Пока банда спускалась, я успел побывать в местном городе-порте Сельтресте. В тутошней гильдии авантюристов нанял гноллов-следопытов. Сейчас два блохастых мешка без устали выискивали сбежавшую добычу. Мешков изначально было трое. Совет главы гильдии оказался как нельзя кстати. Правда, он говорил о возможном ранении, а не о смерти авантюриста, но в любом случае, я не планировал оплачивать услуги следопытов больше, чем наполовину. Перерезать глотки и тела в реку, а затем вон с этого вонючего зелёного ада, именуемого Крайпрусом.
Зверолюды на раскопках в древних руинах нашли сундук. Он был проклят и его, естественно, выставили на продажу. Я уже прибыл за ним, но как мне сообщили, клан Пустота оказался быстрее. Торгаш Бонс и двое из его свиты опередили нас. Вот только они не учли, что они упростили мне задачу. Я всё равно не собирался платить баснословную сумму за непонятный ящик с мифическим артефактом. Однако Бонс сумел удивить.
Следопыты выследили его, напасть на троих, имея превосходство почти в двадцать раз, показалось мне хорошей идеей. Теперь буду знать, что с кланом Пустоты и его членами шутки плохи. Свита Бонса не составила серьёзного сопротивления. Пара пятидесятиуровневок с редким снаряжением против пятидесяти разбойников с уровнями от пятнадцатого до тридцатого. Результат ожидаем. Свиту смели, потеряв троих. Ещё пятеро восстановятся благодаря зельям лечения. Но вот сам Бонс так легко умирать не захотел. У этого ушлого торгаша явно имелся камень возрождения. Нет бы просто умереть и воскреснуть где-то в чертогах своего кланового поместья, нет же, он вцепился в этот сундук до конца.
Двадцать третий уровень. Я бы тоже подумал, что он простой торговец, не удосужившийся прокачаться сильнее. Однако он и не надеялся на прокачку. Магический жезл и несколько явно дорогих артефактов, вкупе с редкими шмотками, сделали из него настоящего монстра. Семь трупов и один запёкшийся в огненном дожде гнолл. Псину не жалко, всё равно расходный материал. А вот парней.
Своим умением «Каменные оковы» шестнадцатого уровня, я насмерть пригвоздил одну из ног Бонса. Так он отрезал её себе, и используя какой-то артефакт, начал быстро перемещаться. В этих джунглях достаточно прыгнуть на двадцать метров, чтобы потеряться навсегда, благо двое следопытов ещё были с нами и прекрасно чувствовали запах раненой добычи. Если его артефакт не обладает бесконечными свойствами, то рано или поздно он иссякнет и мы нагоним его. Или найдем его труп, джунгли не то место, где можно прыгать сломя голову.
Солнце успело подняться ещё выше. Прикинув в кулаках от края зелёной стены джунглей, неутешительно констатировал, что если мы не поднялись над стеной, то светило стало выше на полтора кулака. Адская духота заставляла обливаться десятым слоем пота. Идти было тяжело всем. Прикрываясь тряпочными банданами, гноллы пыхтели, высунув языки ниже подбородка. Проводникам приходилось не только внюхиваться в запах беглеца, но ещё и прокладывать дорогу.
Путь по джунглям никогда не бывает прямым. Сейчас мы поднимались на холм, а через сто пятьдесят шагов уже снова будем спускаться, и хорошо, если холм будет пологим, а не крутым. Но мало нам было неровностей ландшафта. Деревья здесь росли в произвольном порядке, иногда сплетаясь стволами, а иногда, вырастая настолько, что их приходилось обходить, наворачивая круг из двадцати шагов. И даже это не было основной проблемой. Трава, кусты и лозы. Будь моя воля, я бы выжег всю эту зелень и прошёлся по пепельной пустоши. Трава под ногами вырастала до пояса, стебли толстые, листья раскидистые, всё сочное и сочащееся при повреждении. На влажный липкий сок по жаре слетелись мелкие паразиты, вроде комаров, ползающих кусучих клещей и многих других мелких гадов, неподдающихся нормальному описанию. Но стоит нам продраться сквозь заросли, как на пути встаёт новая преграда. Дважды это были сплетённые между деревьями одеревеневшие лозы, толщиной с моё плечо. Тесаки проводников не всегда брали такую толщину. Трижды на пути вставали маленькие речушки, шириной достигающие пяти-десяти метров. Две реки мы миновали, не задумываясь об опасностях, но когда в третьей мелькнула громадная туша Аллирогоста – рогатого ящера, плавающего в коричневой от грязи воде, мы решили потратить несколько часов на поиск другого пути. Уровень такой ящерки был семьдесят вторым, что вдвое превосходило уровень самого сильного члена банды.
