Оценить:
 Рейтинг: 0

Сэр Найджел Лоринг

<< 1 ... 6 7 8 9 10 11 12 >>
На страницу:
10 из 12
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
– Да, они поехали дальше. Но мы тоже можем вам помочь.

– Тогда умоляю, скорее! Ведь они, может быть, убивают его! Они потащили его вон в тот лес, и я слышала, как голос его замер вдали. Скорее, умоляю, скорее!

Найджел спрыгнул с лошади и бросил поводья Эйлварду.

– Э, нет, сэр. Мы пойдем вместе. Сколько там было разбойников?

– Два здоровенных детины.

– Тогда я тоже иду.

– Нет, Эйлвард, ни в коем случае, – сказал Найджел. – Но такому кустарнику лошади не пройдут, а бросать их тут, на дороге, нельзя.

– Я постерегу их, – вмешалась дама.

– Нет, Поммерса вам не удержать. Оставайся здесь, Эйлвард, пока я не позову. Ни с места! Это – приказ.

Говоря так, Найджел, с глазами, горящими от радости в ожидании приключений, выхватил меч и бросился в лес.

Он бежал быстро и долго; пересек одну поляну, другую, продрался сквозь густой кустарник, с легкостью оленя перемахнул через заросли терна, вглядываясь то в одну, то в другую сторону, изо всех сил напрягая слух; но до него доносилось лишь воркованье диких голубей. Однако он упорно продвигался вперед, в мыслях видя перед собой то рыдающую женщину, то ждущего спасения мужчину. И только когда заныли ноги, он, задыхаясь, остановился и вспомнил, что ему еще нужно уладить собственные дела и что пора вернуться на Гилдфордскую дорогу.

Между тем Эйлвард по-своему старался утешить женщину, которая рыдала, уткнувшись лицом в седло Поммерса.

– Ну-ну, не плачьте, красавица, – говорил он, – а то, глядя на вас, я и сам заплачу.

– Увы, добрый лучник, он был лучший из отцов, такой нежный и ласковый. Если бы вы знали его. Он бы и вам полюбился.

– Ну-ну, полно! С ним ничего не случится. Сквайр Найджел приведет его обратно.

– Ах нет, я больше никогда его не увижу! Держите меня, лучник, не то я сейчас упаду.

Эйлвард крепко обхватил ее гибкую талию. Теряющая сознание женщина прильнула к нему, закинув руку ему на плечо и обратив бледное лицо назад.

Вдруг Эйлвард увидел, что выражение ее глаз изменилось: в них мелькнула надежда, потом неистовая радость и торжество победы, – и понял, что надвигается какая-то опасность. Он живо оттолкнул ее от себя и отпрыгнул в сторону – и как раз вовремя: на него едва не обрушился удар дубины, которую держал в руках человек еще более высокого роста, чем он сам. Он успел увидеть сжатые в бешеной ярости страшные белые зубы, взметнувшуюся всклокоченную голову и сверкающие звериные глаза. В следующий миг он, резко уклонившись от нового сокрушительного удара дубины, бросился на противника.

Обхватив обеими руками разбойника, прижав лицо к его косматой бороде, Эйлвард, задыхаясь, едва переводя дух, стал сжимать его огромное тело. Это была борьба не на жизнь, а на смерть. Они топтались на пыльной дороге, то подаваясь в сторону, то отступая в другую. Дважды под натиском невероятной мощи разбойника Эйлварду едва удавалось удержаться на ногах, и дважды сила и ловкость молодости помогли ему устоять и еще крепче сдавить противника. Наконец ему повезло, он сумел подставить ногу и одним могучим рывком повалить разбойника на землю. Падая, тот хрипло закричал. Едва он коснулся земли, как Эйлвард придавил его коленом и, погрузив свой короткий меч в густую бороду, прижал острие к горлу.

– Клянусь своими десятью пальцами, – вымолвил он, с трудом переводя дух, – только шевельнись, и тебе конец.

Разбойник лежал неподвижно, оглушенный падением. Эйлвард оглянулся. Женщины нигде не было – при первой же схватке она исчезла в густом лесу.

Тогда Эйлвард забеспокоился о судьбе хозяина. Ему пришло в голову, что Найджела заманили в ловушку и там прикончили. Но, к счастью, его опасения были напрасны, вскоре хозяин показался на дороге – он вышел на нее недалеко от места встречи с незнакомкой.

– Клянусь святым Павлом! – воскликнул он, подходя. – На ком это ты сидишь? А где женщина, которая удостоила нас просьбой о помощи? Увы, я не нашел ее отца.

– Тем лучше для вас, сэр, – ответил Эйлвард, – боюсь, что отец у нее сам дьявол. Она же, видно, и есть жена Патнемского волка. А вот это – он сам. Он напал на меня и чуть не вышиб мне дубинкой мозги.

