Железная леди 2. Продвинутая артефакторика

Глава 14

Конечно, идея была так себе. На обратном пути мы прошли как раз мимо станции коммутографа и оценили обстановку. Ну, силовой захват нам, понятное дело, не потянуть. К тому же, теперь я не уверена, что он сломан или взорван. По крайней мере, внешних следов того, что тут происходило что-то подобное, не было, что, впрочем, совсем ничего не значит. Но все же скорее, его просто отключили.

– Если весь этот хаос был не хаосом, а организованной дезинформацией под диктовку одного человека, то никакие наемники коммутограф не повреждали, просто сделали вид, – поделилась я с Уориком своими выводами.

– Я вынужден с тобой согласиться. Он не может работать вслепую без связи с внешним миром. Он хотя бы должен знать, что там происходит и что планируют делать Рин.

– Именно. Но нам это ничего не дает, там такая охрана, что даже если оборудование не нуждается в починке, нам туда все равно не пробраться.

– Будем думать. Когда-то же они его включают, верно?

– Хочешь попытаться уловить сигнал и подключиться к разговору? – посмотрела я на мужчину. – Не получится.

– Не к разговору, конечно. Это же проводная связь, без доступа к самому устройству и установления в нем шпионских артефактов прослушать ничего не получится.

– И я о том. Тогда что тебе даст информация, что коммутограф включен?

– Не знаю пока, – Уорик задумчиво почесал подбородок, обернулся и посмотрел на здание, окруженное охраной. – Надо думать.

– Если только…

– Что?

– Ты знаешь, где выход кабелей коммутографа?

– Понятия не имею, – покачал головой тот.

– Я просто подумала, что в момент включения можно попробовать подключиться к свободной линии физически, но не на самой станции, а по схеме ниже, чтобы избежать необходимости связи через телефонистку.

– Да? И ты знаешь, как это сделать?

– Я знаю, что такое возможно в принципе, – чуть умерив боевой задор, ответила я. – Но вот как это сделать, не имею ни малейшего представления.

– Вот и я не имею.

– Два артефактора, один из которых шпион…

– Мы не обязаны и не можем знать все. Так-то ты тоже в Гвардии служила, – обиженно ответил Уорик.

– Ну тебя же должны были учить, как действовать, если нет связи.

– Это не значит, что я разбираюсь в подобной специфике. Еще как-то починить городской коммутограф – это можно было бы подумать, но вот так, где-то взять схему, найти нужный узел, подключиться к нему без соединения телефонисткой – это инженерная задача, а не артефактная.

– О, может, захватим и допросим какого-нибудь телефонного мастера? Они же тут должны быть…

– На каком основании и куда мы его потом денем? Если отпустим, то он же в полицию побежит сразу, а убивать…

– Ну да… Но, может, удастся найти того, кто знает, как это делается, но не согласен с тем, что происходит?

Уорик только насмешливо посмотрел на меня, но даже комментировать никак не стал. Потому что, ну а как такого человека без подготовки вычислить?

– Я не пользовался для связи городским коммутографом не просто так, – через некоторое время сказал он, когда мы уже дошли до почти пустого центра города.

Точнее, он был не совсем пуст, то тут, то там встречались группки людей, явно делящихся последними новостями, а также военных, степенно прогуливающихся между ними и якобы поддерживающих порядок.

– Тебе не кажется это странным? – настороженно спросила я Уорика.

– Что именно? – спросил тот, аккуратно осматриваясь. Все же, мы не хотели привлекать к себе внимания, бросая пристальные взгляды на военных или эти группы людей.

Все выглядело сейчас, конечно, спокойно и прилично, но мне казалось, что от серьезных беспорядков в городе нас отделяет одна вспышка, которая может возникнуть из ничего. Например, из-за неосторожного взгляда.

– Где полиция? Мы не встретили ни одного полицейского, ни полуночного, ни полуденного. Людей в форме нет.

– Я, конечно, мог бы предположить, что они все надели гражданское, но я в этом сомневаюсь. Тоже обратил внимание.

