Распятая любовь
– Пока, – отключилась с улыбкой, думая о том, что пора бы на боковую. Хотя нет, сначала посмотрю кино, а потом спатеньки.
Завтра посплю подольше. Ну а что? Имею право. А вещи и коробки далеко от меня не убегут.
***
К моей вящей неожиданности, в коллектив я влилась быстро. Несмотря на более быстрый ритм жизни и большое количество претенциозных клиентов с налетом столичного блеска, работалось мне гораздо комфортнее, чем в салоне Нечаевой.
Несмотря на наличие прав, которые я пусть со второго раза, но получила еще в родном городе, на работу я ходила пешком. Так всяко быстрее, чем встрять в пробке. Так что большую часть времени моя шевроле стояла в уютном и охраняемом подземном паркинге. Но не беда, как только обзаведусь собственной квартирой, ездить начну регулярно.
А я все больше склонялась к тому, чтобы остаться в столице. Даже срок себе выделила – до нового года. Если окончательно пущу корни в Москве, то после праздников займусь поиском покупателей на квартиру. Желательно, продать ее быстро и не сталкиваясь с матерью. Она, кстати, меня больше не доставала. Видимо, прошлась по юристам и ее справедливо бортанули. Но если узнает о продаже квартиры, то думаю, что сразу же нарисуется. Даже ласковый режим включит. Она и это умеет, когда нужно.
А пока жила так, как жилось. Наслаждаясь каждым новым днем, пытаясь полностью освободиться от пут прошлого. Не скажу, что это давалось легко, временами накатывали и дикая грусть, и полная апатия, да и сердце болезненно щемило. Видимо, остатки былой любви где-то еще трепыхались.
Но каждый раз на память приходили напутствия подруги и злобные слова Глеба. И я сразу же встряхивалась. Жестокий был пинок, конечно, зато очень действенный.
Недалеко от нашего салона, буквально напротив, располагался отличный фитнес-центр. Девчонки туда ходили постоянно, а однажды и я потянулась за компанию. Да так и осталась. В субботу-воскресенье ходила в бассейн, а вечерами по будням на аэройогу и в тренажерку.
Салон закрывался в восемь, так что полтора часа занятий мне хватало за глаза. В душ, правда, не всегда успевала, но это не страшно, квартира-то рядом. А мыться в своей ванной всяко комфортнее.
В один из вечеров в сентябре, попрощавшись с последней клиенткой и администратором, прямиком направилась в центр. Сегодня я была без коллег, девушки разобрались со своими записями раньше и ушли уже давно. Это я, как обычно, брала записи до упора, поскольку была свободна от семьи и детей, а дома одной было слишком скучно. Вот и предпочитала общаться с клиентами подольше.
А коллеги предпочитали разбегаться раньше. Кому-то сына надо было из школы забрать или отвести на секцию, кто-то спешил на свидание к парню или домой к мужу. А у меня была только работа. Но я не особо расстраивалась. Заводить новые отношения мне пока не хотелось. Предыдущие бы еще забыть так, чтобы и следа в памяти не осталось.
Как назло, на улице моросил мелкий противный дождь, а я не взяла ни зонт, ни куртку. Зябко поежившись, ускорила шаг и понеслась в центр, не разбирая дороги.
И вроде все шло отлично – не поскользнулась, не особо промокла. Но ровно до того момента, пока я не столкнулась с каким-то мужчиной у входа. И только благодаря быстроте его реакции, не упала попой в лужу.
– Девушка, смотрите, куда идете, – раздалось над ухом, и я вся обмерла, встретившись взглядом с Белозерским.
Я даже поморгала, чтобы убедиться, что это не обман зрения. Но нет, я не ошиблась. Это и правда был Белозерский. Та же внушительная фигура, темные волосы с проседью и пронзительные зеленые глаза. Такого раз увидишь – не забудешь.
И сейчас этот тип пристально сверлил меня взглядом, склонив голову набок, а рукой придерживал меня за талию.
– Простите, – выдавила из себя, отступая назад. И мысленно молясь, чтобы он меня не узнал.
Глава 13 Попалась!
– Будьте осторожнее, – с недовольной миной отходит в сторону, а я, не будь дурой, проскальзываю внутрь. Не узнал. Слава всем богам, не узнал!
– Девушка, подождите! – как оказалось, расслабилась я преждевременно, поскольку нагнал меня Михаил у стойки ресепшена. – Скажите, а мы с вами раньше нигде не встречались?
