Смутное время. Том 1

Глава 10

Напитавшийся во время схватки щит не давал сесть в маговоз. Дурацкая ситуация, с которой Элиза никак не могла справиться, сама переполненная магией. Андрон ехидно поглядывал на ее потуги, не делая даже попыток протиснуться в двери машины. В конце концов, девушка повернулась к пожилому мужчине в красной форме, развела руки и пожаловалась: «Мне нужно как-то сбросить магию». Тот задумчиво прищурился, сунул руку в карман и достал крупные часы на цепочке.

— Можете вливать сюда без опаски. Они с предохранителем, — сказал мужчина, протягивая Элизе предмет.

— В часы?

— Это накопитель, долгое время служивший просто часами. Вам не известно, как им пользоваться? Просто возьмите в руку, потянитесь нитями. Только вливайте лишь один вид магии. Не смешивайте.

Элиза несмело прикоснулась к часам и тут же ощутила, как отозвался Воздух и мгновенно втянулся в артефакт. Какое облегчение. К сожалению, других магических вещичек не нашлось. Чтобы не перегружаться снова, девушка попробовала поэкспериментировать: приблизилась к Андрону, объединила их щиты, а после, добавив немного силы, растянула пузырь на весь маговоз, не забыв аккуратно присоединить мага с часами. Прежде чем сесть в машину, пожилой маг представился: «Трофим Добров».

Маговозом управлял еще один мужчина в красной форме. Ехали молча и совсем недолго. Всю дорогу Элиза думала, как избавиться от щита, и решила применить тот же принцип, что в тренировочных залах Академии, когда доспехи накрывали силой. Теперь маговоз за исключением дверей был покрыт невидимой прочной скорлупой.

Минув ворота, они остановились у крыльца роскошного особняка. Уже на пороге на шею Андрона бросилась такая же яркая, как он, женщина. Элиза залюбовалась двумя мастерами Огня. У них даже нити вились по телу похожими узорами, не оставляя сомнений в близком родстве. Только у сына выделялись в ядре голубое и синее пятна. А у матери помимо алых, встречались темные нити.

Элиза тихонько опустилась на стул у стены. Виски ныли, раздражало бурное обсуждение Добровыми последних событий, хотелось оказаться с детьми на скрипучей кровати на лагодской Зеленой улице и не видеть больше Столицы даже в страшных снах. Вместе со всеми магами.

Наверное, она задремала, потому что стакан с питьем возник перед лицом совершенно внезапно. Элиза дернулась и подняла голову. Пожилой Добров протягивал ей какое-то зелье. Голоса матери и сына доносились из смежной гостиной. Через открытую дверь видно было, как маг удобно устроился на диване, положив голову женщине на колени. Она ласково перебирала светлые волосы.

Хозяин дома дождался, пока опустеет стакан, забрал его и отставил на комод рядом.

— Теперь я бы хотел услышать вашу историю, — произнес отец Андрона, глядя на Элизу, и добавил громче, — прошу всех проследовать в приемную.

Сам сел за стол, девушку усадил на стул напротив. Мать с сыном разместились в креслах у стены. После долгих подробных расспросов о похищении дотошный дипломат перешел наконец к вопросу о клятвах. Вконец измученная девушка уже не была уверена в точных формулировках, но твердо стояла на том, что Андрон обязан позаботиться о детях, даже если ей посчастливилось сегодня не погибнуть.

— Нет, я не требую, чтобы он с этого дня занялся моими детьми. Только после моей смерти. Сейчас я хочу лишь предоставить нужную для исполнения клятвы информацию и вернуться к Эдгару и Эстер. Ой, а вы бы могли помочь мне добраться до Академии?

— Значит, вам не нужна ни финансовая, ни какая-либо другая помощь от семьи Добровых? — как ни в чем не бывало продолжал старший маг. — Протекция, доступ к семейным артефактам, аналитические прогнозы?

— Только вырезка из газеты с фотографией участников новогоднего бала студентов-магов 15-го года от возникновения Республики. Она хранится у меня в комнате. Я, конечно, объясню на словах, но так понятнее будет, наверное. Позже тогда передам Андрону. В Академии.

— А для чего нужна эта фотография? — даже растерялся Трофим.

