1 2 3 >>

Рассказы буддиста
Алексей Тенчой

Рассказы буддийского монаха. Будь готов изменить свои цели, но никогда не изменяй свои ценности
Алексей Тенчой

Вначале человек жертвует своим здоровьем для того, чтобы заработать деньги. Потом он тратит деньги на восстановление здоровья. При этом он настолько беспокоится о своем будущем, что никогда не наслаждается настоящим. В результате он не живет ни в настоящем, ни в будущем. Он живет так, как будто никогда не умрет, а умирая сожалеет о том, что не жил. Далай-лама XIV

Рассказы буддийского монаха

Будь готов изменить свои цели, но никогда не изменяй свои ценности

Алексей Тенчой

© Алексей Тенчой, 2018

ISBN 978-5-4485-9408-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ПЕРВАЯ ВСТРЕЧА

Всех можно укротить, Укротив лишь свой ум. Всех можно покорить

Покорив лишь свой ум.

Бодхичарьяаватара, 5 глава.

В то утро я проснулся в приподнятом настроении, предвкушая всеми клетками своего шестнадцатилетнего тела встречу с чем-то ранее неизведанным, таинственным, мистическим – с заветным объектом моих мечтаний.

Я представил лица родителей. С них не сходило выражение удивления с тех пор, как три дня назад я, уже студент мединститута, сказал, что решил стать буддийским монахом и для этого нужно поехать в ближайший монастырь.

Тогда был еще жив культ парторгов, первых секретарей райкомов, окружкомов, обкомов и т. п. Для примерных кандидатов в члены компартии, которыми были мои родители, это сообщение было, как ушат холодной воды на голову.

Не могу сказать, что я был глубоко религиозен, или что мне являлись святые образы и предрекали великое будущее спасителя Вселенной. Скорее, я ощущал в себе необъяснимый, подсознательный голод общения со своим духовным мастером.

Я долго искал пути самовыражения в ушу, йоге, аутотренинге и других новомодных системах самосовершенствования. Затем меня озарило, что за богатствами этого мира не надо далеко ходить: они рядом, внутри тебя, в твоей духовности. Эта мысль привлекала своей простотой и была близка к старинному восточному принципу: «Победив врага в себе – избавишься от всех недругов во всем мире.»

И вот мы с моими родителями сели в нашу видавшую лучшие времена старенькую «Ниву» и направились в Агинский дацан. До этого я ни разу не был в дацане и не видел буддийского монаха воочию, и у меня появились опасения, что я могу и не узнать своего будущего учителя. Кто же тогда посвятит меня в святая святых, в таинства устройства мироздания? Кто объяснит истинный космический смысл нашего существования?

Все, что я знал тогда – Агинский дацан находится недалеко от окружного центра и в нем находится недавно избранный глава буддистов СССР – Хамбо-Лама Жимба-Жамсо Эрдынеев. Он пользовался большим авторитетом среди лам за эрудицию и прекрасное знание буддийских обрядов и литературы. Хамбо-Лама Ж-Ж. Эрдынеев участвовал в международных форумах по укреплению дружбы и взаимопонимания, был членом советского Комитета Защиты Мира. По его инициативе буддисты СССР внесли значительные суммы в Советский фонд Мира и Общество Красного Креста. Он был награжден правительственными наградами за заслуги в укреплении мира и дружбы между народами. Это было тем немногим, что я жадно вычитывал из статей, которые смогли пробиться через цензуру. Мне ярко запомнился тот факт, что я ношу ту же фамилию, что и Хамбо-Лама.

Тогда я ещё не был знаком с красотой буддийских храмов, не познал того целебного бальзама, которым становится вера для страждущих душ. Я и подумать не мог, что сначала стану послушником в Агинском дацане, а затем поеду продолжать свое обучение в Монголии, Тибете и Индии.

Как только мы поднялись на вершину перевала, выехав из местности Мухэр-Хунды, нас остановил молоденький милиционер. Вежливо помахивая палочкой, он попросил нас постоять полчаса у обочины. Я был в ужасной досаде: как он не может понять, что мы не просто туристы, что мы выполняем важную миссию, от которой зависит вся моя жизнь?

Причину вынужденной и незапланированной остановки мы узнали у столпившихся водителей. Это оказался визит в Агинский Дацан Кушок Бакула Ринпоче, известного буддийского наставника, в то время занимавшего пост посла Индии в Монголии.

Кушок Бакула Ринпоче – девятнадцатое воплощение Архата Бакулы, одного из первых учеников и последователей Будды. Он родился 19 мая 1917 года, в день рождения и просветления Будды, в семье царей Ладака.