– Нет, не припомню такого, – постаралась поддержать нейтральное выражение лица, в то время как сердце бухало в груди как сумасшедшее. Быстро кивнув Михаилу на прощание и схватив выданный ключ от шкафчика, направилась в сторону раздевалки.
На этот раз меня никто не останавливал, и я смогла перевести дух. Правда, ненадолго. Повертелась перед зеркалом в раздевалке и в голове закрутились разные мысли. Что его во мне зацепило? С момента нашей встречи прошел уже год и выгляжу я совсем иначе. У меня теперь темные волосы, красиво лежащие шапочкой вокруг головы, макияж, другой стиль одежды. От той расстроенной женщины, чуть не угодившей под колеса авто, не осталось ничего.
Да и вообще. Вряд ли Михаил тот случай помнит. Я сама-то не вспоминала до этого вечера, просто у Белозерского очень уж фигура колоритная. Увидела – и воспоминания накатили. А чем могла запомниться та серая мышь, которой я была во время развода? Да ничем. И уж тем более не после часа знакомства. Скорее всего, Михаил спутал меня с кем-то из своих знакомых.
Облегченно вздыхаю и переодеваюсь, отмечая, что успела немного схуднуть и даже прокачать попу и бедра. Супер. Значит, надо продолжать в том же темпе.
Увы, тренировка не задалась. Мысли о Белозерском упорно лезли в голову, мешая сосредоточиться. Интересно, что он вообще тут забыл? Нет, понятно что, качаться ходил. Но почему именно в этом центре? В который хожу я. Других, что ли, мало? Москва же многомиллионный город с большим количеством возможностей.
А еще я не понимала, почему наша встреча меня так задела. И почему не хотела, чтобы Михаил меня узнал. Я же не преступница в бегах и Михаил мне ничего плохого не сделал, чтобы так шарахаться. Но рванула от него сверкая пятками без особых на то причин.
И это непонимание жутко бесило.
От всех этих попыток разобраться в своих заморочках, я окончательно сбила себе настрой на тренировку. Промучившись полчаса, плюнула и ушла домой раньше.
По дороге постаралась освежить голову и перестать заморачиваться. Настраивала себя на то, что ничего из ряда вон выходящего не произошло, и если мы с Белозерским снова пересечемся, то буду просто продолжать заниматься своими делами, а не забивать мысли глупыми переживаниями.
Поэтому на следующий день прихожу в центр с боевым настроем. Который пропадает зря, поскольку Михаил так и не появляется. Не вижу его ни на следующий день, ни через два. К концу недели решаю забыть это маленькое случайное недоразумение. Видимо, Михаил в тот вечер зашел в клуб совершенно случайно и повторять свой визит не намерен. И мне это было только на руку.
В среду я настолько расслабилась, что абсолютно забыла о времени, нарезая километраж на беговой дорожке. Отвлек меня только голос сотрудницы заведения.
– Прошу прощения, но центр закрывается через пятнадцать минут.
– А, да, простите. Сейчас. – улыбнувшись девушке, я решаю потратить еще пару минут, чтобы добить выбранный километраж. А душ и до дома подождет.
Как раз нажимаю на кнопку «стоп», когда слышится звук открываемой двери.
– Да помню я про время, ухожу уже, – бросаю слова, не оборачиваясь, и пытаюсь сойти с не успевший остановиться дорожки. Естественно, спотыкаюсь, начинаю заваливаться, но тут же попадаю в крепкий капкан мужских рук, которые возвращают мне устойчивое положение в пространстве.
– Ну что, беглянка? – слышится слегка насмешливый голос над ухом. – Попалась?
– Миша? – разворачиваюсь в полном шоке, сама не понимая, что только что перешла с мужчиной на ты. И выдала себя с головой, назвав его по имени.
– Ага! Значит, все-таки помнишь меня, маленькая врунишка. – косится на мою руку и, не заметив на пальце кольца, широко улыбается.
– Как? Как ты меня узнал? Сразу? – слова застревают на языке, во рту становится неимоверно сухо. А телу волнительно и очень жарко, потому что Михаил крепко прижимает меня к себе и отпускать, судя по хищному выражению лица, не собирается.
– Нет, – со смешком признается он, окидывая меня весьма многообещающим взглядом. – Все-таки ты сильно изменилась. Хотя и тогда была красавицей. Но сейчас ты просто леди-вамп. Роковая женщина.
– Ты преувеличиваешь, – хмыкаю. – И увиливаешь от ответа.
