Оценить:
 Рейтинг: 0

99 мир – 2. Север

Год написания книги
2023
1 2 3 4 5 ... 18 >>
На страницу:
1 из 18
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
99 мир – 2. Север
Данияр Саматович Сугралинов

99 мир
Преданный и оставленный умирать в радиоактивных Пустошах Лука выжил. Выжил благодаря метаморфизму, способности преобразовывать тело, дарованной ему Колесом.

Он больше не император Маджуро Четвертый, как и не подросток Лука. Он странник, которому предстоит сделать выбор: начать новую жизнь или бороться за свое место в родном мире – вернуть трон и попытаться изменить жизнь Империи к лучшему.

99 мир – 2. Север

Автор: Данияр Сугралинов

Пролог

Кто я?

Лука Децисиму, Маджуро Четвертый, Эск’Онегут.

Меня звали Лука Децисиму. Я родился калекой, прикованным к инвалидной коляске, надо мной потешались соседские мальчишки, и все, чего я хотел, – научиться ходить и помогать маме, которая работала прачкой.

Пока однажды на улице меня не окружили обидчики и не начали закидывать камнями. Булыжник попал мне в голову, в результате чего я упал и… умер.

Меня звали Эск’Онегут, я был межмировым странником, проживающим девяносто восьмую жизнь в теле российского студента. Чем выше баланс очков Тсоуи, положительно влияющих на гармонию во вселенной, тем больше возможностей у странника. Утомленный чередой перерождений и тысячелетним опытом, я жил как придется. Как итог – отрицательный баланс очков Тсоуи. Студент-я погиб под колесами автомобиля, и меня перебросило в новое тело…

Оно принадлежало парализованному подростку Луке Децисиму, который вдруг поднялся и избил своих обидчиков. Теперь в этом теле стеснились две души: межмирового странника и семнадцатилетнего юноши. Второй благодаря первому исцелился и встал на ноги, а межмировой путешественник выяснил, что это его последняя жизнь и больше перерождений не будет. Тогда он слил свой опыт с сознанием мальчика. Так появился я, новый странник Лука’Онегут: неопытный юноша с доступом к знаниям, копившимся тысячелетиями.

Странникам доступна уникальная способность – вращение Колеса. При этом можно обрести уникальный талант или погибнуть, а если выпадет белый сектор – просто сгорят очки Тсоуи. Мне повезло: я обрел уникальный талант, метаморфизм, способность менять тело.

И моя жизнь завертелась: радость от возможности ходить, счастливая мама… Наконец-то я смогу ей помогать и освобожу свою непутевую сестру из тюрьмы, куда ее посадили за кражу яблока! Так я думал. Но этим радужным планам не суждено было осуществиться.

Меня упекли в тюрьму за избиение сына трактирщика. К тому моменту я не ел уже несколько дней и был истощен. Там я встретил чернокожего человека по имени Терант, который как-то наполнил меня силой и энергией. К тому же странный заключенный рассказал, что Империя не центр мира, а резервация для генетических отбросов. Большим миром правит Первая семья – генетически совершенный род Ра’Та’Кантов с королевой Тайрой во главе. Ступенью ниже стоят раканты, поделившие между собой весь мир. Что касается Империи, ее жителей в большом мире презрительно называют съярами.

Состоялся суд. Мама не смогла выплатить виру, и меня в двадцатипятилетнее рабство выкупил целитель Нестор Ядугара. У его старшего ученика Пенанта я выяснил, что Ядугаре больше двух сотен лет, а жизнь он поддерживает за счет процедуры перелива.

Целитель решил забрать мою молодость. Это у него не получилось, потому что сперва воспротивился метаморфизм и чуть не убил Ядугару, а потом, по запросу императорского лекаря Ленца, меня увезли во дворец, чтобы омолодить самого Маджуро Четвертого. Как оказалось, людей, совместимых с процедурой перелива, крайне мало, несколько на поколение, потому за каждым донором выстраивается очередь из аристократов, и первый в ней всегда император.

Незадолго до этого метаморфизм достиг второго уровня. Во время перелива он убил и скопировал тело императора. Так я стал Маджуро Четвертым, вырвал сестру из лап Ядугары и переселил их с мамой во дворец.

Любые женщины Империи, лучшая еда – все стало мне доступно. Но оказалось, Маджуро был худшим императором за всю историю государства, за что его неоднократно пытались убить. В народе за нерешительность, трусливость и нежелание сделать хоть что-то для Империи его прозвали Кислым. И все больше людей становилось под знамена моего кузена Рециния, решившего организовать переворот.

Едва я стал императором, меня дважды за утро пытались отравить. Сначала императорский лекарь Ленц в сговоре с первым советником Наутом, потом первая фаворитка Кейриния.

