Рынок с запахом творога,
шум торговых рядов.
И букеты недорого
из промёрзших цветов.
Утонуть в неизвестности,
жить как в старом кино —
идеальнее местности
я не видел давно.
«Где нет меня, сутулый старый дом…»
Где нет меня, сутулый старый дом,
бурьяном съеден палисад, и в нём
скелет велосипеда.
У ставней разбортированный край,
холодный ветер мучает сарай,
гниёт «Победа».
Сюда приехав, чувствуешь спиной,
как сумерки приходят за тобой,
пусты террасы.
И время здесь стоит на всех часах
и оживает в редких голосах
и звуках трассы.
Сосед с утра бутылку разобьёт
и, выбежав на неокрепший лёд,
истошно крикнет.
Пространство всколыхнётся и замрёт,
ведь тишина здесь не перестаёт —
и слух привыкнет.
«Электронная очередь, что же ты делаешь с ней…»
Электронная очередь, что же ты делаешь с ней,
сероокой, морозной, печальной Россией моей.
Разрушая годами сидевший в печёнках уклад,
равнодушным плевком выдаёт мне талон автомат.
Где теперь познавать этот ворох житейских забот,
от которых душа поперхнётся и вдруг запоёт,
лишь услышишь от рядом стоящего: «Ну, проходи!»
словно гимн возносящего: «Очередь вся позади!»
Не наполнить копилку семейных историй и драм,
где шаги нам теперь отмеряют по номерам.
Кто тут крайний? Мне только спросить!
Но молчанье в ответ.
Я сижу и сжимаю в руке электронный билет.
Таруса
На улицах твоих чуть моросит —
там ящик «Почта» всех перевисит.
Штакетника кривого стройный ряд,
и куры под колёса норовят.
Ползёт змеёй могучая река,
ей яблоко снимают с языка.
Наличники, отличники труда,
всё умиряет тихая вода.
И в самом живописном уголке
отшельница гуляет по реке.
МСК – СПб
МСК —
СПб
Тоска
СВ
Чай
Сон
Туман
Перрон
Вокзал
Переход
Кафе
Бутерброд
Слова
Строка
Нева
Река
Крепость
Залп
Музей
Зал
Рюмочная
Стопочная
Плед
Канал
Спас
На крови
Джаз
Воробьи
Гостиный
Двор
Вокзал
Разговор
Стрела
Резка