Разбойник, открывший к тому времени глаза, перевел злобный взгляд со своего победителя на вновь пришедшего.

– Тебе повезло, лучник, – сказал он, – много с кем мне приходилось бороться, но еще никому не удавалось меня одолеть.

– Верно, хватка у тебя, как у медведя, – ответил Эйлвард. – Да ведь только трус поступает так, как ты, – ты хотел размозжить мне палкой голову, пока твоя жена держала меня. К тому же подло заманивать проезжих в ловушку, взывая к их жалости и прося о помощи. Мы едва не поплатились жизнью за доброту сердца. Ведь может случиться, что тот, кому по-настоящему нужна наша помощь, не получит ее. И этот грех тоже будет на тебе.

– Коли против тебя весь мир, – угрюмо ответил разбойник, – деваться некуда, надо бороться изо всех сил.

– Ты заслужил виселицу уже за одно только, что втянул в свое грязное дело ту красивую женщину с благородной речью. Свяжи ему руки поводьями, Эйлвард, мы отведем его в Гилдфорд.

Лучник уже достал из сумки запасную тетиву и связал пленника, как вдруг Найджел обернулся и испуганно вскрикнул:

– Пресвятая Дева Мария! А где моя седельная сума?

Сума была срезана острым ножом. С седла свешивались лишь концы ремня. Эйлвард и Найджел в ужасе уставились друг на друга. Потом молодой сквайр поднял сжатые в кулаки руки и в отчаянии схватился за голову.

– Браслет леди Эрментруды! – воскликнул он. – Кубок моего деда! Мне нельзя их потерять! Лучше смерть! Что я ей скажу? Я не могу вернуться домой, пока их не найду. Эйлвард, Эйлвард, как же ты дал их украсть?

Честный лучник откинул стальной шлем и почесал взлохмаченную голову.

– Ума не приложу, как это случилось. Да и вы не говорили, что в сумке есть что-то ценное, а то бы я лучше смотрел за ней. Конечно, это сделал не он, я его ни на миг не выпускал из рук. Срезать сумку могла только та женщина, что убежала, пока мы боролись.

Найджел в растерянности топтался на дороге.

– Если бы я знал, где найти эту женщину, я пошел бы за ней хоть на край света. А искать ее в этом лесу – все равно что мышь в пшеничном поле. Добрый святой Георгий, ты, который поверг дракона, молю тебя, во имя твоего славного, благородного подвига, помоги мне! И ты, великий святой Юлиан, покровитель всех путников, попавших в беду! Две свечи будут вечно гореть перед твоим изображением в Годлминге, только верни мне сумку. Господи, я отдам все что угодно, только бы вернуть ее!

– А вы отдадите мне мою жизнь? – вдруг подал голос разбойник. – Обещайте дать мне свободу, и вы получите сумку. Если, конечно, взяла ее моя жена.

– Нет, этого я не могу сделать: пострадала моя честь, – ответил Найджел. – Потеря – мое личное дело, освободить же тебя – значит нанести ущерб другим людям. Клянусь святым Павлом, я поступил бы бесчестно, если бы, спасая свое имущество, отпустил бы тебя грабить чужое.

– Я вовсе не прошу отпустить меня, – сказал Патнемский волк. – Только обещайте, что мне сохранят жизнь, и я верну сумку.

– Этого я тоже не могу обещать: твою судьбу решат шериф и судейские в Гилдфорде.

– Тогда обещайте только замолвить за меня словечко.

– Вот это я обещаю, только верни мне сумку. Правда, я не знаю, поможет ли тебе мое слово. Впрочем, все это пустые разговоры. Неужто ты думаешь, мы так глупы, что поверим, будто ты вернешься, если мы тебя отпустим?

– А я и не прошу об этом. Я могу вернуть сумку, не сходя с места. Вы поклянетесь честью и всем, что вам дорого на свете, что будете просить судей о снисхождении?

– Клянусь.

– И что жену мою не тронут?

– Тоже обещаю.

Разбойник закинул голову и издал протяжный пронзительный крик, наподобие волчьего воя. Некоторое время ничего не было слышно, а потом из лесу неподалеку раздался такой же крик, чистый и пронзительный. Патнемский волк крикнул еще раз, и сообщница снова ответила. Он позвал в третий раз, как олень в чаще зовет свою олениху. И тут же зашуршали листья кустов, затрещали ветки, и перед ними снова появилась та удивительно красивая высокая женщина. Лицо ее было бледно. Не взглянув ни на Эйлварда, ни на Найджела, она подбежала к мужу.

– Дорогой, любимый повелитель, – вскричала она, – тебе не сделали ничего плохого? Я ждала возле старого ясеня, а вы все не шли и не шли.

– Видишь, жена, меня все-таки схватили.

<< 1 ... 6 7 8 9 10 11 12 >>
На страницу:
10 из 12