Побег из Салалы. 2025

Во рту – привкус соленой кожи, грязи под ногтями и чего-то

глубокого, дремучего, первобытного. Привкус унижения, ставшего

физиологическим фактом.

А теперь, представьте эту сцену в театре абсурда: что сделал

Корсар, этот циничный капитан кукольного ада, с пальцами, осквернившими его последнее убежище – рот?

(Мхатовская пауза. Не просто стул – вся вселенная скрипит под

тяжестью невысказанного).

Правильно. Он почти откусил их.

Не со злости. Не с ярости. С каким-то отчаянным, почти

исследовательским жаром. Как будто в этом акте насилия, в этом

вкусе чужой немытой плоти, он пытался отыскать утерянный