— Там изображен отец моих детей. Мы с ним на балу встретились. Случайно все получилось. Он не знает ни о чем, но я так подумала... Дети же сильные маги, как и он. Вдруг он захочет... поучаствовать в их судьбе.

— Детей сколько, какой дар?

Маг жестом велел сыну не вмешиваться в беседу. Тот что-то сердито зашептал матери.

— Мальчик и девочка, Вода-Воздух и Огонь-Воздух. Они двойняшки, хоть и записаны в разные годы.

— Как такое возможно? — прищурился Трофим.

— Дочь в первые же минуты появления на свет подожгла простыни. Я была без памяти, а мои родители — они из Свободного мира. Испугались, отдали ребенка акушерке и приплатили за молчание. Мне сказали, что родился сын. — Элиза вздохнула. Говорить о прошлом было тяжело. — Правда выяснилась позднее. Я разругалась с родителями, ушла из дома. Дочь я нашла позже в приюте, забрала, доказав кровное родство. С тех пор мы вместе в Лагоде жили, теперь вот в Академии. Мне ничего от вас не нужно, правда. Только надежда, что если меня не станет, дети не останутся совсем без поддержки. Что их никто не обидит.

В комнате надолго повисла тишина. Хозяин дома погрузился в мысли, никто не желал ему мешать, пока он сам не прервал паузу:

— Вы пробовали найти этого человека?

— Я не знаю его имени. Он был в маске.

— Вы же берегиня, да? Значит, должны видеть ауру, ядро, нити. Или вы не искали? Почему?

— Во-первых, его маска скрывала не только лицо, но и полностью размывала магический рисунок. Могу сказать только, что это был мастер. Во-вторых, да! Я не искала! Не хочу его видеть.

Андрон теперь стоял, опершись руками в торец стола, и смотрел на Элизу, раздувая ноздри. Его мать застыла, прижав пальцы к губам.

— Как выглядела маска, в которой был юноша? — вкрадчиво поинтересовался маг Воздуха и Воды.

— Черно-белая. Разделена на четыре части...

— Принеси снимок, — приказал отец сыну, даже не дослушав.

На стол перед Элизой легла большая четкая фотография в рамке — не чета ее газетной вырезке. Она уверенно указала пальцем на Того, кого нельзя вспоминать. Ахнула Доброва. Закрыл руками лицо Трофим. Андрон несколько раз открывал рот, собираясь что-то сказать, но так и не издал ни звука.

Первым молчание снова нарушил хозяин дома:

— Эта маска — семейный артефакт Добровых. Двенадцать лет назад один одаренный, но излишне самоуверенный юноша вынес ее из тайника и щеголял на маскараде. Если все сказанное вами правда, — а я, с вашего позволения, кровное родство проверю, — то отец ваших детей вот он — Андрон Добров, маг трех стихий — Огня, Воздуха и Воды.

— Знаете, а у вас нити таким же узором переплетаются, как у Эдгара, — произнесла Элиза и провалилась в обморок.

Громкие голоса больно ударяли в уши. Берегиня с трудом приоткрыла глаза. Добровых было слишком много, ярких, шумных, взволнованных. Ее перенесли в кресло и теперь спорили, активно жестикулируя, изредка ударяя по столу. Элиза почувствовала, что если немедленно не покинет этот дом, попросту взорвется — плеснет радужной смесью сил, чтобы только ее оставили в покое.

Попытку побега заметили и тут же пресекли. Выслушав ее жалобную просьбу вернуться к детям, Трофим вынес вердикт: пока полицейские будут составлять отчеты и информация о берегине не дойдет до Совета, Андрон и Элиза обручатся, после чего никто уже не посмеет задерживать девушку по подозрению в убийствах, подлоге и сокрытии наследников рода. Только прежде следовало подтвердить кровную связь: Трофим договорился по телефону о проверке родства артефактом уже сегодняшним вечером.

Сложно было сказать, что возмутило берегиню больше — замужество в приказном порядке или список собственных преступлений. Она точно знала только, что сойдет с ума, если сейчас же не увидит своих детей. В Академию отправились на трех машинах, чтобы хватило места для Терри и Гарри. Андрон молчал всю дорогу и только диковато косился на девушку.