В Ладаке он многие годы провел в созерцании самадхи, освоил многочисленные йогические практики и обрел сиддхи – йогические достижения. После этого, уже как Бодхисаттва, он начал преподавать глубинную сострадательную религию, которая, словно живительный нектар, привлекла массы ладакцев.

Драгоценный Бакула обладает не только огромным духовным авторитетом – он также на протяжении более пятидесяти лет был лидером своего народа. В 1947 году премьер-министр Индии Джавахарлал Неру убедил Драгоценного Бакулу возглавить политическое руководство Ладака и войти в индийский парламент. Будучи хорошо образованным буддийским монахом, Драгоценный воспринял это как обязанность служить на благо своим согражданам.

Под его управлением Ладак достиг заметных успехов. Впервые в истории буддийский монах представлял свой район в парламенте и провел четверть века в роли министра.

Все это я узнал позже. Сейчас, стоя на вершине перевала, я внимал тому, с каким глубоким почтением произносили окружающие имя Бакулы Ринпоче. Я ощутил необычное волнение. Как удивительно, что прославленный мастер посетил наши края именно сегодня! Мое сердце забилось сильнее, и появилось нетерпение поскорее встретиться с великим Ламой. Я был едва знаком со словами «тулку», «ринпоче», «гэгэн», «хутухта», но имя Ринпоче поставило в моей душе печать чего-то очень редкого и очень важного.

По приезде в дацан родители подвели и поставили меня в очередь ожидавших благословения бурят. Многие держали в руках цветы или же синие шарфы-хадаки для подношений. Обычай подносить хадаки я раньше наблюдал на бурятских свадьбах, и поэтому знал, что это знак уважения и почитания. Явившись без подношения, я сложил ладони перед собой в молитвенном жесте и стал ждать. Когда же подошла моя очередь и люди расступились, я наконец увидел Его – моего Ламу!

Взглянув на Бакулу Ринпоче, я застыл от удивления. Я ожидал увидеть чуть ли не ангела с сияющей аурой вокруг головы. Вместо него я разглядел простого на вид смуглого старца. Он был коротко стрижен. На нём была темно-бордовая накидка. Казалось, что это обычный человек, и только его глаза говорили о глубинной мудрости, и в то же время в них было очень много родной отеческой теплоты. Он посмотрел на меня, как сострадательный доктор, который пришел к хронически больному, чувствуя его мучения всем своим сердцем, и принес то единственное лекарство, которое полностью излечит от недуга. Я так и стоял, в растерянности не зная, что делать, словно проглотивший железный лом, пока чьи-то заботливые руки, тронув меня за затылок, не наклонили меня перед Ламой. Согнувшись вперед, я непроизвольно коснулся лбом стола, на котором лежали хадаки, подношения и цветы.

Я оставался в такой смешной позе на какой-то миг, но мне он показался целой вечностью и остался со мной на всю жизнь. Неожиданно я ощутил что-то необыкновенное внутри себя. Хотя мои глаза были обращены вниз, я как бы сверху отчетливо увидел все помещение и всех собравшихся, и то, как Лама благословил меня, коснувшись рукой моей головы. Затем, взяв красную нитку с завязанным на ней узлом, он повесил её мне на шею.

Еще недавно я был ярым материалистом. Я негативно относился к слухам об экстрасенсах и чудотворцах. Если бы за год до этой поездки кто-то сказал бы мне, что я буду преклоняться перед ламами, или что можно глядеть вокруг, не глядя глазами, а чувствуя затылком, я бы рассмеялся в ответ. Я ещё не знал, что в тот миг, когда я склонил голову перед знаниями, носителем которых был Бакула Ринпоче, я начал, уменьшая свое эго, путь к реализации своего высшего предназначения – помощи другим людям, спасения их от страданий этого бренного мира. Я ещё не знал, что на мою долю выпадет счастье стать учеником мастера, что пройдет совсем немного лет, и Бакула Ринпоче передаст мне много тайных устных наставлений.

Пройдут годы, и я с благодарностью и трепетом получу от Бакулы Ринпоче благословения для паломничества по святым местам Тибета и Индии. Еще не раз я совершу перед ним ритуал почитания, прикладывая сложенные руки к макушке головы, затем к межбровью, затем к горлу и к сердцу. Преклоняясь и получая благословения от стоп моего Учителя, я закладываю причину для реализации ушниши (волосы, собранные на макушке специальным образом), тела, речи и ума Будды, понимая, что мои тело, речь и ум еще не совершенны. Только благодаря Учителю, Будде, Учению Будды и общине Будды я смогу достичь реализации моего истинного предназначения – осуществления всеобщей пользы для живых существ, чтобы все они жили в мире без страданий и избавились даже от малейших причин страданий.

