– Я хочу увидеть убийцу моего брата.
Магнэлиус похлопал его по плечу и велел идти за ним след в след.
Внутри пещера была абсолютно необычной – прекрасной. Непонятно откуда шел свет кристаллов. Лучами он освещал сверкающие своды стен горы. Эти кристаллы[12 - Кристаллы магов – это доработанные ловцы из Ревона. Маги с помощью чар умудрялись манипулировать светом. И если ловцы Асхората светили словно светильники – равномерно. То эти же источали яркие сольямные лучи и освещали пещеру десятками зайчиков.] не были похожи на ловцов света из Ревонского царства – они озарялись лучами. Стены блестели так, словно трилиады самоцветных крупинок устилали камень, словно искристый иней под лучами сольяма – будто их специально напылили сверху. Магнэлиус рассказал, что эти камни стали блестеть от тысяч произнесенных заклинаний в пещере за долгие годы существования ордена. Всего орден просуществовал около ста лет[13 - Орден Трех Сольямов – просуществовал сто лет, пока последний из Круга Восьмерых не умер. Орден был создан 5 столетий назад, где-то в 6-мом веке III эры Меча.], пока группа его создателей была жива. Но после смерти последнего псиланта, он опустел и исчез со страниц истории. Никому за четыре столетия не удавалось отыскать тайный вход.
Дальше стали встречаться подземные ручьи, и даже река с мостом. После моста Корнар обезвредил и обошел вместе с дгардом десятка два ловушек. Периодически – то вспыхивало изнеоткуда пламя, то ударяла молния, то налетал ветер, то разверзалась земля. Но через меру пути (72 минуты) путники достигли большого зала, где стены сверкали пуще прежнего. Вокруг все казалось нетронутым – будто орден не пустовал, а продолжал жить. Вот только куда подевались хозяева? На столах веками лежала свежеприготовленная на вид еда и даже не собиралась портиться. Из зажаренного хрюна шел пар, словно его только что сняли с вертела. Весь стол заполняли яства и кушанья на любой вкус.
Корнар тут же набросился на еду и следующие полмеры времени (36 минут) не отрываясь, ел. Волчонок лишь надкусил взятое со стола большое красное яблоко. Тут же в голове послышался шум, дгарда слегка пошатнуло – прямо как после кувшина вина.
– Осторожнее с ними! Не налегай особо. Ты не в Асхорате у себя, а в гостях, – упрекнул Магнэлиус, но тут же улыбнулся и затараторил: – Эти яблочки мое личное изобретение. В свое время я угощал им девиц и затаскивал прямо в койку. Немного колдовства да виноградного сока превращают эти наливные фрукты в пьянящую бомбу[14 - Бомба – в Пределе так называли все, что имело сильнейший эффект, начиная от взрывчатых соединений и заканчивая хмельными яблочками.]. – Дарэт с сознанием Корнара потер руки и слегка захихикал. – Ладно, достаточно чревоугодия, – сказал маг и откусил такое же яблоко. Его лицо слегка покраснело – Магнэлиуса пробрало. Он быстро зашагал в соседний зал. Там в окружении десятков столов с непонятными изобретениями, шкафов с книгами и разбросанных свитков на пьедестале стояло зеркало. На серебряной резной ножке в локоть высотой оно величественно возвышалось среди окружающего «мусора». Оправа зеркала из ножки переходила в овал размером с приличный арбуз. Судя по всему, оно было тяжелым. Оправу обрамляли восемь изогнутых лучей символизирующие принадлежность к ордену. Глаза Арканданта тут же заблестели.
– Вот оно, – прошептал он. – Ну наконец-то!
– Не спеши Белесый: сначала я проверю его и настрою, – остудил его пыл маг.
Корнар по-хозяйски схватил зеркало с пьедестала, прокричал «Хуррум!» (Отмена!) и обезвредил защитные чары. Посмотрев прямо в него, он ласково погладил оправу.
– Показывай, – нежно попросил маг.
В отражении плавно появился лик Дарэта, но без светящихся колечек глаз.
– Что происходит? – спросило изображение Ветродува.
