– Послушайте, моему терпению сейчас придет конец, – заметила инспектор.
– Значит, день прошел не зря… – Патологоанатом рассмеялся и взял свой планшет. – Я могу подтвердить, что за последние пять лет наша жертва ни разу не пыталась изменить свой образ жизни. Артерии забиты жиром из-за отсутствия физических упражнений. В доказательство могу привести его последнее меню: сосиски, яйца и хлеб с маслом и жареной картошкой.
– И сколько же кусочков хлеба он съел? – съехидничал Брайант.
– Два, – не задумываясь, ответил Китс.
Ким покачала головой. Мало кто из людей может понять такой черный юмор, без которого им было бы трудно выживать в их нелегких профессиях.
– Остальные органы находятся в сравнительно неплохом состоянии. Он не пил и не курил.
– Рада слышать, – заметила инспектор.
– Судьба благосклонна к тем, кто умеет сдерживать свое нетерпение, инспектор.
– Китс… – В голосе Ким послышалась угроза.
– Я насчитал на теле двадцать шесть ножевых ран, нанесенных лезвием приблизительно пяти дюймов[16 - Около 13 см.] в длину. Удивительно, но главные органы при этом не пострадали, хотя к тому времени он и был уже мертв. Жировая прослойка сделала свое дело.
Ким показалось странным, что, если б не перерезанное горло, то, что убивало Корделла в жизни, вполне могло спасти ему ее. Жир угрожал его сердцу и в то же время защищал другие органы.
– А раны, полученные при защите? – спросила Стоун.
– Он не защищался, но вы уже сами заметили рану на затылке. В костях черепа застряли два осколка стекла – я их извлек и сфотографировал.
Пока он не рассказал ничего, что Ким не видела бы ночью своими глазами.
– Ну а теперь, инспектор, ваше терпение будет вознаграждено, – произнес патологоанатом, беря в руки круглый пластиковый контейнер для биологических образцов.
– И что это такое? – Брайант взглянул через плечо Ким. – Похоже на сгусток крови.
– М-м-м-м… я не совсем уверен, сержант, что знаю, что вы подразумеваете под сгустком крови, – Китс нахмурился, – но да, это свернувшаяся кровь. Однако не только она. – С этими словами он поместил контейнер под микроскоп.
Ким взглянула в окуляр и увидела тоненькие волокна, точащие из образца.
– Это частицы волокон, – гордо заявил Китс. – Не могу сказать каких, до тех пор пока не отмою их, но они присутствовали в ране на шее.
– Синего цвета? – Ким взглянула еще раз.
– И это практически все, что я сейчас готов вам о них рассказать. – Патологоанатом, кивнув, посмотрел в сторону двери. – А вот и звезда нашего сегодняшнего шоу.
– Привет, Митч, – поздоровалась Ким с экспертом, вошедшим в помещение, держа в руках пластиковый пакет для вещественных доказательств.
– У нас есть волос, – торжественно произнес он, поднося пакет к свету.
– Только не надо устраивать из всего этого триллер, Митч, – проворчала Ким.
На бородатой физиономии эксперта появилась улыбка.
– Прости, я вовсе не хочу ничего драматизировать, но находка действительно важна, и я сейчас объясню почему. Волос состоит из трех слоев кератина: внутреннего, среднего, который составляет бо2льшую часть волоса и содержит красящее вещество – рассматривая волос под микроскопом, именно в этом слое мы ищем вкрапления воздуха и особенности структуры, по которым определяем идентичность волос, – и кутикулы, внешнего слоя, который покрывает волос и напоминает под увеличением рыбью чешую или черепицу на крыше. Для определения человеческих волос и для их сравнения используются различные шкалы. Помимо этого, есть еще такая штука, как медулла, которая не обязательно присутствует во всех волосах, но когда она есть, то превращается в сердцевину волоса, в которой концентрируются все клетки.
– Ну а дальше-то что? – задала вопрос Ким, которой надоел этот ликбез.
– Как вы знаете, из волоса можно выделить ДНК. Но в отдельно взятом волосе клеток не найдешь, так как они сконцентрированы в его корне, и даже при полимеразной цепной реакции…
– Митч, а дальше что? – настойчиво повторила свой вопрос Ким. Она вовсе не нуждалась в том, чтобы ей объяснили процесс выделения ДНК. И если это только не абсолютно необходимо, то она вполне может обойтись без деталей.
– Я не могу выделить ДНК, – признался эксперт.
Черт, именно это она и ожидала услышать.
– Но если у вас будет подозреваемый и вы предоставите мне его локон, то я смогу определить идентичность.
Ну наконец-то хоть одна хорошая новость.
– Но… – продолжил эксперт, пожимая плечами.
– Знаю. Любой мало-мальски приличный адвокат оспорит то, как этот волос попал на жертву.
– Для того чтобы получить ДНК, мы обычно используем клетки, которые получаем из соскобов с внутренней стороны щек, – Митч кивнул. – Совершить преступление и не оставить ДНК практически невозможно. Весь вопрос в том, как ее обнаружить. Те преступники, что поумнее, вообще не пытаются скрыть преступление. Они не двигают тело и не отрезают жертве голову, потому что все это повышает шанс оставить следы. Эти люди просто стараются скрыть любую связь с жертвой. А ведь достаточно одного короткого похода в магазин – и вы превращаетесь в ходячую фабрику по производству улик. Взять, например, вас с Брайантом. – Тут Митч посмотрел на них. – Каждый день вы по многу часов проводите в компании друг друга. И обмениваетесь таким количеством…
Ким зарычала.
– Поверьте, командир, – вмешался в разговор Брайант, – мне это так же противно слышать, как и вам.
Китс хихикнул.
– Ладно, с меня достаточно, – с этими словами Стоун отошла от стола. – Всего вам хорошего, ребята. – Она быстро вышла из помещения.
– Аллилуйя, – сказал Брайант, догоняя ее. – Рад видеть, командир, что твои ноги стали так же быстры, как и твои мысли. Ну и что мы здесь выяснили?
– То, что опытный убийца не станет перемещать свою жертву.
– И, как мне кажется, мы сами давно это знаем, – заметил сержант.
– Мы знаем, что нашу жертву ударили чем-то стеклянным, хотя в парке, на месте преступления, никаких следов стекла не нашли. Так что нападение произошло где-то в другом месте. Значит, у нас есть два места преступления и два места, где можно было оставить улики.
– И?…
– Кроме того, мы выяснили, что опытные убийцы оставляют трупы там, где ДНК практически невозможно выделить, – в торговых центрах, на железнодорожных станциях, – то есть там, где количество разных ДНК не позволяет выделить одно-единственное необходимое. А этого парня убили в парке. И у нас есть обрывки волокон, волос и след обуви… – Ким почувствовала надежду, словно Рождество было уже не за горами.
– Что ты хочешь этим сказать? – поинтересовался сержант.
– Все это ошибки новичка, Брайант. И я хочу сказать, что наш парень убил впервые в жизни.
Глава 13
Дом Корделлов в Хартлбери удивил Ким.