Весной сильнее, но держусь.
Фараон.
На стыке незапамятных времён,
О равенстве не может быть и речи,
В Египте правил мудрый фараон,
И вот, решил себя увековечить
Когда помру, лет через пятьдесят,
Пускай меня схоронят в пирамиде,
Ну, а её покуда водрузят,
И непременно с камня, в лучшем виде.
Собрал, кто шарил в стройке, из хохлов,
По четырем колам идёт верёвка,
Сто тыщ солдат, рабочих и рабов,
И с пятницы пошла работа ловко.
Он фараон, и мнений не спросил,
Условия труда, мол, то и это,
Работники же из последних сил
На солнце жарятся с рассвета до рассвета.
Ты целый день копай, таскай ,клади,
И продыху при этом ни минуты,
Тут ,как итог жестокий впереди,
Среди рабочих вспыхивают бунты.
Из всех сторонник самых жёстких мер,
Приходит с этой вестью и с докладом,
Загубят стройку! Молвил офицер :
«Мой повелитель, че-то делать надо!
По плану предложенья таковы,
Не выбрать мне никак, что даже плакал,
Бой плетью, отсеченье головы,
Купанье в кипятке, сажанье на кол.
План номер два – зачинщиков распять,
Скормить гиенам, жопой в муравейник,
Дубовой дверью голову зажать,
Язык при этом вырезав, наверно.
Под ногти иглы, закопать живьем,
Засунуть тараканов в уши,
Замуровать с философом вдвоём,
Пол – месяца рассказы тёщи слушать.
Зуб удалить, толкнуть со скал в пески,
У нас теперь на порт такие виды!
Дать нюхать восьмидневные носки,
Начальника охраны пирамиды.
А если не поможет, то тогда!!!
Постой-ка, братец, я приму на веру,
Не лучше ли на стройке нам создать,
Минуя страх, другую атмосферу.
И в голове царя тогда возник,
Чудесный план простой и гениальный,
Бунт побузил, чуть– чуть и сразу стих,
Строительство продолжилось нормально.