Темные пятна перед глазами всё ширились и почти заволокли душный жаркий мир, когда Егорыча хлопнула по лбу крупная ледяная капля, приводя в чувство. Еще и еще. Пятна отступили.
За воротами односельчане бежали по кривой улочке, накрыв головы кто чем мог.
Редкие капли обернулись ливнем, а еще через несколько мгновений по пыльной дороге, еще сочной листве и железным крышам забарабанил град.
ЖанПална припустила с места, впервые за несколько месяцев не ощущая ни тяжести ни одышки.
Калитка Ведьминого дома закрылась сама собой, будто ее довела до щелчка невидимая рука. На участке по-прежнему светило солнце. В опоясывающей дом луже гордо рассекал круги, как шар пломбира в кондитерском корытце, упитанный белый гусь.
Глава 1. Дорога домой
До отправления поезда оставалось не больше пяти минут.
Валя то и дело бросала тревожные взгляды через застекленное окно здания вокзала на платформу. От усталости или просто от того, что она застыла в самой темной точке зала, ее глаза казались черными. Подчеркнутыми синевой бессонных ночей на болезненно-бледном лице юной девушки.
Солнце слепило. Покидать полупустое прохладное, напоминающее склеп помещение, не хотелось. Валя бы предпочла остаться здесь и тупо пялиться в гипнотизирующие огоньки электронного расписания электричек. Она бы даже согласилась свернуться калачиком на железных креслах в зале ожидания, испещренных сотнями дырочек – как будто их расстреляли. Под слепым взглядом гигантского гипсового бюста то ли писателя то ли полководца, зачем-то установленного в центре зала.
Но опоздать было нельзя: единственная электричка на “Каменные пруды” отбывала в двенадцать ноль пять. И до завтра другой не будет. А возвращаться в квартиру опасно.
Два мужика бандитского вида терлись у выхода на нужный Вале путь. Коллекторы? Или просто пара дядек собирается ехать на шашлыки? Может она и начала параноить, но кто бы ее осудил, после всех порезанных дверей и отрубленных собачьих голов у порога квартиры.
Ольга подскочила со спины и хлопнула ледяной мокрой рукой Валю по плечу. Валя не дернулась, ведь она знала, что Ольга уже вышла из уборной. Аромат ржавой воды бежал впереди подруги: Ольга очевидно сунула руки под хилую струю в вокзальной раковине по самые плечи, пытаясь спастись от жары. Валя понимала это по интенсивности примеси железа. Все прочие ароматы были обычными: пот, апельсиновый дезодорант, неизменная абрикосовая туалетная вода Ольги.
В городе парил даже асфальт. Валя почувствовала небольшую тошноту и головокружение.
– Думаешь те мужики? – Ольга проследила Валин взгляд, затем потянулась за своим рюкзаком, приткнувшимся у Валиных ног, и с тяжелым вздохом накинула лямки себе на плечи.
– Не знаю, – поморщилась Валя, затем устало выдохнула, давясь горечью от выкуренной накануне сигареты, – зря ты с нами едешь, Оль. К тебе ни у кого претензий нет, в городе ты была бы в безопасности…
– Пошли уже, – отмахнулась Ольга, – вряд ли те, кого ты боишься, знают про дом твоей прабабки. И что искать тебя надо именно на этом вокзале и именно в это время. И где твой братец застрял? Опоздаем ведь…
Тощая фигура Андрея отклеилась от стены у билетных касс, как только Валя и Ольга вышли в жар улицы. В испарения раскаленных поездов, в кисловатый человеческий пот, в чад подгоревшей шавермы… Валя даже чувствовала специфический запах из-под кожаных курток стоящих в отдалении подозрительных мужиков. У них было оружие. Солоноватый прохладный складной нож, и опаленный, как будто отдающий копченостями, пистолет… Какой – Валя не разбиралась. Как они прошли через рамку металлоискателя – для нее также было загадкой.
Куда важнее, как их обойти, а не как им удалось сюда попасть. Может это и вовсе не за Валей… До отправления поезда оставалось две минуты.
Какой-то мальчик, не старше шести лет, уронил подтаявший шарик сливочного мороженого на обжигающий перрон под нарастающие крики изможденной мамаши, с налипшими на красное лицо соломенными прдяками волос. Мельком Валя взглянула на растекающийся пломбир и почему-то подумала о птицах. О белых домашних гусях. Мысль тут же понеслась дальше, и образ белых перьев на опалесцирующей темной глади угас.
“Может это и не за нами… Не за нами…” повторяла Валя как мантру, еле шевеля губами. Андрей поравнялся с сестрой и двое взялись за руки, сцепляя пальцы в крепкий замок.
Валю посетила иррациональная уверенность: “Они нас не увидят”.
Бандитского вида мужики тупо уставились на Ольгу. Та как ни в чем не бывало подмигнула им. Один из бугаев криво ухмыльнулся, пересеченными шрамом губами и посторонился, пропуская Валю с Андреем, точно они стали ничем. Пустым горячим воздухом. Всего на секунду. Затем тот, что со шрамом слегка повернул голову.
Ещё немного – и он увидит Валю. И что будет? Схватит за волосы? Пнет в живот? Поволочет по перрону, заставляя Валину кожу на открытых участках сточиться об асфальт. До влажного тёплого мяса. Вбивая в нежное раненое тело песчинки и дорожную пыль. Бред.