– Мне помогла твоя анкета, Лана. Которую ты заполнила во время первого визита в центр. Там есть все твои данные, включая старую фотографию.
– Это возмутительно. – хмурюсь я. – Разве сотрудники имеют право раздавать личную информацию кому попало?
– Кому попало – нет, – с коварной улыбкой соглашается мужчина. – А вот владельцу заведения имеют право. Улавливаешь связь?
– Улавливаю, – признаюсь со вздохом. Сложить два и два было нетрудно. Белозерский не просто посетитель, а владелец клуба «Goldfit». Зашибись. – А теперь отпусти, будь добр.
Так странно, но выкать мне Белозерскому больше не хотелось. От шока, наверное. Говорят, люди под всплеском адреналина и со сломанными ногами могут пройти. Видимо, у меня тут нечто похожее.
– Нет. – категорично заявляет этот нахал. – Смотрю, ты развелась со своим недоделком?
– Ага, —не вижу смысла отрицать очевидное.
– Тогда это следует отметить.
– Я уже давно это сделала. С подругой. Душевно посидели.
– А сегодня это сделаешь со мной.
Я открыла было рот, чтобы возмутиться, но мне его тут же закрыли. Поцелуем. Глубоким, яростным, таким, что начиналось головокружение и подкашивались ноги.
Не знаю, может, всему виной то, что у меня давно не было мужчины, но я поплыла как растаявшее мороженое. И сопротивляться даже не думала. Хотя где-то на подкорке мозга и зрел протест.
Рассудок устроил одиночный пикет с плакатом «Остановись, дура, пока не поздно». Но как и всегда, его никто не послушал.
Когда Михаил наконец прервал поцелуй, я не смогла даже отойти, лишь обессиленно прислонилась к нему, положив голову на плечо.
– Ну и зачем ты это сделал?
– Потому что давно хотел. Еще с того момента, как увидел твои перепуганные глазищи, когда ты чуть не угодила под колеса моего авто. И зря ты тогда сбежала из ресторана. В мужчине от такого просыпается инстинкт охотника. Вот и во мне проснулся. Я тебя искал, между прочим.
– Но не нашел. – игриво хихикнула я.
– Ну почему же, вот ты передо мной. В моих руках. Значит, нашел.
– Ой, там же центр закрывается, – встрепенулась я. – А мне переодеться надо.
– Как владелец, я смогу нас обоих отсюда выпустить. – улыбнулся Михаил, освобождая меня из объятий. – Но ты права. Переодевайся и поедем.
– Куда это? – сразу же насторожилась.
– Поужинать в одно приятное место.
– Миш, я думаю, нам не стоит.
– А я думаю, что стоит. Нам надо поговорить.
– А есть о чем? – скрестила руки на груди. Опьянение от поцелуя прошло и теперь я снова могла трезво мыслить.
– Есть. – уверенно кивнул он. – Хочу узнать, почему ты тогда сбежала. Да и вообще, много чего хочу о тебе узнать. Так что соглашайся на приглашение.
– В такой форме это скорее звучит как приказ, – огрызнулась я.
– Да что ж ты ершистая у меня такая, а? – Михаил притиснул меня к себе, еще раз приложившись коротким поцелуем к губам.
– Бывший муж преподал хороший урок.
– Знаешь, – Михаил потемнел лицом так, что я вздрогнула. – Я бы с удовольствием выбил твоему бывшему все зубы, попадись он мне. Но я не он, Лана. Не стоит из-за одного ублюдка ставить на себе крест и отгораживаться от всех, прячась в своей раковине.
Михаил помолчал, потом немного смягчил тон.
– Лана, давай поужинаем? Просто поужинаем, поговорим. Можешь даже не считать это первым свиданием.
– Миш, ну какой ресторан, – привела я самый убедительный аргумент. – Я вся потная после тренировки. Да и одежда для ресторана у меня сегодня не очень подходящая. Джинсы и рубашка.
– А в чем проблема? Иди в душ. А насчет одежды никто тебе и пикнуть не смеет. Поехали, Лана, тебе понравится.
И неожиданно весело подмигнул, заставив меня позорно капитулировать. А, была не была. Ничего с одного ужина не будет.
– Твоя взяла. – согласилась в итоге – Поехали. Только приведу себя в порядок сначала.
– Только бежать не вздумай, – Михаил усмехнулся. – Второй раз этот трюк не сработает. Тем более, что у меня теперь есть все твои данные, включая адрес.