– Ну здравствуй Мышонок! Впервые мы можем поговорить по душам после Забытой пещеры в убежище, – все так же доброжелательно молвил Корнар. – Позволь представиться еще раз: великий Корнар Магнэлиус брат ордена псилантов Трех Сольямлов и член Круга Восьмерых. Мы делим одно тело на двоих и вынуждены жить вместе.
– Я… я все видел. Почему я не потерял сознание? – удивленно вопрошал Дарэт.
– Потому что в этот раз так захотел я, – уже надменно говорил старик. – Раньше я усыплял тебя, да и сам был слаб, так что часто погружался в сон. Кое-что я видел: например битву за Рух и еще пару моментов, но в основном я спал. Временами ты слышал мой шепот – это я шептал тебе из глубин подсознания, когда пробуждался. Я связал свою силу с тобой и когда ты выплескивал ее, то отвлекал меня ото сна и делал сильнее. Такое заклятие я наложил на твое тело в пещере… ты уж прости Мышонок, но я серьезно жажду узреть вторую войну с агнийцами и поучаствовать в ней. Первую я к сожаленью не застал, ибо рожден был гораздо позднее. Но эту – эту я не упущу.
– Ты солгал мне и обманом поселился в моем теле!!! – закричал Дарэт.
– Великие цели юноша, порою требуют жертв. Да и какое мне дело до твоего мнения. Ты получил силу – вот и радуйся. А я получил второй шанс на жизнь.
– Лгун! Лгун и старый обманщик! Как смеешь ты усыплять меня в моем же теле без спроса? Ты подвергаешь меня опасности в важные моменты! – ругался парень.
– Понимаю, понимаю твое отчаяние. Хорошо – обещаю, что отныне никогда не буду усыплять тебя во время своих пробуждений. Смотри только не пожалей.
– Не пожалей? Он еще и условия ставит. Ладно, иногда твоя сила и вправду нужна, особенно на войне против Кристарха и его полчищ, но однажды я тебя выселю. Почему ты не впустил меня в тело после эфирного полета, когда я был в Асхорате?
– Мы воюем не против Кристарха, Мышонок – мы воюем против восставшего и непокорного фархада Моркогдона – истинного прародителя агнийцев и безобразного дьявола. Когда он явиться на землю Предела, весь мир содрогнется в страхе. А то, что я не впустил тебя, так это просто проверял силу твоего намеренья, и сказать по правде ты меня впечатлил. Твоя собственная сила тоже растет. Но до Кристарха еще далеко.
– Это мы еще посмотрим. Меня звал сюда анг. Он сказал, что я должен придти в пещеру. А еще он называл меня Азаром.
– Азаром? Вправду? Хм, как интересно и странно. Думаю, мои братья по ордену помогут тебе, но, а пока, пусть Волчонок узнает тайну всей жизни благодаря зеркалу.
– Постой, – перебил его Дарэт. – Ты обещал мне больше не усыплять меня… а как же ты? Что будет с тобой?
– К сожалению, мне иногда придется спать и набираться сил. Не так уж просто мертвой душе оставаться в Реальном мире. Но я периодически буду пробуждаться. В такие моменты ты будешь становиться одним из самых могучих магов Предела. Помни – вместе мы сила! Ты не должен противиться мне. Я может и слабей Моркогдона, и соответственно Кристарха, но сильнее меня ты не встретишь никого другого. Так что смирись.
– Постараюсь… старик! – теперь уже Дарэт произнес надменно.
– Старик? Попридержали бы вы язык юноша!
– А что с Кимом? Он стал магом огня? Или как я, колдуном без ограничений?
– Те, кто уже был магом до сделки с Моркогдоном, владеют любой магией и после нее – только становятся сильнее. А те, кто изначально дара не имел, могут использовать только магию огня, основанную на сути владыки Иссфера и разрушений.
– Хоть это радует! – вздохнул в зеркале Дарэт, от чего его поверхность слегка запотела. Корнар протер ее рукавом и, теряя интерес, добавил:
– Я бы не стал радоваться, пока есть Кристарх. Он был магом до сделки, и Моркогдон только усилил его могущество. Кристарх – маг высшего уровня, но мы убьем его.
– Обязательно старик! – улыбнулся Ветродув.
