– Эй, Джулз! – зовёт он партнёршу по фильму. – Смотри, это самая лучшая Роза из всех, что мы сегодня видели.
Бросив на меня взгляд через плечо, Джулия усмехается:
– Что, детка, хочешь сыграть мою роль?
Я открываю рот, но не могу издать ни звука.
– Ничего, я пошутила. Ты отлично выглядишь, правда. Классный пояс! – смеётся Джулия.
– Спасибо! – Я улыбаюсь чуть не до ушей.
– А ты, парень, наверное, Торн? – говорит Рассел Нейту.
Нейт преувеличенно восторженно пожимает протянутую руку, приговаривая:
– Большой ваш поклонник, большой поклонник…
Кивнув на деревянную фибулу на тунике Нейта – цветок чертополоха, Рассел отмечает:
– Отличная работа – символ восстания дефов!
– Срежьте нас – мы вырастем снова, ещё крепче! – Нейт счастливо улыбается. – Как сорняки, понимаете?
Шлёпнув Нейта по спине (чтобы заставить замолчать, не иначе), Рассел поворачивается к Кейти:
– А это у нас… кто это?
– Спираль ДНК, – объявляет Кейти.
– Умно сделано, мне нравится.
Элис хмурится – толстый слой тонального крема на её обычно безупречной коже идёт трещинками.
Где-то наверху слышится треск, изумрудные софиты вздрагивают, бросая тени на идеальное лицо Рассела.
– Ну что, ребята, как будем фотографироваться? Все вместе или по одному?
– Вместе, – в один голос произносим мы с Кейти.
Но Элис говорит:
– По одному, пожалуйста.
И вот опять этот треск. Я оглядываю временные балки потолка, но всё выглядит нормально. Наверное, просто послышался громкий аккорд в мелодии.
– Иди сюда, сверхчеловек.
Рассел обнимает Элис за талию, но я больше ей не завидую, меня тошнит, как будто я глотнула коктейля из водки и Red Bull.
Фотограф возникает из тьмы, появляясь словно бы из ниоткуда. Снова треск, снова качаются софиты.
– Как тебя зовут? – спрашивает Рассел.
– Элис.
– Вот ты и попала в Страну чудес, Элис-Алиса!
Уиллоу никогда бы так не сказал! Разочарование подкатывает к горлу, душит меня, губы дрожат. Щелчок камеры – вспышка выбеливает лица Рассела и Элис призрачным светом, отбрасывая угловатые тени на ткань у них за спиной. Я несколько раз упорно моргаю.
Элис весело хихикает:
– Мой литературный псевдоним – Элис Аниме! Я написала довольно много фанфиков к «Танцу повешенных». Может быть, вы слышали обо мне?
Рассел восхищённо смотрит на неё:
– Так ты и есть Элис Аниме? Та самая Элис Аниме? Конечно, я слышал о тебе. Ты очень известная фигура среди фанатов фильма и книги. Эй, Джулия, щёлкни нас с Элис – выложу фотку в инстаграм.
Послав Нейту торжествующий взгляд, Элис расплывается в счастливой улыбке.
Джулия выуживает из кармана айфон.
– Элис, надеюсь, он заплатит тебе за эту фотографию! – Сделав фото, она продолжает: – Слушай, приходи на следующий «Комик-Кон», посиди на встрече с писателями фанфиков. Ты будешь прекрасно смотреться на рекламных буклетах.
Элис собирается ответить, но барабаны гремят всё громче, заглушая её слова. Комнату наполняет странный резкий запах – пахнет лекарствами и жжёной тканью. Прижав ладони ко лбу, я пытаюсь остановить грохот в голове.
– Виола, что с тобой? – спрашивает Кейти.
Опять треск, всё громче и громче… Это точно не скрипичные аккорды. Изумрудный свет снова мигает, словно лампочка готова взорваться или тысячи мотыльков бьются за стеклом внутри софита.
– Виола, что с тобой? – В голосе Кейти тревога. Её лицо то белеет, то зеленеет, то снова белеет в тумане.
Пол почему-то сдвигается влево, всё вокруг шатается, словно я только что сошла с карусели. Съеденная на завтрак овсянка выползла из желудка и липким комком застряла у самого горла. Кажется, кто-то выкрикивает моё имя. Нейт смотрит на меня, широко раскрыв рот и карие глаза. Инстинктивно бросаю взгляд вверх – и успеваю заметить, что происходит. Зелёные лампочки разлетаются в стороны, балки временного потолка опасно приближаются. Я едва успеваю закрыть руками лицо, как громоздкая металлическая конструкция павильона накрывает всех нас.
Глава 4
Словно выбираясь из вязкой трясины, я пытаюсь прийти в себя, вернуться к реальности. Стоит приблизиться к поверхности, почувствовать дуновение свежего ветерка, как невидимый жестокий призрак тянет меня обратно в глубину. Так хочется перестать сопротивляться и просто тонуть, но железные балки накрыли нас всех: Нейта, Элис, Кейти, даже Рассела с Джулией. Надо выбираться, надо их спасать. Продравшись сквозь липкую грязь трясины, я открываю глаза и заставляю мозг работать.
Лампочки над дверью запасного выхода заливают всё вокруг призрачным сиянием. Потолочные балки застряли в полу и торчат под невообразимыми углами, будто копья или постмодернистская инсталляция. И этот запах лекарства и жжёной ткани всё гуще, ест глаза, будто дым.
– Нейт! – Я осторожно приподнимаюсь на локтях, и тут же боль стрелой пронзает мне голову.
– Виола! – слышится голос Нейта, парящий над приглушённой мелодией из фильма и бренчанием металла о металл.
Вытянув руку, словно притягивая брата поближе, я с трудом выговариваю:
– Нейт, ты живой?
Его испуганное лицо рывками приближается ко мне из мрака.