– Так нечестно, – возмущенно бормоча, направилась к раздевалке. Вот же невозможный тип. А последнее предложение вообще прозвучало как угроза. Но меня это, вопреки всему, не испугало.
– Сбегать из ресторана тоже было нечестно. – донеслось мне в ответ. – Так что мы квиты, Малышка.
Глава 14 Ужин
Честно говоря, мысль о том, чтобы удрать все же возникла. На первых минутах. Потом она трансформировалась в желание потянуть время. Так что я долго стояла под душем, а потом еще дольше сушила волосы феном, пытаясь придать им красивую форму.
Этот мой марафет растянулся на целых сорок минут, так что я уже настроилась на то, что Белозерский давно свалил, обязав выпустить меня кого-то из служащих.
Но не тут-то было. Я вышла из раздевалки и замерла как вкопанная. Михаил стоял прямо напротив двери, подпирая собой стену и невозмутимо пялясь в телефон.
Увидев меня, тут же сунул гаджет в карман и хищно так улыбнулся:
– Думала, я свалил? Не дождешься. Пойдем.
И подхватив под локоть, стремительно так увлек меня к выходу. Даже сказать «пока» девушке за стойкой не успела.
Машина Белозерского стояла на стоянке. Это был уже знакомый мне джип, под колеса которого я едва не попала год назад.
– Давно в Москве? – спросил Михаил, как только машина отъехала от фитнес-клуба.
– В мае переехала. – старалась упорно смотреть в окно, а не на водителя.
Не скажу, что ощущала неловкость от нашего совместного нахождения в тесном пространстве салона, но отголоски возбуждения так и гуляли в крови. Вызывая чересчур сладкое томление в нижней чакре и легкое бурление крови в венах.
На губах еще чувствовался вкус его поцелуя. И мне, чего греха таить, хотелось бы повторить. Только вот демонстрировать это мужчине я не собиралась. А то решит еще, что готова прямо так ему в руки упасть. Вот и сидела, изображая из себя ледяную деву.
– Ясно. В центр мой давно ходишь? – метнул на меня быстрый взгляд.
– Два месяца почти.
– Надо же. Я обычно днем сюда приезжаю. Сегодня только чуть припозднился. Возникли проблемы с доставкой новых тренажеров. Надо было утрясти. А ты, я так понимаю, по вечерам занимаешься?
– Да, – украдкой взглянула на Михаила и машинально облизнула губы. Черт. Надеюсь, он этого не заметил. – Прихожу после работы. Мне очень удобна эта точка. Выверенный маршрут, мой личный бермудский треугольник. Салон – центр— дом. До всего рукой подать. Даже машину брать не приходится.
– Получила права? – хмыкнул мужчина.
– С большим трудом. – не удержалась я от смешка. – Тяжело было привыкать. В первые разы сидела за рулем как деревянная. Боялась лишний раз нажать на педаль или крутануть руль.
– Но ведь справилась же?
– Я упорная.
– Заметно. Так, все, мы приехали.
Машина остановилась на стоянке возле довольно известного и дорогого итальянского ресторана. Михаил галантно помог мне выйти и, снова подхватив под локоть, повел внутрь. Работники заведения явно хорошо знали Белозерского, с ним разговаривали почтительно, я бы даже сказала заискивающе. Меня тоже удостоили вежливыми улыбками и кивками.
Обслужили нас чуть ли не с космической скоростью. Меню появилось перед нами еще до того, как мы успели усесться на свои места. Михаил заказал что-то мясное, а я, тяжко вздохнув, остановилась на салате с креветками и пасте с грибами под соусом болоньезе. От десерта героически отказалась, хотя почти захлебнулась слюной. Но фигуру надо блюсти. А то так никакая тренажерка не поможет, если лопать всякие тирамису и эклеры.
– Рассказывай давай, чего сбежала тогда? – официант едва успел отойти, как Михаил начал допрос с пристрастием. – Чем я тебя так обидел?
– Скажем так, твоя тирада про пускание пыль в глаза была довольно убедительна. И очень неприятна. Так что я сочла за лучшее уехать домой.
– Лана, – Михаил потер переносицу. – Не надо путать мягкое с теплым. Зря ты восприняла мои слова в штыки. Я не пускал тебе пыль в глаза, а всего лишь хотел помочь. Ну и прости, если показался грубым. Я не юная барышня, миндальничать не умею.
– А вот это вот все? – обвела глазами зал. – Зачем мы здесь?