– Куда теперь, домой? – уточнила я.

– Да, давай домой, но я бы еще зашел к Сарору. Можно попробовать у него уточнить, что с полицией.

– Можно, тем более, он сам сказал, заходить, если что. Правда, тут не у нас что-то случилось, а у целого города и окрестностей.

– Только аккуратнее надо, без оценки, – предупредил меня Уорик. – А то еще неизвестно, на какой стороне он сам.

– Мы тут просто работаем, – чуть улыбнулась я уголками губ, просто магистры, просто посторонние.

– Угу, правда, с один магистром что-то постоянно случается.

– Я тебя демаскирую, ты это хочешь сказать?

– Я хочу сказать, что теперь это уже неважно. Да и вообще, с этим мы уже ничего не можем сделать, а я и не хочу, – он взял меня за руку и чуть сжал. – Ты – ледяная, надо уже пойти в тепло и попить что-нибудь горячее.

– Ну мы сколько на этом промозглом ветру провели, уже часов пять, – пожала я плечами, теперь улыбаясь уже вполне искренне от его слов. Такая маленькая, почти незаметная забота, но все равно – это мило.

Домой мы сразу не пошли, решили заглянуть к полицейскому. Дверь нам открыл его сын и мой студент.

– Михель, здравствуй, мастер Сарор дома, – спросил Уорик, а я смотрела на прямо потухшего парня и понимала, что что-то случилось.

– А, это вы… – как-то даже расстроился он, когда нас увидел. Ожидал он, видимо, кого-то другого. – Простите, магистры, проходите в гостиную, я сейчас позову маму.

– Михель, все в порядке? Может, мы не вовремя?

– Они его увели…

Глава 15

Мы с Уориком переглянулись. В очередной раз за сегодня.

– Кто они, кого увели?

– Папу увели. Военные. Сказали, что им надо поговорить.

– Давно это было? – спросила я.

– Где-то два часа назад.

– Почему ты так беспокоишься, Михель? Может, там действительно нужен был полицейский или есть какой-то разговор?

– Они, ну… – парень растерялся. – Я не знаю, как сказать.

– Они на него надели наручники? – нахмурился Уорик.

– Нет, но они встали по бокам так, чтобы он… ну, как будто… Как будто они его арестовали, но при этом не надели наручники.

– Михель, ты умный парень. Если на мастера Сарора не надели наручники – это хороший признак, – как можно мягче сказала я. – Я могу поговорить с твоей мамой?

– Да, она сейчас спустится, – парень через силу улыбнулся, кивнул.

В отличие от нашего съемного домика, дом семейства Сарор был двухэтажным, но все равно маленьким. Внизу гостиная, она же столовая, и небольшая кухня, наверху, наверное, две или три комнаты. Для ведьмаков – весьма скромное жилье, но так и отец семейства всего лишь полицейский, и второй домик сдают они не от хорошей жизни.

Хозяйка дома, а это была невысокая хрупкая блондинка, спустилась к нам минут через пять. Мужчина бы не заметил, конечно, но я видела следы применения косметических артефактов, вероятно, она пыталась замаскировать следы слез.

– Мастер Сарор, – мы оба встали, приветствуя ее, но слово взял Уорик. – Возможно, мы не вовремя, просим прощения, если наш визит неуместен.

– Нет, нет, все в порядке. Какой у вас вопрос?

– Мастер Сарор сказал, что если у нас появятся какие-то вопросы и проблемы, чтобы мы приходили к нему. Вот мы и решили узнать, что происходит в городе из первых уст, так сказать. Но, вероятно, с этим придется подождать.

– Очень надеюсь, что все разрешится в ближайшее время и мастер Сарор вернется домой, – добавила я.

– Я тоже надеюсь, – кивнула хозяйка.

– Военные сказали, что им от него нужно? – уточнил Уорик.

