, но в этой маленькой девочке было много сил. Она стала воспринимать мир таким, какой он есть. Стала взрослеть, не утратив, конечно, детской наивности, веры в чудо и детские увлечения. И спустя год после трагедии Реторн так привязался к Элли, что она стала для него самым близким человеком. Он помогал ей, как только мог. Она жила у своей тёти, но часто приходила в гости к Реторну. Самым главным подарком для неё были игрушки, которые собиратель специально для неё отыскивал в походах. Вот и сейчас Реторн кое-что приготовил для неё.
– Привет, человек с луны. Я так рада, что ты вернулся! – Элли была всегда рада этому моменту и всегда придумывала своему другу прозвища.
– Привет, Элли. Я тоже рад тебя видеть. А ты подросла. Скоро тебе, наверно, не нужны будут игрушки? – Элли висела на Реторне как обезьянка, глаза её тепло смотрели на него.
– Не, такого не будет. Мне всегда будут нравиться игрушки. Когда-нибудь я соберу все игрушки мира или построю игрушечный завод, чтобы у всех детей были игрушки. Как твой поход? Тебя не было так долго! Я волновалась.
– Всё прошло хорошо. Я нашёл то, что искал и про тебя не забыл.
С этими словами Реторн достал из-под куртки игрушечного разноцветного пони с золотой гривой и вручил Элли. Её глаза загорелись от счастья. Схватив своими ручками подарок, она крепко обняла Реторна.
– Ух ты, спасибо. Это теперь моя любимая игрушка. Я побегу покажу тёте, а ты приходи в гости вечером. Я приготовлю чай.
С этими словами она резво побежала обратно на другой берег озера. И только Реторн собрался попрощаться, как её силуэт уже скрылся за домами.
Ему стало лучше, голова просветлела. Он любил помогать людям, он не мог по-другому. Слишком мало осталось людей, которые могут принести пользу. Почти все, кто выжил в годы войны, решили жить только для себя и часто за счёт интересов и даже жизней других. На безответную помощь мало кто остался способен, а к этому у Реторна был талант. Он продолжил свой путь в раздумьях, и вот впереди уже показались деревянные двери трактира. У этого заведения когда-то было название, но сейчас его уже никто не вспомнит. Реторн привычным жестом открыл раздвижную дверь.
Внутри было темно и пахло плесенью. У дальней стены громоздилась барная стойка, сделанная из огромного куска гранита. Бармен слегка кивнул вошедшему посетителю и начал неторопливо собирать заказ. Реторн всегда заказывал одно и то же. По углам большого зала были огорожены всяким хламом места с протёртыми диванами, где сидело несколько редких посетителей. На стенах висели старые выцветшие рекламные плакаты, призывающие купить уже несуществующие товары, а под потолком висели чучела уже несуществующих животных. В самом дальнем углу была комнатка, сплошь заваленная подушками, на которых восседал старик с азиатской внешностью. Реторн сразу заметил его. Он как будто сошёл со старой гравюры. Одетый в кимоно с традиционной японской причёской самурая, он представлял собой такое спокойствие и достоинство, как будто был гранитной скульптурой, а не живым человеком. Правда были некоторые штрихи, которые придавали ему реальность. Всё его тело было в шрамах, спина была искривлена, не преуменьшая, однако, его гордый вид. Волосы были седыми, борода редкой, но главной выразительной чертой были его глаза – абсолютно белые, как будто зрачки просто стёрли.
Про этого удивительного человека ходило много слухов. Его называли Дзиро. Основной легендой была история, что он много лет был воином, участвовал во многих конфликтах. Использовал только холодное оружие. Отличался кровожадностью и безупречно смертоносной техникой боя. В одном из таких сражений он попал под ядерный артобстрел и чудом выжил, потеряв зрение. Но после этого, как говорят, он открыл в себе дар внутреннего зрения. Многие не верили, но слишком много было неоспоримых фактов. После потери зрения он ещё несколько лет сражался наравне с обычными бойцами, даже во многом превосходя их, особенно в ночных рейдах. После войны он отошёл от дел и неожиданно появился в Камае. Здесь его никто не знал. Но торговцы и проходящие мимо солдаты и собиратели знали его историю и пересказывали каждый на свой лад. Но не его история была в нём самым удивительным. После того как этот стареющий слепой воин поселился здесь, он стал предсказывать судьбы людей. Сначала все смеялись, но после нескольких удачных прогнозов к нему повалил народ со всех уголков города. Не желая такого внимания, предсказатель перестал использовать свой дар. А если кто-то пытался надавить, доставал свой самурайский меч и вопросов уже не возникало. Помогал теперь он редко, больше по собственной воле. Предвидел тяжёлые болезни, обвалы в шахтах и другие подобные вещи. Реторн никогда не просил его совета, но всегда, с тех пор как японец обосновался в этом трактире, подсаживался к нему просто поговорить, не ожидая какого-то откровения. Наверно поэтому его собеседник охотно общался с ним.
– Позволите, я присяду?
– Конечно, составь мне компанию. Как твоё плечо?
– Как вы узнали?
– Ты можешь не видеть солнце, но ты чувствуешь его тепло.
– Да. Опять ваш дар? Мудрые слова. А плечо почти зажило.