– Причина проста – ты мне нравишься. Сразу понравилась, а когда умудрилась сбежать, так подогрела мой интерес к своей персоне раза в два.
– Прошел целый год. – выгнула брови, отчаянно пытаясь скрыть под напускной бравадой смущение. – За это время ты должен был меня забыть.
– Но вот не забыл же, – усмехнулся мужчина. – А теперь, раз уж по прихоти судьбы мы снова встретились, хочу с тобой нормально пообщаться. Познакомиться поближе, так сказать.
И вот все вполне прилично, но почему в его словах мне почудился интимный подтекст? Неужели я стала настолько озабоченной? Кошмар. Хотя, о чем это я? Белозерский ко мне целоваться полез, не успев поздороваться.
Так что озабоченная тут явно не я.
В этот момент подошел официант с нашим заказом и мы ненадолго прервались. А потом действительно начали знакомиться ближе. Я очень много рассказывала о своей работе в салоне, о том, что мне нравится этим заниматься, о разных техниках маникюра, о своем переезде в Москву. Даже о Надьке рассказала, как и о своем мяукающем клубке шерсти, ждущем меня дома. Ну и про развод тоже пришлось рассказать в подробностях. Миша вроде бы остался доволен тем, что муженьку моему удалось хорошо пощипать перья.
– Пожалуй, хватит обо мне. – наконец оборвала свои излияния. – Теперь твоя очередь.
– А что я, – пожал тот плечами. – Мне сорок три года, владею сетью спортивных магазинов и фитнес-центров. Особых примет и вредных привычек не имею. Вдовец.
– Я…– от последнего слова поперхнулась. Думала, Михаил либо завзятый холостяк, либо разведенный. Но чтобы так… – Мне очень жаль.
– Да ничего, – Михаил вздохнул, повертев чашку с кофе в руках. – Уже восемнадцать лет прошло с момента смерти Лизы. Боль давно ушла.
– Как это произошло? – знаю, не очень тактично о таком спрашивать. Но слова сами собой сорвались с языка. Если Белозерский сейчас разозлится, то правильно сделает. Нечего лезть куда не просят.
– Осложнение при родах. – я вздрогнула при этих страшных словах. – Было обвитие шеи малыша пуповиной. Все видели на УЗИ, но врачи убедили нас, что это не показатель к кесареву сечению и ребенок сможет появиться на свет сам. Но что-то пошло не так. Роды начались раньше срока и сильно затянулись. Когда приняли решение кесарить, то было уже поздно. Дочь родилась мертвой. Как мне потом объяснили – пуповина слишком сильно передавила шею младенца, а плацента отслоилась. Сделать было ничего нельзя. Лизу тоже не смогли спасти. Ночью открылось кровотечение и все было кончено.
– Какой ужас, – не выдержав, накрыла своей ладонью мужскую руку. В знак поддержки и сочувствия. Такую историю мне, как женщине, было больно слышать вдвойне. Я ведь хотела ребенка, очень хотела. Но думала чуть-чуть подождать, да и Глеб говорил, что сначала хочет пожить для себя, а потом уже заводить наследников. Вот и тянули, а затем наши отношения стали катиться от откос и закончились разрывом. Впрочем, с горечью приходится признать, что все к лучшему. А то еще из-за ребенка пришлось бы судиться.
Михаил грустно улыбнулся, а потом поднес мою ладонь к губам и поцеловал.
– Не то слово, Лана. Но я все это пережил много лет назад.
– Но при этом так и не женился, – заметила я.
– Я безумно любил жену. Такая любовь бесследно не проходит. Да, не скрою, у меня были женщины, все же я не импотент. Но ни на ком из них жениться не хотелось. Так, случайные связи без обязательств. Я считал, что это самое то для меня. А новый брак будет лишь предательством памяти жены.
– Понимаю, – попыталась убрать руку, но он мне не дал. Снова поднес ладонь к губам и поцеловал так, что внизу живота все заполыхало, а на щеках заалел яркий румянец.
– Но теперь, кажется, я готов изменить своим принципам.
Глава 15 Горячая ночь
Несмотря на мое смущение, вызванное словами Михаила, ужин прошел достаточно плавно и спокойно. Михаил рассказывал о себе, а я внимательно слушала.
Оказывается, он с детства увлекался футболом, причем надежды были на блестящую профессиональную карьеру. Но после тяжелой травмы колена и разрыва крестов, с мечтами пришлось попрощаться. Тем не менее при поддержке родителей он нашел свое место в жизни и помог превратить магазин спорттоваров, который держал отец в крупную сеть, а заодно создать сеть своих фитнес-центров.