– Нет, что-то говорили про полицейские дела последних месяцев, называли какие-то фамилии, номера дел, но муж мне ничего не рассказывает о своей работе, поэтому я не поняла о чем речь.

– Понимаю. Но, вероятно, действительно ничего страшного. После пропажи главы полиции, некоторые дела наверняка будут перепроверять.

– Я слышала об этом, – кивнула женщина. – Странные дела творятся…

– А правда, что сегодня на площади глава местной Гвардии выступал? – полюбопытствовал Михель.

– Правда, – кивнул Уорик. Я и не знала, что это начальник, тот не уточнял, когда говорил о нем.

– И что наш ректор решил объявить Эльберг отдельным государством?

– Ну, он не совсем так сказал, – поправила я.

– Не важно, смысл-то такой, – парень махнул рукой. – Наши там были, мне пересказали.

– И что они об этом думают? – аккуратно уточнила, как ни странно, хозяйка, хотя Уорик уже открыл рот, чтобы спросить.

– Они думают, что это какая-то шутка. Что сейчас военные возьмут все под контроль, починят связь и виадук, и все будет, как было. Только вот мне что-то совершенно не смешно, особенно после того, как отца увели.

Мы с Уориком опять переглянулись. Ну да, опять. Посмотрели друг на друга с немым вопросов в глазах: неужели часть местных еще ничего не поняла?

– Михель, у тебя, выходит, есть связь с одногруппниками? – парень кивнул. – Они ничего не говорили про то, когда откроется Академия?

– В понедельник. Всех ждут на занятия в понедельник. Там на воротах и объявление висит.

– Ага… А скажи мне, – я попыталась сформулировать свои слова как можно мягче. – А из вашей группы есть те, кто хочет вступить в какие-то общества, поддерживающие или противоборствующие тому, что сказал сегодня ректор?

– Вы имеете в виду какие-то революционные кружки? – напрямик спросил Михель, потом задумался. – Из наших – вроде бы нет. Но я слышал, что другие более активно высказываются на тему произошедшего.

– Ты сам-то не собираешься никуда вступать? – ахнула его мать. – Ты же умный мальчик!

– Я умный, поэтому мое дело – учиться, а не по кружкам бегать, – серьезно ответил тот. Это прозвучало действительно до смешного серьезно в любой другой ситуации, но не теперь.

Нет, я уверена, что он бы мог куда-то вступить, но непонятно, что с отцом и на какой стороне мастер Сарор в итоге окажется. А поскольку Михель умный, ему очень не хочется ошибиться с выбором друзей, так сказать.

Но это точно не наше дело. По крайней мере, не сейчас.

Так не получив внятного ответа на вопрос, что происходит в городе, мы ушли домой. Хотя Михель все же сказал, по крайней мере, по поводу других студентов, что мнения разделились, но тех, кто за ректора, похоже, что все же больше. Очень многие низшие расы за него, где-то половина ведьмаков, у оборотней тоже раскол где-то пятьдесят на пятьдесят.

Все это выглядело не слишком хорошо. Предположу, что много колеблющихся среди людей и низших полуночных. Но у них жизнь нелегкая, поэтому они, конечно, хотят ее улучшить, но и боятся, что будет хуже. С дорвавшимися до власти ведьмаками тоже относительно все понятно, как понятно и то, что не только клан Рин будет против подобного государственного образования. Это ж ведь и ведьмакам в других кланах захочется свободной жизни!

Чье поведение мне полностью непонятно, так это оборотней. Они, конечно, клыкастых, то есть вампиров, любят не сильно, но ведьмаков-то еще меньше. Так почему у ректора так много поддержки среди них? Что-то тут не бьется, но что?

Глава 16

До начала рабочей недели город будто затих. Точнее, он жил своей жизнью, делая вид, что ничего и не случилось. Было ощущение, что местные это не обсуждают, то ли опасаются, то ли не знают, как относиться.

