У каждого своя правда

Но зачем? И почему именно сейчас?

Она достала телефон. На экране было два пропущенных вызова с неизвестного номера и сообщение от Джулиана:

«Проверил фоновый сигнал. Не похоже на пожарную тревогу. Пришлю спектр утром. И кое-что ещё: после склейки слышно слово «оставьте». Возможно, оно не относится к разговору вообще».

Вивиан уже печатала ответ, когда пришло новое сообщение. Номер был скрыт системой переадресации. Текст состоял из единственной строки:

«Теперь спросите мать, кто был по другую сторону двери».

Она подняла глаза на окна родительского дома. За занавеской второго этажа стояла Маргарет — неподвижная, с телефоном возле лица.

Вивиан не стала возвращаться. Она села за руль, положила рядом письмо сестры и включила диктофон, чтобы зафиксировать собственные мысли до того, как память начнёт их переписывать.

— Двадцать первое октября, двадцать один час двенадцать минут, — произнесла она. — Запись получена неизвестным отправителем. Мама подтверждает, что фрагмент голоса Изабель мог относиться к терапевтическому занятию, а не к пожару. Необходимо установить, кто владел исходной записью и почему на неё наложили другую фразу. Отдельно проверить планы здания и сообщения Генри Кроу.

Она остановилась. С трудом заставила себя добавить:

— И проверить, почему я так уверена, что не могла находиться у той двери.

Свой голос в динамике она узнала сразу. Голос женщины, которая умеет формулировать вопросы, даже когда боится услышать ответы.

Вивиан выключила запись и впервые за весь вечер позволила себе вспомнить последнюю ночь в Эшкомбе по-настоящему.

Воспоминание начиналось с машины скорой помощи. С красного света на потолке. С холодной руки фельдшера на запястье.

Но теперь, прежде чем возник потолок машины, она увидела другую картину — узкий коридор, жёлтую полосу света под закрытой дверью и собственную ладонь, которую уже подняла, чтобы постучать.

Она не знала, было ли это воспоминанием или воображением.

От этого становилось ещё страшнее.

Глава четвёртая. То, чего нет на плёнке

На следующее утро Вивиан открыла лабораторию раньше уборщицы. Её встретил запах моющего средства, пустые экраны и еле слышная вибрация вентиляции. Она любила этот час: никто ещё не называл догадки фактами.

Джулиан обнаружился у своего стола. Перед ним лежала раскрытая коробка с сандвичем, но он не ел. На большом мониторе тянулись три зелёные дорожки. Когда Вивиан вошла, он не повернулся.

— Твой сигнал, — сказал он. — Не пожарная тревога. Тридцать два герца с периодическим прерыванием. Старый холодильный компрессор, вентиляционный привод, даже дефект питания. Определить нельзя. А вот со склейкой интереснее.

Он выделил двадцать две секунды. Прозвучал смех Изабель, затем чужое дыхание и тихое «оставьте как есть».

— Слушай границу, — сказал Джулиан.

Вивиан прослушала отрезок ещё дважды. Заметила, что фон в середине фразы меняет объём, словно собеседник вышел из маленькой комнаты в коридор.

— Переписано с двух источников?

— Не меньше чем с двух. Звуки сами по себе старые. Но порядок им кто-то придал позднее. Это не запись последней ночи твоей сестры. Во всяком случае, она этого не доказывает.

Вивиан неожиданно рассердилась. Всю ночь она боялась, что узнает в записи доказательство собственной вины, а теперь злилась на человека, который не оставил ей даже этой определённости.

— Можно узнать, где именно монтировали?

— Теоретически по поколению копирования и следам носителя. Практически — у тебя единственная кассета и очень мало контрольных материалов. Я бы не ставил перед присяжными ничего сильнее фразы «присутствуют признаки составной записи».

Он наконец посмотрел на неё:

— Ты спала?

— Я работаю.

— Это не ответ.

Она достала из сумки письмо Изабель и положила рядом со схемой здания.

— Мать говорит, сестра проходила упражнение: просила о помощи человека за закрытой дверью. Мне нужно узнать, записывали ли в центре занятия, кто давал на это согласие и куда после закрытия исчез архив. И ещё — выяснить, почему на плёнке есть приказ «оставьте как есть».

Джулиан внимательно прочитал письмо, не взяв лист в руки.

— А если всё это просто способ Кроу извиниться?

— Тогда он мог написать: «Простите». Без монтажа.

Около одиннадцати позвонил сержант Фокс. Он предложил встретиться в участке, чтобы оформить показания о посылке. По голосу было ясно, что приглашение он считал формальностью. Вивиан согласилась на полдень и попросила выслать список вещей, обнаруженных у Кроу.

— На ваше имя там есть папка, — сказал Фокс. — Но её содержание пока изучают. И ещё: не ищите самостоятельно тех, кто значился в деле свидетелями. Вчера вечером одной женщине звонили, представляясь сотрудником полиции.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.