«Тихие окончания в произведении использовать можно, но осторожно. Ему должна предшествовать интересная, интригующая предыстория, как например в „Прощальной симфонии“ Гайдна No 45. Иначе вместо концептуального вывода, выходит „вялый“ Fade Out.»
«Сочинять светлую, радостную музыку в России великий дар. Для этого надо носить в себе праздник, по-настоящему любить жизнь, оставаться как можно дольше ребенком и ценить людей, которые тебя окружают. Настрой себя, как музыкальный инструмент – и музыка польется сама:))»
«В современной музыке мне часто не хватает виртуозных каденций. Установка на „среднего“ исполнителя рождает „усредненную фактуру“. А у таких мастеров как Бетховен, каденционные переходы управляют дыханием формы, стоит лишь переслушать к примеру финал 3-го фортепианного концерта»
«Переделывать всегда сложнее, чем писать новую музыку. Переделка требует большего мастерства, владения ремеслом, так как подразумевает решение конкретной творческой задачи. Если композитор упирается, не хочет менять ни одной своей ноты – ни по просьбе исполнителя или режиссера, это делает честь его эго – упрямству, но не профессионализму. Любая композиторская задача имеет бесконечное количество вариантов решения, и только „лентяй“ останавливается, не хочет искать дальше. Обычно это выражается такой фразой: „Я так слышу“. На этом занавес, аплодисменты „принципиальному“ автору. Правда звучать они будут в пустом зале:))»
«Конфликт – хороший творческий импульс. В этом кроется ответ – почему профессиональные композиторы „иногда“ весьма сложные в общении люди. Раздражение трансформируется в сюиту, интрига – в вокальный цикл, а борьба с вселенским злом – в симфонию:)) Главное не потеряться, не перепутать, где творчество – а где реальная жизнь…»
«Когда меня спрашивают – с какого жанра стоит начинать осваивать искусство аранжировки, я не задумываясь называю вальс. В нем есть все – ритм – секция без которой не срастётся характерная „вращающаяся – кружащая“ пульсация; парящая мелодическая функция – требующая тонкого чутья в выборе комплекса инструментов, исходя из характера мелодии; бас – не выпирающий, но в тоже время уверенный, объемный; гармоническая чуйка – нет ничего хуже вальсов с „школьным набором“ гармонических прогрессий. И конечно гениальные референсы от Глинки, Штрауса до Прокофьева, Свиридова, Дога, Андрея Петрова, Дарио Маринелли. Вальс выручит всегда – и в симфонической сюите, и в театре, и в кино. Вечный жанр…»
«Хорошая музыкальная мысль – требует правильного оформления. Без артикуляции, агогики, подробной динамики, точно выписанных указаний исполнителю – при использовании „новых“ приемов и „расширенных“ техник – ничего не выйдет, ни в ансамблевой, ни особенно в оркестровой музыке. Счастливые исключения – Айвз например, только подтверждают правило. Для меня „золотой серединой“ подробности оформления нотного текста является Густав Малер. Все на своих местах, при этом без фанатизма – как у Брайана Джона Питера Фёрнихоу:))»
«При сочинении контрапункта к мелодии – в песне, в инструментальной пьесе надо стремиться написать ещё одного персонажа – яркого, интересного, психологически-эмоционально совместимого:)) По сути мелодию надо выдать замуж. Особенно любят и умеют сочинять контрапункты профессиональные аранжировщики, на этой территории они становятся полноценными соавторами композиторов, авторов мелодической идеи. Творческая кровь смешивается и… Был композитор и аранжировщик, а стало два композитора – соавтора.»
«„Вуальная линия“ в музыкальной фактуре – действенный прием, когда количество нот, в мелодической, гармонической или даже басовой функции по вертикали, варьируется. „Вуальная линия“ становится толще – больше нот, или Уже – одна нота, в зависимости от характера музыкальной фразы, задуманной композитором. Прием позволяющий добиться иллюзии динамических и тембральных изменений, оставляя их неизменными.»
