– А что такого?
– Никому нельзя знать, что ты спас и проводил меня. И что мы ночевали здесь вдвоем. Дома меня забьют палками за такое.
– Но я господарь Валахии, я правитель этих земель! – засмеялся Влад.
Эржбета оставалась серьезной.
– Никому. Нельзя. Знать.
Он замолчал. Ему неведомы были порядки в доме ее отца, боярина Янаке Штефенеску.
Еще в сумерках они тронулись в путь. Дорога петляла по склонам гор и постепенно уходила вниз, собираясь спускаться в долину, где располагалось село Штефенешти. Отдохнувшие за ночь лошади легко несли двоих всадников к цели. Волки, за ночь собравшиеся у места стоянки, но так и не осмелившиеся подойти, какое-то время незаметно следовали за Владом и Эржбетой, с интересом провожая странную пару, но затем отстали и отправились обратно вглубь лесов.
На рассвете двое выехали на опушку и остановились. Солнце так и не сумело пробиться сквозь густую пелену серых осенних облаков, под утро снова укутавших землю. Внизу, в долине у края холмов, раскинулось небольшое селение, за ним, чуть поодаль, обнесенное крепостной стеной поместье – замок боярина Янаке. Замком его называли простые люди, никогда не видавшие настоящих, могучих и грозных цитаделей. Однако строение было хорошо укреплено и не раз переживало осады неприятеля.
– Ну, вот и настала пора прощаться, – проговорила Эржбета, поудобнее перехватывая тяжелый ларец – единственную свою поклажу. – Дальше я поеду одна.
– Что с тобой будет дома? Увидимся ли мы еще? – спросил князь, не сводя глаз со своей спутницы, будто стараясь запомнить ее как можно лучше.
– Думаю, мои брат и отец снова попробуют выдать меня замуж. Найдут жениха побогаче и продадут ему, как знатную кровленую[8 - Кровленая кобыла – породистая, хороших кровей.] кобылу.
– А ты что же? Пойдешь?
– У меня выбор невелик. Или под венец, или в монастырь. Принять постриг и до конца века молить бога о благоденствии моего покойного мужа.
Влад хотел что-то сказать, но вдруг заметил, как по дороге из селения внизу выехала группа всадников. Они резво гнали лошадей и держали путь в их сторону, в горы. Заметила их и Эржбета.
– Это за мной. Уходи, господарь. Нельзя, чтобы тебя со мной видели.
Князь развернул коня к лесу, слыша твердую решимость в голосе девушки.
– Прощай, – коротко бросил он.
– Уходи! Скорее, – звонко откликнулась его спутница, затем с силой толкнула свою лошадь пятками в бока и устремилась вниз по дороге, к всадникам, пока еще похожим только на маленькие точки вдали.
Влад выслал коня с места в галоп и за считанные мгновения скрылся в лесу.
Глава 3
По одной из садовых дорожек Герман и Кристина поднялись обратно на виллу. В противовес всем соседним строениям, в доме Марешей свет нигде не зажигали, и комнаты наполняла ночная тьма. Только территория подсвечивалась мерным бело-голубым светом фонарей, встроенных по бокам тропинок и вблизи насаждений.
Пара вошла внутрь, на вилле было тихо. Владислав продолжал неутомимо работать за своим ноутбуком, а Алекс, до конца еще не пришедший в себя, лежал на диване в гостиной и дремал, вставив в уши наушники-капли. Проходя мимо, Герман осторожно коснулся его плеча. Младший брат открыл глаза.
– Оставь нас ненадолго, – Герман указал девушке рукой на стеклянную дверь, ведущую на открытую террасу.
Кристина послушно вышла и опустилась в одно из светлых плетеных кресел. Отсюда открывался вид на океан, звездное небо и подъездную дорожку, ведущую к вилле. Теплый ветер колыхал прозрачные шторы, подвязанные к колоннам по краям террасы. Каменные плиты пола грели стопы, отдавая накопленное за день тепло. Несмотря на все последние пережитые события, девушка не могла сопротивляться очарованию этого места. Она блаженно замерла и слушала тихое дыхание спящего океана.