Коммутограф по прежнему молчал – связи с внешним миром не было. Завалы у виадука тоже никто и не думал убирать или восстанавливать железную дорогу. Я думала все время, почему выбрали такое неудачное место, прямо в центре города, но Уорик предположил, что если бы взорвали ниже, что было бы логично, ветку удалось бы быстрее восстановить, потому что там местность более пологая, здесь же был высокий мост, а такие построить быстро непросто. Что ж, это звучало логично.

Мы еще раз за эти дни сходили в центр, но неожиданно полубоевая вылазка в тылы врага (хотя мы еще до конца не разобрались, кто там враг) превратилась в свидание. Мы посидели в ресторане, потом погуляли по парку. По случаю очередной отвратной погоды народу там было немного, и мы не встретили никого из знакомых. Но вообще-то мы хорошо провели время. Даже неожиданно как-то, учитывая то, что происходит вокруг.

Единственное, что отличало день сегодняшний от прошлой жизни, это то, что мы были обвешаны артефактами, защитными и боевыми, а еще у меня был с собой револьвер. Не знаю, как насчет Уорика, но подозреваю, что он тоже был вооружен.

Вообще получается, что свидание у нас было одно, но встречались мы каждый день. То обсуждали возможность захвата коммутографа – гиблое дело! То составляли планы действий. Учитывая то, что мы не владеем всей полнотой информации и у нас нет сил и средств ее добыть, получалось так себе.

В основном, мы просто сидели на кухне и болтали. Я рассказывала о себе, он о себе. Ну, что мог. Подозреваю, сказать он мог не все. Но подобные тайны лично меня не смущали. У каждого из нас было прошлое и была работа, о которой не следует распространяться.

А в первый рабочий день недели мы вместе отправились в Академию.

Честно говоря, я нервничала. Что если меня все же решат устранить, как возможного агента Гвардии? Я, получается, сую голову в пасть тигру, причем, иду туда добровольно.

На входе охрана только проверила наши пропуска, но ничего не сказала и не напряглась, не побежала кому-то сообщать. Студентов тоже пропускали, единственное отличие было в том, что просто махнуть пропуском было мало, теперь их реально внимательно проверяли. А того студента, который пропуск забыл, вежливо, но твердо отправили обратно. Это при нас было, и раньше, бывало, на это смотрели сквозь пальцы. Хотя это тоже от смены охраны зависело.

В общем, мы прошли, никем не задержанные и даже проигнорированные, поднялись на своей этаж к кабинетам.

– Патрисия, – Уорик повернулся ко мне, – если что-то случится или тебе даже просто покажется, что что-то не так, что-то подозрительное происходит, тут же сообщай мне. Особенно, если тебе потребуется помощь. Любая. Ладно?

– Ладно, – чуть помедлив, ответила я шепотом, потому что мимо проходили студенты. – Ты тоже мне сообщай, если что.

– Со мной все нормально будет, – отмахнулся тот.

– Нет, пообещай! – нахмурилась я.

– Ладно, ладно…

– Уорик!

– Ладно, обещаю. И еще, будь осторожна со Слоунами. С обоими.

– На этот счет можешь не волноваться.

– Я имею в виду, не показывай, что ты о ней думаешь.

– Да я поняла, не переживай. Это и так понятно, очевидно, и мы это уже обсуждали.

– Я просто напоминаю, не сердись, – улыбнулся тот. Потом в его глазах запрыгали бесенята, он быстро наклонился и легонько чмокнул меня в губы у всех на глазах.

На мой взгляд это было лишнее. Но зато студенты разразились свистом и аплодисментами. Ну еще бы, такое представление! Впрочем, мне почему-то было сложно злиться, так что я просто улыбнулась, погрозила ученикам пальцем и пошла к своему кабинету.

Начались рабочие будни и не стоило терять времени, учитывая то, что мы много пропустили и теперь придется нагонять как-то. Если в такой обстановке это вообще удастся. Потому что она явно нерабочая.

Я запустила свою группу. Сегодня у меня были первыми второкурсники, которые что-то жарко обсуждали, не обращая на меня внимания. Пришлось взять журнал и хлопнуть им по столу. Тут они повернулись ко мне, но не все.