«Сегодня многие композиторы выбирают курс на „безэмоциональную“ музыкальную эстетику. Я уважаю их выбор, но вижу в этой традиции определенные риски. Во-первых искусственный интеллект – AI – в этой эстетике скоро будет вне конкуренции, так как отсутствует критерий эмоционального воздействия на слушателя. На первый план выдвигается красота концепта и его реализация. А во-вторых часто за этим выбором слушатель – зритель, начинает искать творческое бессилие, как говорится эмоциональная шкала у этого автора, „как у стула“. Ну и в – третьих, полная „безэмоциональность“ музыки недостижима, так как в конечном итоге окрашивается эмоциональным восприятием слушателя.»
«Сегодняшнее время – эпоха малых форм в музыке. Темп жизни настолько велик, что создание музыкального произведения продолжительностью более 15—20 минут, способного полноценно увлечь слушателя, погрузить в иную реальность, становится сверхсложной задачей. Отсюда трагедия безысходности – „конец времени композиторов“. Дело не в конце, а в выросших требованиях по отношению к серьезной музыке. Чаще авторам просто не хватает таланта и владения ремеслом, чтобы удержать внимание слушателя. Так что стоит начинать с миниатюр – 2—3 минуты – прекрасный формат для современной пьесы, даже если не получилось – на композитора никто не обидется:)) А вот 50 минут неуправляемого „потока сознания“ – это потерянный вечер, беда, могут и поколотить…»
«Выбор темпа – что может быть проще? Но на деле – в партитурах молодых авторов нет метронома, как правило темп завышен – особенно критично в вокальной музыке, метрические модуляции не выписаны. Очевидные же вещи – Allegro в 18—21 веках разные темпы, а значит разная музыка. Так же как существует „цветной слух“ – на тональности, гармонические – сонорные сочетания, так и „чуйка“ на выбор темпа для композитора чрезвычайно важна, ее надо развивать. В практике работы на компьютере приходиться обращать на эту проблему особенно пристальное внимание – детально прорисовыввть агогику, находить актуальный BPM. И пусть вас не пугают значения BPM – 121,5, BPM 144,3 и т.д.. Это дыхание Вашей музыки и оно не может быть стирильно ровным… Как мы знаем ровный пульс у мертвеца или робота:))»
«Контрастная драматургия в музыкальном произведении – самый действенный способ захватить внимание слушателя. Динамический, жанровый, стилевой, тембральный контраст позволяет рассказать музыкальную историю, полную коллизий и неожиданных поворотов. Легко сказать – сложнее сделать. Каждый из драматических поворотов надо обыграть, сделать органичным, присвоить, поставить свою авторскую подпись, иначе произведение превращается в „нарезку“ эмоциональных пазлов. И здесь конечно преимущество у профессиональных композиторов – эрудитов – академический подход, знание классики даёт бесконечное количество драматических инвариантов, комбинируя которые можно найти верное направление. Любителям сложнее, они как правило мастера одной краски…»
«Микрохроматика – действенный прием преодоления „традиционно – стандартного“ звучания даже бытовой, простейшей интонации. При умелом использовании придает „вневременной“ характер звучания музыкальной фразе, путая слушателя: то ли это отголосок индийской раги, античной трагедии или „постцифровой программинг“ (авторский термин – пересочинение композитором стохастической композиционной модели, созданной на компьютере по определенному алгоритму). Микрохроматика лучше работает в прозрачной фактуре в пианиссимо. „Волшебству“ четверть бемолей – диезов нужно пространство:))»
«У каждого композитора со временем свои отношения – кто-то мыслит тактами, кто-то актами, кто-то в масштабе секунды – минуты – часы. Самое главное успевать записывать, само сочинение музыки, когда ты в потоке совсем не отнимает времени. Основной тормоз – внятная фиксация идей в нотном тексте. Процесс сочинения непрерывен, поэтому каждый раз думаешь набирая коллегу по телефону, может быть не стоит? А вдруг он сочиняет новую симфонию, собьешь с мысли – шедевр и не сложится:))?»