Отец Михаила скончался семь лет назад от острого инфаркта. Осталась мама, по его словам чудесная женщина, которой было уже далеко за семьдесят. И младший брат, с которым он не общался уже больше десяти лет. И который только и мог, что швыряться деньгами. Азартные игры в казино, тусовки, шлюхи, наркотики. Никита Белозерский опускался на самое дно и не собирался останавливаться.
После крупного карточного проигрыша, который пришлось покрывать Михаилу, и скандального ареста, когда непутевому брату были предъявлены обвинения в незаконном приобретении и хранении наркотических веществ, они окончательно разорвали отношения. Михаил тогда спас брата от тюрьмы, но сказал, что больше вступаться не будет. Пусть выкручивается сам. Никита после этого даже на похороны отца не приехал.
За всеми этими разговорами мы незаметно закончили ужин, а потом и доехали до моего дома. Михаил вызвался проводить до двери, а потом вообще напросился на чай. Я же была настолько под впечатлением от его рассказов, что не стала отказывать.
– И тебе тут нормально живется? – мужчина скептически осмотрел мое маленькое жилище. В котором с его комплекцией он смотрелся настоящим Гулливером.
– Вполне себе комфортно, – улыбнулась. – Для меня одной места вполне достаточно. Вернее, для двоих.
Второй обитатель квартиры в этот момент как раз соизволил подойти к нам. Внимательно посмотрел на нас, сел у ног Михаила, недовольно мявкнул.
– Красавец какой, – с улыбкой присев на корточки, мужчина попытался погладить кота, но удостоился лишь порыкивания и коварного куся за палец.
– Характерный он у тебя, – усмехнулся Михаил. – Весь в хозяйку.
– Ой, прости, – погрозив коту кулаком, повернулась к гостю. – Вась не агрессивный. Впервые вижу, чтобы он кого-то укусил. – Нужно обработать? Есть спирт, перекись, хлоргексидин.
– Не волнуйся, – неожиданно подмигнул Белозерский, заставив меня выпасть в осадок. – У меня шкура дубленая. Кошачьим клыкам ее так просто не пронять. Чай лучше приготовь, хозяюшка.
Этим я и занялась. Поставила чайник, расставила на столе чашки. Ну и Василиану корм в миску положила. Это вообще первое дело при посещении кухни котовладельцем. Попробуй только забыть про кота – и потом он тебя с ума сведет.
Правда, двигаться пришлось осторожно, поскольку в моей кухоньке явно было мало места для двоих. Я постоянно задевала Михаила то ногой, то рукой. И это жутко смущало.
– Все-таки здесь чересчур мало места. – резюмировал он, когда я в очередной раз толкнула его локтем.
– На первое время пойдет. – покачала головой. – Я ведь сюда, можно сказать, на испытательный срок приехала. Чтобы посмотреть, приживусь ли в столице.
– Как я понимаю, ты вполне освоилась?
– Да. Так что после Нового Года займусь продажей квартиры. А потом подумаю над покупкой своей квартиры здесь. Ипотеку мне должны одобрить. Ой, чайник.
Я рванула к закипевшему чайнику, но не дошла. Запнулась о кота, покачнулась, а потом…
Один стремительный рывок – и я оказалась на мужских коленях. В совсем не приличной позе. Мужское колено вклинилось меж моих ног, руки сомкнулись на талии, а горячие губы коснулись чувствительной кожи шеи.
– Миша, – выдохнула возмущенно, но тем не менее сопротивляться не стала. Не могла, не хотела. – Ты что творишь?
– К черту чай, Лана. Зачем он нужен, когда тут такой десерт пропадает…
О да, мне тоже резко стало не до чая. Я поплыла под настойчивыми ласками мужских рук. Михаил проворно расстегнул пуговицы на моей рубашке и сдернул ее, как ненужную тряпку. Прошелся ладонями по предплечьям, плечам, животу. Расстегнул бюст и отбросил в сторону, обнажив ставшую неимоверно чувствительной грудь.
Я сходила с ума от самых простых прикосновений и меня не волновало, что меня ласкает малознакомый мужчина.
Развернув мое лицо к себе, Михаил начал меня целовать. Долго, умеючи, с упоением. Сквозь марево нахлынувшего возбуждения смутно помню, как мы переместились на диван, как его разложили, как мы оба остались полностью обнаженными.