– Старик? Ах гончарный круг в дребезги! У тебя нет манер Мышонок. Я ухожу!
Кольца света вокруг зрачков угасли и Ветродув смог очнуться в своем теле. Он едва не выронил зеркало. Теперь в отражении был спящий старик в фиолетовой мантии – это был маг. На его лбу поблескивала красная татуировка ордена.
– Волчонок! Как ты? – поставив на место зеркало, поинтересовался Дарэт.
– Я опустошен, но думаю, справлюсь. Ким почти убил меня. Поверить не могу. Я знал, что он недолюбливает меня, но чтобы до такой степени.
– Ким перешел на сторону врага и за это жестоко поплатится, – сурово погрозил генерал. – Он ответит лично передо мной за свое предательство. Как ты спасся?
– Меня уберег сам Анд, иначе это назвать нельзя. Когда я полетел вниз, то откуда-то взялся змий. Он сидел в пещере пониже и, увидев мое падение, бросился прямо на меня. Его челюсти сомкнулись на моем теле, но не смогли сильно прокусить одежду. Благо, воздушные змии малы, чтобы удержать взрослого росканда в полете. Вот так вот мы и падали вниз. Я вонзил в него нож, но видимо не задел важных органов. Бестия лишь зашипела и обдала меня холодом. Падая, змий немного удерживал меня, изо всех сил размахивая крыльями. Нас сдувало на северо-восток вокруг горы к Гонте. Вместе мы рухнули в реку и там уже продолжили борьбу. Ледяная вода едва не погубила меня разящей судорогой, но я убил «спасителя» раньше, чем стал беспомощным. Во время полета моя керча куда-то упала – я остался без главного оружия. Думаю взамен подыскать себе какую-нибудь булаву. Вот так благодаря змию я замедлил падение и смог спастись.
– Просто невероятно! Потрясающе!!! Воистину сам Анд спас тебя. Теперь понятно, почему я не увидел твоего тела. Змий унес тебя на восток.
– Дарэт, – серьезно оборвал его Волчонок. – Мне нужно взглянуть в зеркало.
– Да, да конечно! Ты ведь давно искал его. А ты уверен, что хочешь? Столько времени прошло.
– Я дал клятву брату что отомщу и отомщу любой ценой. Дарэт, ты стал мне настоящим другом и я не хочу скрывать от тебя правды. Убийцей моего брата был ликвидатор…
На время в воздухе повисло молчание. Серьезное лицо Ветродува побледнело. Он буквально сверлил товарища взглядом. Заявление было очень серьезным.
– С чего ты взял?
– Бэйас сказал мне об этом перед смертью. Он описал форму нападавших – и это была форма Серого Шороха.
– Да мало ли у кого такая форма! Любой бандит может напялить серый балахон и щеголять в нем по своим темным делам. Что ликвидаторы могли забыть в Асхорате?
– Он видел гравировку на поясе: руки, тянущиеся к сольяму. Это, несомненно, был ликвидатор. Я не стал говорить тебе до поры, но и молчать тоже не хочу. Моего родного брата прикончил наш брат. Когда я потерял память возле этого места, то меня подобрали ликвидаторы. Они и привели меня в орден. Разве это не совпадение. Сам Анд навел меня на них, чтобы справедливость восторжествовала, – эмоционально рассуждал дгард.
– Убийство брата по ордену карается смертной казнью. Ты точно уверен, что хочешь знать? Назад пути не будет, – настороженно предупреждал генерал.
– Да брат… я уверен! – с твердостью и решительностью в голосе ответил Волчонок. – У меня нет иного выхода, ибо я поклялся Андом. Проклятие ляжет на меня… К тому же после того как Корнар вернул мне память я не раз размышлял: ведь судьба привела меня в орден ликвидаторов не напрасно. Творец вел меня, чтобы найти убийцу…
– Ну раз решил то смотри – я не стану тебе мешать, – перебил Ветродув. – И да Волчонок… – Дарэт слегка замялся, но потом нашелся и все-таки сказал: – Это моя вина, что ты чуть не погиб. Не окликни я тебя, Ким бы не смог воспользоваться моментом.