НАМО ГУРУБЭ
НАМО БУДДАЯ
НАМО ДХАРМАЯ
НАМО САНГХАЯ

ТЕПЛОЕ ЛЕТО ДЕВЯНОСТО ПЕРВОГО

По мере того как мы развиваем в себе альтруизм, любовь, нежностьи сострадание, мы избавляемся от ненависти, низменных желаний, гордыни.

Далай лама XIV

Случай, о котором я хочу вам рассказать, произошёл в прекрасный солнечный день летом 1991 года. Весь народ Агинского округа собрался в Агинском дацане, по-тибетски называемом Дечен Лхундувлинг, чтобы получить благословение и учение от Его Святейшества Далай-Ламы XIV. Его приезд совпал с празднованием 250-летия буддизма в России.

Тибетский буддизм пришел из Монголии на север к бурятскому населению Забайкалья ещё в начале XVII в. И лишь в 1741 году императрица Елизавета Петровна издала указ, согласно которому в Бурятии признавалось существование буддийской веры и утверждалось 11 дацанов и 150 штатных лам. Эта дата и считается датой официального признания Буддизма в России.

Перед приездом Его Святейшества Далай-Ламы мы, в то время студенты третьего курса Буддийского Института в Монголии, досрочно сдали годовые экзамены и приехали в свой монастырь для помощи в подготовке его визита.

Работы было много: нужно было срочно построить помещение для передачи посвящения Авалокитешвары. Это посвящение было очень важным для нас. Мы сами, наши родные и близкие в большинстве своем были пастухами и земледельцами. Авалокитешвара, божество сострадания, призван смягчать очерствевшие сердца степных пастухов.

Нет, буряты отнюдь не были жестокими и безжалостными – неспроста, переделывая их самоназвание, первые русские поселенцы Восточной Сибири называли бурят «братским народом». Но за последний век им выпало очень много бедствий: Первая Мировая война, культурная революция, коллективизация, раскулачивание, Великая Отечественная война, ссылки и каторги. Все это прошлось словно раскалённым мечом по сердцам простых кочевников.

Под гнетом воинствующего атеизма, провозглашенного большевиками, народ перестал проводить религиозные обряды и служить молебны. В душе миллионов людей на месте столетиями взращиваемых идеалов почтения к жизни, уважения к ближним, преклонения перед духовным подвигом осталась зияющая рана.

Грубый материализм, бывший основой советской идеологии, отрицал непременное наступление воздаяния после совершения преступления или греха, ограничивал человека быстротечным сроком одной жизни. Коммунистическая мораль не могла стать той спасительной нитью, которая исцеляет душевные раны, связывает с высшими силами и не дает человеку стать порочным и праздным себялюбцем-обывателем.

Но это рассказ не об истории бурятского народа и даже не о человеке. Я хочу рассказать всего лишь о козлёнке.

Наш герой-козленок имел счастливую участь родиться в Амитхаше, деревне, прилегающей к Агинскому дацану. Впервые мы познакомились друг с другом, когда его привезли с конских состязаний, специально проведённых по случаю приезда Его Святейшества Далай-Ламы.

– Ты с этого дня полностью отвечаешь за сохранность и благополучие этого козлёнка! Если его загрызут собаки или он потеряется, не сносить тебе головы! – такой суровый наказ дал мне настоятель Агинского Дацана и вручил мне счастливого козлёнка с завязанным вокруг шеи в знак высокого отличия белым шарфом.

Как я узнал потом, на скачках, во время очередного заезда, откуда ни возьмись, к кольцу охраны Его Святейшества ринулся, словно камикадзе, маленький козлёнок. От неожиданности ни сотрудники ФСБ, ни отважные тибетцы личной охраны Его Святейшества не смогли остановить это наглое создание. От кого увернувшись, кого-то опередив в скорости, а у кого и проскочив между ног, он добрался к своей цели – к трону Его Святейшества.

Далай-Лама отвлекся от скачек, удивлённо взглянул на козлёнка и улыбнулся ему, словно давнему знакомому. Затем Его Святейшество наклонился, сорвал красивый полевой цветок из тех, что обильно росли со всех сторон его трона, и подал цветок козлёнку. Тот, нисколько не боясь, подошёл поближе, даже не понюхав, взял цветок губами и преспокойно улёгся у ног Его Святейшества. До самого конца скачек он так и лежал, не съев цветка. Весь его вид говорил об удовольствии, которое он получал, находясь в центре внимания в кольце охранников у подножия трона.

1 2 3 >>