– Они даже не прячутся, – сказал он вслух.
– Прячутся, не беспокойся, – уверенно сказал Рип. – Между ними и «Королевой» есть холмик. Сейчас его отсюда плохо видно, потому что нет солнца. Эх, винтовку бы сюда!
Да, будь у них винтовка с оптическим прицелом, они могли бы снять эти фигурки, хотя расстояние было значительное. Но к сожалению, они располагали только оружием ближнего боя: почти безвредными гипноизлучателями и бластерами, средством мощным, но непригодным на расстоянии свыше ста шагов.
– С тем же успехом ты мог бы пожелать миномет или пушку, – проворчал Дэйн.
Он все глядел в бинокль. Мельком он отметил про себя, что оба флиттера убраны, по-видимому, внутрь «Королевы» – их нигде не было видно. За пять минут Дэйну удалось засечь с полдюжины небольших групп противника, вытянувшихся цепочкой вокруг корабля. Четырем из них были приданы краулеры. Машины эти напоминали стандартные краулеры торговцев, но были у?же и длиннее – словно специально приспособленные для передвижения по извилистым лощинам и тесным ущельям.
– Кстати, о пушках… – напряженным голосом произнес Рип. – Что это там такое… вон там, к западу?..
– Где? – быстро спросил Дэйн, послушно наводя бинокль на запад.
– Видишь скалу, похожую на голову нашего хубата?.. Слева от нее.
Дэйн принялся искать скалу, которая напоминала бы капитанова любимца. Нашел. Ага… А теперь левее… Вот оно! Толстый задранный ствол… Да, они установили там миномет и держат «Королеву» под прицелом, готовые в любую секунду усыпать грунт под ее стабилизаторами градом смертоносных яйцевидных снарядов. Правда, задраенному кораблю снаряды не страшны, но если это будут газовые мины и если на «Королеве» приоткроют люки, чтобы отстреливаться… Да, с минометом шутки плохи…
– Господи! – сказал он. – Эта Лимбо – настоящее змеиное гнездо!
– Вот именно, – сказал Рип. – И мы это гнездо основательно растревожили… Но почему «Королева» не взлетает? Они могли бы сесть где угодно, а потом подобрать нас. Что они там прилипли?!
– А вам не кажется, – сказал Мура, – что странное поведение «Королевы» как-то связано с нашими находками? Что, если «Королева» попробует подняться, ей конец?
– Я не инженер, – сказал Дэйн, – но я не вижу, из чего они могли бы сбить «Королеву». Для этого понадобилось бы что-нибудь помощнее миномета…
– Разве вы видели следы снарядов на корпусе «Римболда»? – спросил Мура. – «Римболд» просто рухнул с большой высоты. Будто его притянула какая-то сила, которой он не мог сопротивляться. Возможно, те, кто залег там, владеют секретом этой силы. Но это означало бы, что они господствуют не только на поверхности этой планеты, но и в ее небесах…
– И вы думаете, эта установка?.. – спросил Рип.
– Кто знает, – спокойно произнес стюард. – Очень возможно. – Он продолжал рассматривать в бинокль «Королеву» и все вокруг. – Я не прочь после захода солнца спуститься на пустошь и немножко там пошарить. Неплохо было бы обстоятельно и без помех побеседовать с кем-нибудь из них…
Мура, как всегда, говорил очень мягко и негромко, но Дэйн понял, что человека, с которым Мура намерен беседовать, ждет незавидная доля.
– Гм… – сказал Рип. – А ведь это можно устроить. И еще можно добраться до «Королевы» и узнать у них, что происходит…
– Может, попробуем связаться с ними сейчас по радио? – предложил Дэйн. – Расстояние небольшое, слышно будет хорошо…
– Ты видишь шлемы у этих типов? – сказал Рип. – Так вот, ставлю все свое жалованье, что они сидят на нашей частоте. Стоит нам заговорить, и они нас тут же запеленгуют. А местность они знают гораздо лучше нас. Тебе что – захотелось поиграть с ними в прятки в темноте?
Нет, этого Дэйну решительно не хотелось. Но расстаться с мыслью о радио было очень трудно. Ведь это так просто – вызвать капитана и поговорить с ним… И тогда не надо было бы всю ночь ползать по пустоши, рискуя жизнью. Но еще в Школе им много раз говорили: в нашем деле нет простых и коротких путей, ваше благосостояние, целость вашего корабля и самой вашей шкуры будет зависеть прежде всего и при любых обстоятельствах от вашей сообразительности, от вашего умения мгновенно принимать решения в минуту опасности. Сейчас именно такая минута – на кон поставлен его корабль и его шкура.
