Иксанов отпускает ее.
Елена. И только попробуй сорвать спектакль! Только попробуй!
Елена уходит. Иксанов нервно ходит взад и вперед.
Иксанов. Да уж. Похоже, дочка была права по поводу Елены. Она явно готовит мне сюрприз. Да и у Анны есть на меня зуб. Не верит она, что я не буду держаться за этот чертов штамп в паспорте.
Входят Максим и Шурко. Шурко немедленно лезет обниматься к Иксанову.
Шурко. Спаситель!
Иксанов. Да будет вам. Максим, сходите, успокойте Елену. А мне нужно сказать пару слов Ивану Ивановичу.
Максим. Конечно.
Иксанов. Вас же Иван Иванычем зовут? Или имя вы тоже поменяли?
Шурко. В каком смысле?
Иксанов. Сколько вам Аня заплатила?
Шурко. Так вы все знаете?
Иксанов. Да, я все знаю.
Шурко. Две тысячи долларов.
Иксанов. Аня изобрела новую величину – единица подлости. Эквивалентна двум тысячам долларов. Она вам переплатила. Я бы сыграл эту роль за полторы.
Шурко. (думает) Нет. Не сыграл бы.
Иксанов. Почему?
Шурко. Шибко умный.
Иксанов. А вы все еще в роли?
Шурко. Я ее на всякий случай не снимаю даже когда спать ложусь. Вдруг понадобится.
Иксанов. Это правильно. Все, я вас больше не задерживаю. Ступайте к супруге, а мне остается лишь порадоваться воссоединению семьи.
Шурко. Вот что. Я тебя предупредить хочу. Там Ирка чего-то против тебя замышляет.
Иксанов. Только ее не хватало! А ей-то я чем насолил?
Шурко. Это уж я не знаю. Вроде бы она не хочет, чтобы ейная мамаша опять с тобой сошлась.
Иксанов. Она может быть спокойна. Вероятность этого крайне мала.
Шурко. Ну уж это я не знаю, как, а только ты поостерегись. Девка боевая, как раз наделает глупостей.
Иксанов. Знаете, что, Шурко? А вы мне нравитесь. Не знаю, что у вас там внутри, а вот это – хороший образ. Такой цельный, законченный. Вот что я придумал. Давайте напьемся!
Шурко. Не, мне нельзя. Я только что из ментовки…
Иксанов. А что, без ментовки вы пить не можете? Давайте, доставайте вашу фляжку, глотнем грамм по двести и все, дальше – хоть трава не расти. Пусть наши женщины делают, что хотят.
Шурко. Тебе нельзя. У тебя же спектакль.
Иксанов. Черт с ним. Давай, где твоя фляжка?
Шурко. В милиции отняли.
Иксанов. Чтоб их разорвало! Ну что за народ? Ничего святого!
Шурко. Это точно. Ладно. Анатольич, ты не обижайся, а я побегу. Лена там, наверное, уже икру мечет из-за того, что я пропал. Давай, удачи тебе. Ни пуха.
(убегает)
Иксанов. К черту, к черту.
Входит Максим.
Максим. Роберт Анатольевич, у меня радость!
Иксанов. Нашли в вытрезвителе еще одного спонсора?
Максим. Да нет. Только – тсс! Это секрет! Анна Сергеевна согласилась наконец выйти за меня замуж!
Иксанов. (в сторону) Больной. (громко) я очень рад за вас!
Максим. Вы понимаете, я не очень афишировал наши отношения, потому что, ну, вы понимаете, у нас небольшая разница в возрасте.
Иксанов. Я бы сказал, большая.
Максим. Неважно. Я давно предлагал Анна Сергеевне руку и сердце, но она вся медлила, вероятно, не верила в мои чувства.
Иксанов. Я бы тоже не поверил.
Максим. И наконец – твердыня пала. Она сказала, что она разрушила препятствие, которое нас разделяет.
Иксанов. Пока еще не разрушила.
Максим. Вы о чем?
Иксанов. Не обращайте внимания, продолжайте щебетать, несчастный счастливчик. Кстати, мы вообще здесь зачем все собрались? Нам не пора начинать спектакль?
Максим смотрит на часы, в ужасе кричит и убегает за сцену.