Прорываясь через очередное хитросплетение одеревеневшей лозы, облитые липким соком растений и солёным потом, мы встали, уставившись на предстоящий путь. Холм, на который мы резко забрались, круто переходил в болото, с растущей в нём травой по голову взрослому мужчине. Даже мне трава едва ли не доходила до глаз. При этом никакого намёка на зелёный щит от иссушающего солнца не было. Лишь поднималась видимая испарина над водою.
Посмотрев на проводников, я не удивился, что они дружно решили забрать много правее. Идти по горячей воде в траве по голову было верхом безрассудства. Спустя ещё полчаса пытки жарой и зелёным адом, среди банды пошло более уверенное роптание, переходящее в нескрываемое недовольство.
– Босс, давай уже забьём на этого грёбаного мага. Пусть хоть сдохнет на этой собачьей жаре.
При фразе «собачьей» гноллы неодобрительно покосились на Рума, но ничего не сказали. Бандит уверенно шёл напрямик. Оба проводника обогнули место с редкой порослью кустов, вместо этого прорубая себе дорогу местным аналогом мачете. Меня насторожила осторожность проводников, ведь они демонстративно избегали наиболее открытого пути.
– Босс, – заканючил Рум, – я щас ласты того… ссохнутся. Зачем мы вообще плетёмся в такую жару? Можно же переждать её, как раз этот урод пока сдохнет.
– Заткнись, Рум, – буркнул я, – это всех касается. Пока за ним не пришло подкрепление, пока он не добрался куда-нибудь и, наконец, пока мы не потеряли сле… – последнее слово застыло у меня на языке, когда Рум пропал.
Резко и быстро. Без видимой на то причины просто взял и исчез. Столь молниеносно, что мне едва хватило моего восприятия в сорок шесть пунктов, чтобы понять, что он не растворился в воздухе. Подойдя к краю округлой дыры, я посмотрел на проводников.
Тот, которого звали Рамас, коротко пожал плечами и, заглотив на несколько секунду язык, как ни в чём не бывало признался:
– Не успели предупредить. Здесь логова кровавых ползунов. Твари от сорокового уровня и выше, у них ещё крайне быстродействующий яд. Не советую останавливаться здесь на ночной привал, а так же стоит смотреть под ноги и не наступать в их ямы.
– Даже крикнуть не успел, – донеслось роптание позади.
– Заткнулись! Все! Идем дальше и смотрим под ноги!
Бандиты ещё что-то гудели, поминая одного из своих, но мне было уже неинтересно. Я никогда не привязывался к банде. Они сборная команда из разного вида гнилья. Цель у такой команды только одна – сделать меня сильнее. Если для этого придётся перебить их всех, я тут же сделаю это. Собрать новую такую для меня не составит труда. Пока есть глупцы, желающие лёгкой наживы и готовые на всё – у меня будут люди.
Внезапно второй следопыт, чьим именем я даже не стал интересоваться, начал бормотать.
– О чем он говорит? – спросил я у Рамаса.
– Главы кланов решили объявить войну, – проблеял гнолл между жадных вдохов воздуха.
– С кем вы воевать собрались? – спрашиваю и утираю пот со лба.
– Аз, лидер клана Змеиная Голова ведёт свой легион змеелюдов против подземных эльфов. Из-за его выходки налоги во всех городах задрались до безумных цифр. В Сельтресте цены дорожают на глазах.
– Так в чём проблема, переберитесь в другой город, – предложил я.
– Там то же самое. Я же говорю, главы кланов решили. Все, или почти все зверолюды пойдут в набег на эльфов.
– Намечается резня?
– Да, главы обещают знатный набег. Поговаривают, что у эльфов даже войска нормального нету.
– Вот бы поучаствовать, может сможем отхватить кусочек. Сам-то не думал с ними отправиться?
– Думал, да что толку. Эх, ах. Я уровнем не вышел, и гнолльего легиона нету. Аз ведёт свой, Летарии свой. Вроде как Золотой Рог тоже хочет присоединиться к рейду, но это на юге. До нас слухи так быстро не доходят.