Но Валя уже успела это подумать. А значит бандит точно повернётся. Точно ее заметит. Точно поступит именно так. И никто на вокзале его не остановит, даже люди в форме…
Стоп. Валя одернула себя. Шанс есть. Если поезд на соседнем пути издаст громкий гудок или…
– Помогите! – мамаша мальчика уронившего мороженое, выскочила из ниоткуда и повисла на двух бандитского вида мужиках сразу, моментально переключая внимание на себя.
– Мальчик мой упал на рельсы! Мужчины! Да кто-нибудь, помогите, – тетка хлопала потными отёчными руками, как гигантская гусыня крыльями…
Бандиты, как ни удивительно, с готовностью бросились в указанном тёткой направлении.
Взъерошенная голова шестилетнего пацана показалась в зазоре между краем платформы и подножкой вагона.
Тетка издала вопль облегчения и ярости.
Валя вскочила в вагон, проталкивая вперёд брата одной рукой и затаскивая Ольгу другой. Так что, как мальчишка лепетал про «белую уточку, которая позвала играть под поездом», не услышала.
Как только Валин тонкий силуэт, изуродованный массивной сумкой на манер горба сушеной Бабы Яги скрылся в темноте тамбура, двери звучно захлопнулись.
Электричка захлебнулась немелодичным криком: сейчас земля качнется и поплывет, унося с собой бандитов, с полными карманами неприятностей. Хотя бы на время. Вале необходима была передышка.
***
Валя заранее позаботилась о переводе в другой филиал университета для себя и брата. Но в последнее время угрозы посыпались отовсюду, и пришлось ускориться. В последний момент им «упала на хвост» Ольга. Валя понятия не имела как подруга победила бюрократическую машину, но в этом была вся Ольга… Так что запланированная смена локации уже больше походила на побег.
Валя надеялась, что кредиторы покойного отца не сразу обнаружат их троих в прабабушкином доме. Что можно будет выгадать хотя бы полгода спокойной жизни. Просто нормально учиться, гулять по поселку вечерами, не оглядываясь. А может удастся устроиться на подработку медсестрой в ночь – так она к весне что-нибудь накопила бы. А там кто знает…
Мысли невольно отразились на Валином лице, и бледный лоб пересекла тревожная продольная морщинка.
– Это очень рано, – Ольга беспардонно ткнула пухловатым пальчиком со спиленным по самый кончик ногтем лучшую подругу в лоб.
Валя поморщилась, но Ольга палец не отняла. Электричку в очередной раз качнуло, и увернуться от дружеской железной руки удалось.
– Нет, серьезно. Ты много хмуришься. Тебе только двадцать два, заломы слишком глубокие! Еще пара лет и сможешь смело говорить, что мы с Андрюхой твои дети. – Ольга умудрилось сложить свое личико фарфоровой куколки в лягушачью гримасу.
– Отвали от нее, – беззлобно буркнул Андрей, не открывая глаз. Старомодные проводные наушники висели на его ушах, покачиваясь в такт ходу электрички.
– Андрюша тебе ботокс уколет! – хохотнула Ольга, – как только осознает свое предназначение в медицинском мире.
– Оль, не беси… – флегматично протянул Андрей, приоткрывая один глаз. Вечернее яркое солнце немедленно окрасило его радужку в золотисто-карий и истончило зрачок. Парень недовольно зажмурился.
Валя тяжело выдохнула. Выслушивать привычную пикировку сводного брата и подруги, непрекращающуюся вот уже четыре года – ровно столько они учились в одной группе на лечебном факультете – не было сил. Валя поднялась, громко хрустнув худыми коленями, отряхнула серые “дачные” джинсы и двинулась к тамбуру.
Андрей открыл глаза и подобрался, пропуская сестру к выходу. Ольга продолжила читать электронную книгу. Оба понимали – Вале надо дать время в тишине. Андрей с Валей были похожи: стройные, высокие и бледные. И молчаливые. В компенсацию (или в наказание) судьба послала им Ольгу – полноватую фигуристую блондинку, слишком шумную, слишком энергичную, слишком…
Валя уже шла наощупь. Душный вечер жаркого сентябрьского дня. Слепящее солнце. Не продышаться. На воду денег не хватило – последнее ушло на билет на электричку. И то его действие заканчивалось двумя станциями раньше, чем нужно. А потом – Валя не знала что будет делать.
Был только ключ от дома прабабушки Геллы и надежда. Конечно, стоило съездить заранее и проверить дом. А вдруг он вообще развалился?.. Но Валя не успела. Она была похожа на собственную тень от накопившейся усталости и теперь бежала в никуда.
Двери разъехались, впуская Валю в прокуренный тамбур, и гулко хлопнули за ее спиной. Она с детства боялась не успеть прошмыгнуть, и теперь почти впрыгнула в зазор между пластиковых жвал.
А курить Вале теперь явно было не по средствам. Так что с “ароматической мятной палочкой”, которой она спасалась от обостренного от природы обоняния, придется расстаться. Будет вонять. Потными людьми, деревенским сортиром, больничным антисептиком, трупами в анатомичке…
Валя чуть не расплакалась от отчаяния. Мир запахов всегда был к ней жесток. Последнюю сигарету она выкурила три часа назад, и ароматы начинали изводить. Тонкий нос едва заметно коротко морщился, вдыхая кожу чьей-то куртки, пластик, ненавязчивый травяной одеколон, почти полностью забивающий запах лежалого сырого мяса. Но главное – пахло спасением – у того, кто источал весь этот удивительный и пожалуй приятный спектр, в крепких пальцах была зажата вишневая сигарилла. Обугленная коричневая бумага почти у самого фильтра обещала временное забытье. Такое могло отбить Вале нюх часов на пять.