– Так, я рада вас всех видеть, но давайте отмечаться. Не вижу двух разумных, где они?

Я нахмурилась, оглядев студентов. Не хватало двух вампиров, и мне это не нравилось. Группа была с факультета управления, там, на самом деле, много вампиров училось, но конкретно в этой группе их было двое. И обоих сейчас в классе не было. Нет, я вполне понимала почему, просто подумала, что, может, кто-то точно знает, успелили они уйти из города.

– Слиняли из города, – отозвался развязно один из ведьмаков. Старостой, кстати, в этой группе был как раз вампир, поэтому ответил, что логично, не он. – Трусы!

– Так, давайте обойдемся без оценок и обсуждения ваших коллег, – строго сказала я. – Кто у вас новый староста?

– Ну я, допустим, – опять отозвался развязный ведьмак. Я, конечно, у них недолго преподавала, но раньше он себя так вроде бы не вел. Так с чего это он в себя-то поверил?

– Допустим или точно?

– Мы еще не голосовали, но никто же не против? – он так внимательно осмотрел свою группу… Некоторые согласно кивали, но человека три просто отвели взгляды и не стали спорить.

– Хорошо, организационные вопросы оставим за скобками. Нам нужно многое нагонять, так что приступим.

– Магистр Луинли, а можно вопрос? – опять спросил тот же ведьмак, нагло глядя мне в глаза.

– Если он касается учебного процесса или нашего предмета, то можно.

– Касается, касается, – тот заухмылялся. – Вы на чьей стороне?

Глава 17

Внимательно посмотрев на парня, я попыталась сообразить, как ответить так, чтобы ничего не отвечать. Я предвидела этот вопрос, честно говоря, думала, что мне его зададут коллеги, а не наглые молокососы. Сложность была в том, что если я не отвечу или проигнорирую вопрос, это может быть истолковано предвзято. Да, придраться формально и юридически будет не к чему, но кто из студентов посреди революции думает о формальностях?

– У нас здесь не занятия по политинформации. Думаю, юридические и политические последствия всех принятых решений вы обсудите с профильным магистром. А сейчас давайте вернемся к нашей теме, – я обвела взглядом присутствующих. – Раз у вас в головах появляются неуместным вопросы, не лишним будет вспомнить, что мы делали на предыдущих занятиях. Пишем проверочную работу по пройденному материалу.

Новость эта была встречена дружным негодованием, но все послушно достали листочки. Только тот самый парень, невыбранный староста, мазнул по мне злющим взглядом.

Не лучший вариант ответа, я все же уклонилась, но ничего лучше придумать не могла. Поэтому постаралась переключить внимание на более актуальные и неприятные вещи. Да, не до конца получилось, но все же метод рабочий. Все группы, которые меня сегодня об этом спросят, будут писать проверочные.

Хотя нет… Все вообще будут, чтобы никто не подумал, что я к кому-то отношусь предвзято из-за вопросов.

Честно говоря, я ожидала споров ведьмака, возмущения, требования все же ответить на вопрос, но он сдержался. Хотя к парню явно стоит присмотреться, потому что готова поспорить, что он состоит в какой-то революционной ячейке или чем-то таком. А еще готова спорить, что он поддерживает ректора. Думаю, все в Академии либо поддерживают, либо молчат, чтобы не вылететь отсюда со свистом. Причем, сразу в какие-нибудь застенки.

После этого занятия, у меня были две группы первокурсников, и хоть они и обсуждали случившееся, но спросить моего мнения не решились. То ли умнее были, то ли побоялись моего гнева. Проверочные они тоже написали, но с ними я не жестила, так задала несколько развернутых вопросов, на которые попросила написать максимально развернутые ответы по теме. Эх, в перерыве мне предстоит много работы!

Утром у меня было три занятия, остальные вечером, но уходить я не стала, а пошла в кафе. У Уорика еще были уроки, и мы договорились встретиться в обед, так что сейчас я просто взяла себе кофе и разложила студенческие работы, чтобы уже начать их проверять.