– По крайней мере, мы теперь точно знаем, – сказал Рип, – что против нас не только доктор со своей отборной троицей.
– Да, – согласился Мура, не отрываясь от бинокля. – Противник явно превосходит нас числом. Здесь их человек пятнадцать…
– И наверное, это еще не все, – сказал Рип. – Но кто же они такие, черт бы их побрал?..
– Там что-то готовится, – прервал его Мура. Он весь подался вперед.
Дэйн торопливо поднял бинокль. Стюард был прав. Один из осаждавших, не скрываясь, смело шел к «Королеве» и размахивал белой тряпкой – древним знаком перемирия.
Минуту или две казалось, что «Королева» не собирается вступать в переговоры. Но потом верхний люк откинулся, и в проеме появился капитан Джелико.
Человек с белым флагом остановился в нерешительности. Сумерки уже сгустились, видно было плохо, но зато с неожиданной отчетливостью в наушниках зазвучал голоса. Рип был прав – эти гангстеры действительно сидели на корабельной частоте.
– Ну что, капитан, образумились?
– Это все, зачем вы пришли? – Скрипучий голос капитана нельзя было спутать ни с каким другим. – Я объявил вам свое решение еще вчера.
– Вы здесь будете сидеть, пока не сдохнете с голоду, капитан. А если попробуете взлететь…
– Нам не взлететь, а вам не войти!
– Воистину так, – заметил Мура. – С их средствами ворваться в корабль невозможно, а взрывать его – бессмысленно.
– Вы думаете, им нужен именно корабль? – спросил Дэйн.
Рип фыркнул:
– Это же ясно. Они не дают ему подняться, хотят заполучить целеньким. Держу пари, что Рич затащил нас сюда только для того, чтобы завладеть «Королевой».
Между тем переговоры продолжались.
– Не забывайте о продовольствии, капитан, – мурлыкал в наушниках голос гангстера. – Мы можем сидеть здесь хоть полгода, если понадобится. А вы – нет. Не будьте ребенком. Мы предложили вам честную сделку. Вы же сидите в галоше. Всю наличность вы угрохали на аукционе. Что же, мы предлагаем вам нечто лучшее, чем эти ваши торговые права. И будьте уверены, мы своего добьемся, терпения у нас хватит…
Может быть, у парламентера и хватило бы терпения, но у какого-то из его дружков терпение уже истощилось. Блеснула вспышка винтовочного выстрела, и капитан Джелико исчез – то ли упал, то ли отпрянул вглубь шлюза. Люк захлопнулся.
Наблюдатели на скале замерли. Парламентер явно растерялся – очевидно, он никак не ожидал такого подвоха от своих подручных. Потом он отшвырнул предательский белый флаг и бросился за ближайший камень, а оттуда ползком и перебежками вернулся на свое место.
– Кому-то там не хватило терпения, – заметил Мура. – Переусердствовал. Плохо ему придется. Уничтожил последнюю надежду на возможные переговоры.
– Как вы думаете, капитана не ранило? – спросил Дэйн.
– Э, старик знает все эти фокусы, – беспечно отозвался Рип. – Его не проведешь… Но теперь он лучше помрет с голоду, чем сдаст корабль. Такими штучками наших не запугаешь.
Мура опустил наконец бинокль.
– Ну а тем временем, – сказал он, – нам надо провернуть наше дельце. В темноте можно, конечно, добраться до корабля, но как в него попасть? Вряд ли нам ночью спустят трап по первой же просьбе. Особенно после этого выстрела.
«Да, проскользнуть мимо часовых противника и добраться до корабля было бы нетрудно, – подумал Дэйн, глядя в бинокль. – Укрытых и скрытых подступов достаточно. И потом, гангстеры, вероятно, даже и не подозревают, что мы находимся у них за спиной. Все их внимание сосредоточено на „Королеве“. Но Мура прав – трап нам не спустят…»
– Надо подумать… – пробормотал Мура. – Надо хорошенько подумать…
– Слушайте, а ведь мы здесь находимся как раз на уровне рубки управления, – сказал вдруг Рип. – Нельзя ли придумать какой-нибудь сигнал?.. Предупредить их, что мы посылаем человека?..
Дэйн был готов идти к кораблю. Он прищурился, соединяя воображаемой линией верхушку их скалы с носом корабля.
– Надо спешить, – заметил Мура. – Ночь надвигается быстро…