Путь к спасению: Чухлома

– Разрешите войти? – спросил Сергей Максимович Лиховский.

– Да, конечно, заходите, мы вас уже заждались, – ответил мужчина лет пятидесяти. Он был широкоплечий, а его внешность выдавала в нём военное прошлое.

Это был начальник отдела безопасности биолаборатории Григорий Александрович Смолин. За столом также сидел Андрей Иванович Кравцов, начальник биолаборатории. Ему было около шестидесяти лет, он был седовласый, с карими глазами и носил очки. Телосложение у него было среднее, а рост – около метра девяноста. В кабинете также присутствовали старший медик Надежда Александровна Спиридонова и начальник инженерно-технического отдела Зураб Ахметович Ломидзе.

– Сергей Максимович, давайте сразу приступим к делу! – сказал начальник отдела безопасности Григорий Александрович Смолин. – Как вы знаете, по территории России был нанесён ряд ядерных ударов. В ближайшее время нам предстоит эвакуировать лабораторию в другое место, так как я опасаюсь, что её попытаются захватить выжившие её бывшие выпускники, которых ранее называли "объектами", так же, как и когда-то вас. В связи с засекреченностью многие даже не догадывались, кто эти люди и как они использовались в тёмных целях. Теперь "объекты" могут возглавлять какие-то группировки в этом хаосе, собрать вокруг себя очень подготовленных людей (люди всегда примыкают к более сильным) и начать штурм лаборатории. Нам необходимо быть на шаг впереди них. План состоит в том, чтобы эвакуировать лабораторию в подземный бункер под озером Чухломским. Нам удалось связаться с охраной бункера. Он, конечно, не в таком хорошем состоянии, как наш, но других вариантов нет, охранный персонал ожидает нас там. Однако, чтобы не рисковать личным составом и нашими наработками, было принято решение отправить группу из шести человек, включая вас, Сергей Максимович, для проверки этого бункера, определения его состояния и осмотра местности на возможные засады нашей лаборатории.

– Извините, Григорий Александрович, а что касается вооружения и личного состава? Я могу выбрать всё, что мне нужно для этой работы? – спросил Сергей Максимович.

– Да, конечно! Но в пределах разумного. Сами понимаете, что на данный момент ресурсы у нас ограничены. Финансирование давно урезали, и держались мы на плаву только за счёт частных заказов. Вы можете выбрать личный состав группы и предпочтительное вооружение по вашему усмотрению. Мы будем ждать от вас сигнала о том, что с бункером всё в порядке, и чтобы по дороге не нарвались на засаду. После этого мы начнем эвакуацию. Я думаю, что сил нам хватит одолеть сопротивление, если оно всё-таки возникнет по дороге, но этого не хотелось бы. После того как вы узнаете всё о бункере и убедитесь в его надежности, вам предстоит выполнить еще одно дело. Вам нужно будет найти одного человека. Кто он такой и зачем он нужен – только вы должны знать об этом. Если он попадет в другие руки или уже попал, вам всеми силами нужно будет его вытащить. От него зависит будущее нашей страны. Подробности об этом расскажет Андрей Иванович.

Андрей Иванович положил на стол шесть фотографий. На них был изображен мужчина разного возраста: от совершенно юного до уже зрелого – лет сорока пяти, крепкого телосложения, ростом за метр девяносто, с черными волосами с легкой проседью, худощавым лицом с волевыми скулами и голубыми глазами.

– Вот этого человека вам нужно найти. Мы знаем, что он серьезно ранен и мог попасть в плен, – сказал Андрей Иванович, кладя на стол спутниковый снимок с картой местности, на которой была отмечена область поиска. – Сначала с ним была потеряна геолокация, но после его тяжелого ранения мы всё же смогли геолоцировать его примерное местонахождение. Во время его поиска можете применять все возможные средства устранения противника, так как на данный момент в этом хаосе никто не будет разбираться, что это за группа, пока не начнут образовываться мини-государства. Я думаю, пару недель у нас есть.

Сергей Максимович пододвинул к себе фотографии и карту с отведённым радиусом поиска, начал изучать. Потом поднял глаза и спросил:

– А что известно об ударе и существующем правительстве?

– Предположительно, по нашим данным, наша страна начала сбивать вражеские спутники над своей территорией. В ответ враг нанёс упреждающий ядерный удар по шахтам ядерного базирования и атомным станциям, пытаясь, так сказать, показать свою силу. В ответ, предположительно, был нанесён удар по ряду городов стран НАТО с атомных подводных лодок. Мы все думали, что на этом всё закончится, что страны дали понять друг другу, что готовы на многое. Но ошибались в этом. Через два дня страны блока НАТО нанесли удар с ядерных подводных лодок и передвижных комплексов по стратегически важным объектам и городам нашей страны. О нанесённом ответном ударе по странам НАТО нам ничего не известно. С бортом номер один и вышестоящим руководством связь была потеряна ещё в первые дни. Мы подозреваем, что они успели спуститься в бункер и уйти в режим радиомолчания. На наши запросы ни одно ведомство не отвечает. Возможно, проблема со спутниками или нашим оборудованием, так как нашу лабораторию последнее десятилетие перестали нормально финансировать. Я думаю, что нас пытались закрыть, но до этого, как сами видите, дело не дошло. Теперь мы сами по себе, и все силы мы должны приложить, чтобы как можно больше помочь людям, – закончил Смолин.

– Этот человек на фотографии мне кажется очень знакомым, – начал Лиховский. – А есть фотографии ещё раннего возраста, до шести-семи лет? – спросил он Андрея Ивановича.

Тот, достав из кармана ещё одну фотографию, положил её на стол. На ней был запечатлён мальчик вместе с Андреем Ивановичем и Надеждой Александровной.