Вскоре Герман неслышно подошел к ней и сел в соседнее кресло.
– Как там Алекс?
– В порядке. Я отослал его по делу.
– Какому?
– Это сюрприз.
Почти сразу после этих слов на территории виллы открылась автоматическая дверь гаража, и оттуда с ревом выехало спортивное купе графитово-серого цвета. Как ревущая тень, машина скользнула к выезду и почти сразу исчезла из виду.
– Бедный Алекс. Он у тебя все время загружен работой.
– Да там ничего сложного. Он скоро вернется.
– Ну, а мы с тобой чем займемся?
– На этот счет у меня есть пара идей.
Герман встал и вышел, но через минуту вернулся. В одной руке он нес бутылку вина, в другой – пару бокалов. Также на небольшом столике вскоре появились фрукты, шоколад и сыр.
Парень без труда откупорил бутылку и наполнил фужеры. Даже в темноте обостренное зрение девушки точно различило густой медовый оттенок напитка.
– За тебя, – негромко произнес Герман.
– За нас, – отозвалась девушка, и бокалы звякнули друг о друга тончайшими стенками.
Вино оказалось сладким на вкус. Они пили и беседовали. Герман положил себе на колени обнаженные ноги своей спутницы и время от времени мягко массировал ей стопы или рисовал пальцами причудливые узоры на ее икрах. Она тихо смеялась и старалась ни о чем не спрашивать Германа. Он сам рассказывал ей о том времени, которое провел вдалеке от нее с удивительной легкостью, обходя все неприятные моменты так, будто их не было.
Через пару часов машина Алекса вернулась, но младший Мареш не показался паре на глаза, словно не желая вторгаться в их приватность. За тихой беседой и вином часы текли быстро, и вскоре птицы в саду проснулись и наполнили его предрассветным гомоном. Солнце уже подкрадывалось к краю горизонта. Герман коснулся ладони девушки.
– Будешь спать в моей спальне?
Она устало кивнула. Оставив на столике после себя все, как есть, двое направились вглубь дома. Алекса нигде видно не было. Ночная мгла редела, и первый тусклый серый свет уже начинал проникать на виллу, порождая внутри новые причудливые силуэты и тени. Герман взял Кристину за руку и повел по лестнице наверх. Его спальня, как и большинство жилых комнат дома, выходила окнами к океану, но плотно задернутые шторы не позволяли насладиться его красотой.
Герман прикрыл за ними дверь и сразу же отошел в сторону, отвернувшись. Стоя спиной к девушке, он осторожно расстегивал одну за другой мелкие пуговицы своей легкой рубашки, и только теперь Кристина обратила внимание на некоторую скованность его движений. Каждый жест давался ему словно с небольшим усилием. Она подошла к мужчине и положила ладонь ему на плечо.
– Не сегодня, ладно? – послышался его тихий голос.
– Я просто хочу помочь тебе.
Ее пальцы легко скользнули вниз по его плечу. Герман покорно повернулся. Взгляд девушки прошел по его обнаженной груди и удивленно замер. Ниже ворота торс вампира все еще покрывали бинты. Кристина припомнила, как безоглядно она обнимала своего спутника на пляже, как прижимала его к себе, и ей сделалось дурно.
– Тебе больно, да?
– Нет, просто немного не по себе, – опущенное лицо Германа частично прикрывали упавшие на него волосы, но, даже не видя его целиком, Кристина понимала, что он врет ей.
– Дай-ка я.
Она осторожно, без единого касания сняла с него рубашку и отбросила ее на стоящее рядом кресло, в котором немногим ранее сама провело ночь. Льняные брюки, стоило их расстегнуть, легко соскользнули на пол.