Пока Рамас продолжал вещать о своей нелёгкой жизни, я задумался. По всему выходило, что основное войско чуть ли не всех кланов юга отправится в массовый рейд, оставив собственные земли без защиты. Города ещё могут сохранить боеспособные гарнизоны, а вот деревни навряд ли. Интересно, сколько деревней находятся поблизости с Сельтрестом. Нужно провести разведку, и как войска отойдут на материк, самим сделать небольшой рейд. Лишними очки на развитие умений никогда не будут.
– А-а-а-а, – донеслось из конца группы, и меня оторвали от раздумий.
– Что там ещё?! – заорал я, подбегая к одному из лежачих бойцов.
Он лежал и орал, закрывая окровавленные глаза руками и пытаясь их растереть. «Что за?!» – Первая мысль в голове.
– Пораномотаус, – выдавил Рамас, на явно не родном для него языке. – Его нельзя собрать обладая навыком травничества ниже восемнадцатого. Сок очень кислотный.
Возле бойца валялся здоровенный плод, похожий на пчелиный улей, только красного цвета. И из отверстия на этом плоде сочился красный сок, сильно смахивающий на кровь.
– Что с ним будет? – спросил я у наших проводников.
– Глаза нужно у целителя восстанавливать. Ожоги тоже. Зелье не поможет, так что можете не тратить, – прохрипел Рамас.
– Добейте, – скомандовал я и, развернув следопыта за шерстистое плечо, толкнул его вперед, зашагав следом.
Шли долго. Как же долго можно идти по джунглям. Вечная зелёная стена, в которой порой двадцати шагов вперёд не видно. Мало нам резких спусков и подъёмов, мало адской жары на пару с духотой, из-за которой наши запасы воды подходили к концу, нет же, нам нужны были ещё и огромные кровавые ползуны. По словам Рамаса, мы прошли по их владениям с две тысячи шагов, а на очередном привале не досчитались троих. Двое пропали без вести, а последнего в наглую утащила длиннейшая паучья лапа, сгибающаяся под всевозможными углами и имеющая не меньше трёх локтевых суставов на одном из членов. Лапа выскочила из округлой ямы-гнезда и проткнула живот проходившему мимо бойцу. После чего ещё парочка впилась в ноги, и закричавший боец мигом скрылся в утробе гнезда. Зрелище было настолько жутким, что пробрало всех. Собственно говоря, это и послужило поводом для привала.
Чёртовы джунгли. Будь они прокляты вместе со всем Крайпрусом. «Да чтобы я ещё раз сюда приплыл» – в сердцах подумал я. Не выдержав, я всё же спросил у коренного жителя, почему они не выжгут к чертям всё гнездо кровавых ползунов. На что Рамас завёл долгий разговор.
– Давно пытались уже извести, но всё без толку, – обречённо вещал гнолл. – Тхотам «Боевой рог» Вай, лидер клана Золотой Рог, сорок восходов назад вычищал это логово. Земля тряслась от его могучих ударов, пока его непобедимое войско не выбралось из тех подземелий. Все ползуны тогда были убиты.
– И как же они тогда вернулись, – резонно заметил один из моих бойцов.
– Кровавые ползуны оставляют яйца в специальных кладках внутри стен. Ползунам не помеха каменная преграда. Аккуратные воронки в стенах, заполненные кладками позволяют ползунам выжить, даже если подземелье выжечь.
– Брехня, – включился в беседу Иликан, поглаживая бутылёк на поясе.
Долбанный пиромант снова носит нестабильную алхимию на открытом поясе, когда-нибудь это его погубит.
– Если заливать основательно, ни один камень не выдержит. Сплавится и похоронит тут всех ползунов, – со знанием дела произнес Иликан.
– Да, идиот? А денег ты где столько возьмешь? Даже если найдется такой, как ты алхимик самоучка, то где ему столько ингредиентов качественных найти, чтобы всю пещеру залить? – подключился к спору вечно жадный до денег Брахим.
– Для пещеры, может, и не найду, а вот на твою жадную морду точно хватит, – огрызнулся с вызовом Иликан.
– Заткнулись! – пришлось рявкнуть на бойцов, чтобы банальная перевалка не переросла в серьёзную разборку с кровью и сожжёнными лицами.