Глава 11

В семь вечера Эльдар ожидал застать детей в комнате, но ему сообщили, что те потеряли счет времени в тренировочном зале, и никто пока так и не решился сообщить им об исчезновении матери. Перед входом дежурил Зверь — однорукий ветеран, обучающий магов технике боя. Айсберг легким кивком уточнил: «Там?» Тренер кивнул и, положив руку на дверь, спросил:

— Что там с берегиней?

— Давно понял?

— Четыре дня назад она потоптанную пшеницу подняла. Я сообщение в управление кинул.

Эльдар кивнул и вошел в зал. Картина перед ним предстала чудная: мальчик и девочка, совсем еще маленькие, стояли спина к спине в центре большой магической сферы. На Айсберга не обратили внимания, зато при виде тренера девочка радостно закричала: «Дядя Зверь, запульни!» Ветеран чуть улыбнулся и запустил в детей каменный дротик, который чиркнул по поверхности и ушел вбок. Пущенная стрела повторила маневр. Потом Зверь стремительным рывком подхватил с пола мяч и бросил в центр сферы. Тот отскочил так резко, что Эльдар еле успел уклониться. Девочка хихикнула и подзадорила: «Давай нож!».

Тренер выхватил из рукава тяжелый метательный клинок и послал в нижнюю часть сферы, чтобы не убить ненароком. Соскользнул! Второй нож полетел в центр. Встрял. Нет, просто сильно замедлился. Потом начал шевелиться, как будто кто-то дергал его за ручку. А после — взрослые маги не верили глазам — кончик стал плавиться, каплями падая на пол.

Айсберг почувствовал азарт. Ледяная стрела чиркнула по сфере. Форма шара обычно не использовалась магами из-за громоздкости и неэкономности, но вот оно преимущество налицо. Требуется попасть точно в центр, чтобы снаряд мог хотя бы попытаться пробить щит. Вторая ледяная стрела воткнулась рядом с ножом и повторила необъяснимый маневр. Девчонка зажимала рот рукой, чтобы не хохотать в голос. Эльдар настолько увлекся, что не засек вовремя гостей.

От дверей раздался звонкий женский голос: «Что тут происходит?!» В ту же секунду дети с криками «мама» бросились ко входу, забыв про щит. Пространство завибрировало. Не успел Айсберг поднять ледяную стену, как хрупкая девушка легким взмахом руки выставила перед людьми экран, за которым в тот же миг хлопнул взрыв. Дети прижимались к пыльному платью, мать гладила их по плечам, спинам, трепала волосы, целовала макушки. Эта сцена болью кольнула Эльдара в сердце. С самого раннего детства он остро завидовал детям берегинь — всегда обласканные, любимые. Всех троих связывали крепкие золотистые нити семейных уз. Внезапно мальчик взглянул ему прямо в глаза, будто почувствовал льющуюся зависть.

Айсберг отвернулся к Добровым. Старший щурился, просчитывая варианты. Лава с любопытством разглядывала детей. Андрон задумчиво тер подбородок и косился на Эльдара, странно смотрящегося в полицейской форме. Бастард ждал, какую партию решит разыграть глава дипломатической службы. Пауза затягивалась. Видимо, первый шаг опытный интриган решил предоставить советнику.

Эльдар склонил на секунду голову к правому плечу. «Свечение Жизни показывало, что девушка ужасно измотана — ей бы отдохнуть. Судя по тому, что на ее защиту сразу не бросаются, прав у Добровых на берегиню нет. Но до утра Трофим точно вывернет все по-своему. Значит, выбора особо и нет». Айсберг приблизился к группе обнимающихся и произнес:

— Элиза Безродная, прошу проследовать за мной для дачи показаний по делу похищения Андрона Доброва, уж простите, позволю себе опустить перечисление всех его титулов. — Легкий поклон в сторону дипломатов. — Дети останутся под опекой Академии.

— Прошу отсрочки исполнения, — вступил в игру Трофим.

— Причина?

— Прошу о проведении немедленной проверки кровного родства между моим сыном и этими детьми. Ваше заключение ведь будет иметь юридическую силу?