«Современный вокальный речитатив – тема для композитора весьма актуальная, а порой и загадочная. Путаницу вносят сами же авторы – стоит почитать предисловие Шёнберга к „Лунному Пьеро“ – про речевую мелодию, которая не должна напоминать пение или естественную речь, и при этом содержать различия между певческим и речевым звуком. Прочитаешь – попробуешь, и сразу чувствуешь себя клоуном в театре абсурда. Думаю лучший вариант – поставить в нотах пометку речитатив и уделить время творческой работе с исполнителем, поискать манеру, технику исполнения, сделать запись. Эта первая аудио-видео запись, спродюсированная самим автором, и будет лучшим предисловием – комментарием для будущих исполнителей Вашего шедевра:))»
«Нет ничего хуже незаконченной музыки, брошенной музыкальной идеи. Особенно когда она хорошая. Все равно что рассказать половину анекдота – всех заинтриговал, но никто не рассмеялся. Не бросайте своих „музыкальных детей“, уважаемые композиторы, будьте ответственными родителями:))»
«Искусство изящного перехода от одной музыкальной мысли к другой и есть основа владения музыкальной формой. Предыкты, связующие части, каденции, вступления – без них музыкальная речь теряет связность. Здесь главное чувствовать дыхание формы, напряжение – расслабление, вдох – выдох, и научиться себя сдерживать – не перегружать информацией связующий раздел – помнить что это лишь „портал“ для перемещения из мира одной музыкальной идеи в другой:)) Для меня источником вдохновения в области формы остаются сонаты и симфонии Бетховена и Гайдна, первый – в качестве сбалансированной идеальной системы соотношения частей, второй – свободы внутри системы.»
«„Цветной слух“ понятие размытое. С одной стороны он несомненно есть. Но… Мне кажется соответствие тональностей – цветов, понятие не статичное, а процесс. С годами моя шкала меняется – в детстве почти полностью совпадала с Римским-Корсаковым, не со Скрябиным, сейчас полностью изменилось восприятие F и G, коричневый и красный. Ну а с практической точки зрения сегодня больше работают на мой взгляд синестезии – тембр – цвет, чем цвет – гармония.»
«Асимметрия музыкальной фразы, мотива, предложения „живее“, предпочтительней „холодной“ уравновешенности, геометрической точности. Дополнения, расширения, вариабельные метры – размеры – приемов преодоления „квадратности“ очень много. Главное чтобы они шли не от головы, потому что „так надо“, а от сердца, как в фольклоре – свободно льющаяся музыкальная фраза, никогда не знаешь когда закончится:))»
«Наше время – время свободы в реализации формы внутри музыкального произведения. Смешно упрекать современного композитора в том, что у него невнятная заключительная часть, или отсутствует работа с материалом побочной партии в разработке. Но в этом есть и ряд проблем. Жёсткая формообразующая модель – это драматургическая формула, прекрасно себя зарекомендовавшая в произведениях целых поколений композиторов. Ее отсутствие сродни карте новой планеты, на которой нет сторон света. Двигаться можно, но в какую сторону не имеет значения – можно идти „на все четыре стороны“. Поэтому я всегда рекомендую молодым композиторам отталкиваться от формообразующих моделей прошлого, вне зависимости от материала. Модернизировать, подстроить под себя схему эффективнее, чем каждый раз создавать и тестировать новую».
«Фортепианная прелюдия – самый честный жанр, своего рода гравюра в музыке. Не спрячешься за фактурой оркестра и эффектами. Только компактная музыкальная идея и рояль, ничего лишнего. Поэтому при поступлении в консерваторию интересный цикл прелюдий в собственном исполнении – самый востребованный жанр. Симфонии и реквиемы тоже можно показать приемной комиссии, но лучше начать с прелюдий:))»
«Ищите свой C -dur (ДО-мажор). И в 21 веке тональная музыка должна быть у каждого композитора своя, оригинальная.»
