Книга 2. «Фаргус и Язык Колоколов»

Парень Фаргус работал звонарём при храме, которого давно нет на картах. Колокола звенели сами — всегда в три часа ночи, всегда по одному и тому же ритму. Он думал, это ветер. Пока не разобрал слова. Каждый удар складывался в имя — и каждый названный приходил к храму с восходом, уже не совсем живой, но ещё не мёртвый. Фаргус молчал бы, но язык колоколов заразен: кто слышит, тот начинает звенеть. И когда в тёмном дворе запрокинул голову и застыл Даффи Толстяк, Фаргус понял — времени на молчание больше нет.