Айсберг мысленно зааплодировал: «Вот ведь старый пройдоха — разыграл против меня мои же способности. Но если требует срочно выяснить, а не тянет время, значит, в родстве не уверен. Любопытно.»

— Разумеется. Аргументируйте срочность мероприятия.

— В случае подтверждения кровной связи я хотел бы взять их под опеку рода.

Эльдара удивило, что ему так легко уступили берегиню. Ставила в тупик и эмоциональная реакция девушки, точнее отсутствие нормального в такой ситуации страха, растерянности, злости, наконец. Только обреченное смирение, как у смертельно больного человека. Дети находились в полном недоумении. Похоже, их происхождение до сих пор оставалось тайной.

Айсберг вытянул вперед руку ладонью вверх и позвал:

— Прошу подойти Андрона Доброва и вас, молодой человек.

— А можно я первая? — спросила девчонка и, не дожидаясь ответа, подошла.

Первым на ледяную ладонь опустил руку Добров. Поморщился. Малышка уверенно шлепнула свою, даже не моргнув, когда Эльдар накрыл ее пальцы своей ладонью. Через пару минут, держа каждого за руку, маг Жизни медленно разделил ладони. Эдгар ошалело следил, как между сестрой и огненным магом растягивается тонкая золотая нить.

— Родственную связь подтверждаю, — объявил Айсберг. — Теперь вы, юноша.

— Эдгар Безродный, к вашим услугам, — прозвучало от мальчика. От холодного тона и подобного имени на Эльдара повеяло имперским прошлым.

Айсберг взял Эдгара за руку. Ребенок вздрогнул.

— Холод придется потерпеть, — сказал Эльдар, приблизил детскую ладонь к руке Андрона, всмотрелся пристально и объявил:

— Родственную связь подтверждаю.

— Но мы даже не соприкоснулись, — возмутился маг трех стихий.

— Нет необходимости, между вами уже протянулась нить связи. Пока тонкая, но разовьется, если будете проводить вместе больше времени.

Лава, до этого сжимавшая локоть мужа, кинулась обнимать сына. Трофим многословно благодарил мага Жизни — видимо, тоже сказывался стресс. Айсберг прислушивался к разговору Безродных. Мать, присев на корточки, тихонько объясняла детям, что семья — это замечательно. Просила не сердиться, что папа нашелся так не скоро. Плавно увела разговор на то, что сегодня ей пришлось совершить много плохих дел, поэтому она поедет с дядей полицейским. Последние фразы берегини совсем уж походили на прощание перед вечной разлукой. Эльдар двинулся в их сторону. Элиза тут же встала, поцеловала обоих детей в макушки и выжидающе уставилась на мага.

— Идемте, дети. Вашей маме пора, а мы с вами сейчас поедем посмотрим на ваш новый дом. — Пожилой дипломат начал вживаться в роль дедушки.

— Место жительства они смогут сменить только после получения диплома Академии, — возразил Айсберг.

— По какой причине, позвольте поинтересоваться? — Трофим сердито прищурился.

— Перечитайте параграф о правилах обучения магов уровня мастеров.

— Мастеров? — Добров еще сильнее сузил глаза.

— Я не пробил их щит. Еще доказательства нужны? Вы вполне можете окружить детей семейным теплом и родственной заботой в стенах Академии. За пределы этих стен, если не ошибаюсь, без опеки берегини выход им запрещен.

Айсберг кивнул на прощанье и пошел к выходу. Дипломат, пораженный, отступил. Дети, как показалось Эльдару, немного расслабились. Берегиня еще раз потрепала их по голове и поспешила следом.

«Стенку эту вы мне в качестве учебного пособия оставили?» — вдруг подал голос забытый всеми Зверь. Элиза вздрогнула, молча вернулась к экрану, приложила руку и магические возмущения исчезли вместе с остатками детского щита. Айсберг понял, почему Добровы так легко позволили забрать берегиню. Очистив зал, девушка подошла к выходу. Эльдар пропустил ее, придержав дверь. Сам задержался в проеме. Обернулся на пристальный взгляд ясно-голубых, как у матери, глаз Эдгара и мысленно пообещал: «Я верну ее вам». Мальчик кивнул.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.