Ну и параллельно держала ушки на макушке, слушая, о чем говорят окружающие. Я вообще-то не очень понимала, кто из преподавателей есть на месте, но совершенно не удивилась, когда увидела идущего ко мне целенаправленно декана Нокса.

– Можно? – вежливо уточнил он.

– Присаживайтесь, – кивнула я, сгребая бумаги. – Все в порядке?

Выглядел оборотень и правда так себе. То ли от переживаний, связанных с расколом в стае, то ли от навалившейся работы, он казался усталым и каким-то пожеванным что ли?

– Да, работы много, – будто через силу ответит тот.

– Понимаю…

– Не понимаете, – обреченно покачал головой тот. – Но это я сейчас исправлю.

– Внимательно слушаю?

– Я чего пришел-то… В общем, хочу вас попросить взять еще несколько групп по Продвинутой артефакторике, третий курс.

– Два вопроса, – помолчав, сказала я, про себя немало удивившись. Вот этого я точно не ожидала. – Первый: я же преподаю базовую, вы знаете, по продвинутой у меня не подготовлено курса и мануалов, у меня нет опыта. Вы уверены, что я подхожу на эту роль? И второй: почему об этом говорите вы, а не декан Шартон?

– Давайте начну со второго? – я лишь кивнула. – Декана Шартон уже полторы недели никто не видел. Помните, я говорил, что она приходила в Академию, заперлась в своем кабинете, а потом куда-то ушла и пропала? Так вот, с тех пор ничего не изменилось.

– А мастер Валей?

– Мастер Валей на месте, но она тоже не знает, где декан. По крайней мере, она так говорит. Так что временно мне пришлось подхватить этот флаг.

Вот это интересно, очень интересно! Мне казалось, что Шартон и Валей – неразлучные подружки. Не верю, что та не знает, где носит ее начальницу. Но не пытать же ее, верно?

– А что по первому вопросу? – вернулась я из своих раздумий, логично решив, что искать деканов – это вообще не мое дело. Ректор эту кашу заварил, пусть сам и старается.

– Тут все еще проще. Ваш артефактный факультет и так был очень маленьким, с большим некомплектом преподавателей. Теперь же не хватает еще трети, причем, по большинству мы просто не знаем, где они и смогут ли вернуться. Я уже поговорил с мастером Дерсоном, ему придется взять старшие группы, а на вас перераспределить часть нагрузки его и его старших коллег.

– Я теоретик, а не практик, – напомнила я.

– Я это прекрасно понимаю, поэтому вы возьмете только теоретическую часть курса по продвинутой артефакторике. Как думаете, справитесь?

– Справлюсь, – чуть подумав, ответила я. – Но мне нужны учебные планы и, если какие-то учебные материалы остались от коллег, я бы тоже не отказалась.

– Я поговорю с мастером Валей.

– Она меня не любит – может не дать.

– Мастер Валей никого не любит, – хмыкнул декан Нокс. – Но это не значит, что она может саботировать рабочий процесс. Я не декан Шартон и мастер Валей не моя подружка.

Ого, как он сам ее не любит, оказывается! Не слишком-то у него сейчас приятное выражение лица, я бы даже сказала, немного кровожадное.

– Зайдите ближе к вечеру за материалами и новым расписанием, хорошо? Мне жаль, мастер Луинли, но теперь придется каждый день работать утром и вечером.

– Если это будет оплачено соответствующим образом, то я не против, – как можно дипломатичнее сказала я.

– О, по этому поводу не волнуйтесь, у меня есть распоряжение ректора о перерасчете заработной платы магистров. Думаю, это укрепит их лояльность Академии.

Мне показалось, или в словах декана я услышала насмешку? И говорил он вовсе не про лояльность Академии, а про лояльность лично ректору. Хотя, может, у меня просто паранойя и мне уже кажется? Но предполагать лучше худшее.