«Самый частый промах начинающих композиторов – назойливое „ученическое“ остинато. Вместо того, чтобы быть важным элементом фактуры – накачивающим энергию, эти остинато выполняют роль назойливой мухи, жужжащей Вам на ухо. Ещё хуже, когда кроме этого остинато больше ничего нет, и нам предлагают послушать его в течении 10—15 минут. К концу такой пьесы хочется попросить пощады у композитора и исполнителя:)) Прошу не путать „ученические остинато“ с медитативной и мини музыкой, когда это часть эстетики и концепта, а также гениальным рок-риффами. Это абсолютно другая история…»
«Искусство гармонизации мелодический мысли – одно из важнейших для композитора. Для начала стоит освоить модальную, классическую, джазовую гармонию, а также гармонические системы 20 века – хроматическую тональность, новую модальность, полигармонию и др.. Затем основательно забыть первоисточники, и создать собственную систему и метод гармонизации мелодических идей. Как правило проблем с „забыть“ нет, а создать действительно жизнеспособную оригинальную гармоническую систему непросто:))»
«В фортепианной музыке второй половины 20—21 века было найдено много нового и интересного. Для меня наиболее ценные открытия, актуальные и сейчас – расширение и унификация тембровой палитры рояля у Джорджа Крама, развитие виртуозной фортепианной фактуры у Лигети. Также огромный вклад в современный саунд фортепиано внесли великие джазовые пианисты Чик Кориа и Херби Хэнкок. Сегодня для композиторов фортепиано – лидер среди музыкальных инструментов в области экспериментов со звуком. Новые горизонты открываются при использовании амплификации и обработке звуковыми эффектами в режиме реального времени тембра рояля. В этом случае грань между звучанием рояля и синтезатора практически стирается.»
«Залог успешного финала – жанровая, эмоциональная подготовка в предыдущей части. Два противоположных примера – ликование в финале 5-й Бетховена, готовится в скерцо со знаменитым предыктом, а у Брамса в 4-й – к трагедийному финалу – чаконе подводит солнечное, танцевальное Allegro giocoso. И потом пусть всякие Ганслики пишут, что „У меня такое ощущение, как будто меня отлупили два ужасно остроумных человека“, важно другое – смысловая точка поставлена, финал состоялся, концепт работает.»
«Искусство музыкального портрета в современной музыке встречается крайне редко. Думаю ответ очевиден – двумя, тремя крупными „мазками“ нарисовать в звуках личность, характер, не абстрактно, а реально – сложнейшая творческая задача. Тут нужен и особый талант, любопытство, наблюдательность и владение ремеслом. Для меня вершиной искусства музыкальной картины и портрета является творчество Модеста Мусоргского. В его „Картинках“, „Детской“, „Песнях и плясках смерти“ нет ни одного промоха, повтора – каждый образ решен с нуля, ну и самое главное кастинг персонажей – нет случайных героев.»
«При выборе метрической стратегии – как писать – квадратно на 4, или использовать постоянно меняющийся, вариабильный метр, или полную свободу, неограниченную тактовой чертой я руководствуюсь правилом – хочешь что-то доказать, подчеркнуть в музыке – внятный метр; философия, медитация, иногда лирика – свобода, разрушение квадрата.»
«Сочиняя вокальный опус надо стремиться к самодостаточности мелодии. Выключаем аккомпанемент, одна мелодия работает – чудесно, можно сочинять дальше. Очень часто композитор становится заложником текста, и мелодия выполняет формальные функции – доносит размер, ритмику стиха. Так может быть, если стихи гениальные, в данном случае мелодия «ныряет» под текст. Но гораздо интереснее решать сверхзадачу, найти место и интересной мелодии и не расплескать смысл стихов.