Но метаморфизм нейтрализовал яды, а я сделал союзниками бывших врагов, и вместе мы начали реформировать Империю, чтобы хоть как-то облегчить жизнь ее подданных, а это было непросто: страну разрывали бандитские группировки и претендующий на трон Рециний. Мутанты из северных Пустошей совершали набеги. Народ в стране умирал пачками – от болезней, голода и нищеты.

Одного за другим я устранил внешних врагов, осталось решить вопрос с Рецинием и договориться с ярлами о союзе.

Но главный враг притаился внутри: семья Кросс, Гердиния и Антоний. Кроссы – раканты, они следили за порядком в Империи, хранили тайну большого мира и собирали дань в виде природных ресурсов.

Колесо подбросило мне красный сектор, обычно приносящий всяческие болезни и проклятия. Я был заражен странным вирусом сексуального магнетизма, из-за чего все женщины сходили с ума, желая обладать мной. Метаморфизму удалось нейтрализовать вирус, но благодаря ему я влюбил в себя Гердинию Кросс.

Антония я уговорил отсрочить выем денег из опустевшей казны, а сам с Гердинией и своей сестрой Корой в сопровождении отряда стражников отправился на Север – договариваться с ярлами о союзе.

Нам устроили теплый прием. А ночью напали – стражников перебили, меня лишили подвижности с помощью непонятного прибора, попытались умертвить и выбросили в радиоактивные Пустоши, посчитав, что я мертв. Я и был мертв и только благодаря метаморфизму воскрес.

Там я и очнулся – чуть живой, обескровленный, лишенный рук и ног, с отрицательным балансом очков Тсоуи. Мое тело нашли рейдеры, мутанты Пустошей. Кто-то из них хотел меня съесть, но лидер решил, что меня надо отнести в Убежище, крупнейшее поселение мутантов.

Я не знаю, что с сестрой и мамой, не знаю, что в Империи – мне предстоит как-то выжить, вернуть себе власть и помочь тем, кто мне доверился…

Глава 1. Мутанты

Лука’Онегут, межмировой вселенский странник в своей первой жизни, пришел в себя. Тело его было тяжелым, мысли – неповоротливыми, язык пересох и казался шершавым. Мир вздрагивал и колебался, как если бы Лука ехал верхом. Он заставил себя разлепить веки и на миг ослеп от огненного солнца, которое светило прямо в лицо.

– Он весит как гора! Он че, камней нажрался? – проговорили совсем рядом надтреснутым стариковским голосом.

– Привал! – скомандовали в ответ зычным басом, и, сообразив, что кто-то его куда-то несет, Лука зажмурился, чтобы не выдать своего пробуждения.

Его не плавно положили, а брезгливо бросили наземь так, что голова от удара повернулась набок, глаз он не открыл, но прикинул, что теперь удобнее рассматривать тех, кто его тащил, и жгучее пустынное солнце не слепило глаза, а грело затылок. До слуха донесся шорох одежды, оханье, кто-то с кем-то вяло переругивался, остро ощущалось, что эти люди устали.

Лука решил пока не показывать, что очнулся. Сперва надо послушать, о чем тут говорят, понаблюдать украдкой, а заодно подумать, что делать дальше.

Сколько времени прошло с той злополучной ночи? Две недели точно – столько было нужно метаморфизму, чтобы адаптировать тело к новым условиям. А до того?

Что случилось с Корой, жива ли она? Варианта два: мертва либо продана в рабство – и неизвестно, что хуже, учитывая, какая участь ожидает пленных девушек.

Следующим из-за завесы кошмара выплыл образ Гердинии, приготовившейся обороняться: раскрасневшаяся, с разметавшимися волосами… Только сейчас Лука понял, как привязался к той, которой уже нет в живых. Или северяне не посмели убить раканта, жену четвертого советника Кросса? Вряд ли что-то могло их остановить, ведь здесь не знали о существовании ракантов.

Что в Столице и как там мама? Успел ли Рециний занять трон или Хастиг героически обороняется, сдерживая вражеские орды? Очень хотелось верить, что маме ничего не угрожает.

А остальным? Перед глазами пронеслась вереница лиц тех, кто ему поверил: Ленц, командир дворцовой стражи Гектор, генерал Хастиг, рейк Венсиро. А еще Куница, бывший главарь преступной банды, ставший помощником Маджуро и женихом Коры.

Нужно узнать, что произошло, и лишь потом строить планы. Приоткрыв глаза, Лука увидел нависающий над ним тощий зад в обносках, закрывающий обзор, на штанах в области копчика имелся разрез, откуда торчал длинный, как третья нога, тонкий розовато-серый хвост с пучком рыжих волос, заплетенных в три косички. Лука сморгнул, но непонятный отросток не исчез.

– Слышь, Гекко, – проскрипел хвостовладелец. – Ну его к Двурогому! Не дотащим же. Давай сожрем, никто не узнает.

Говорящий посторонился, и взору Луки открылись все участники действа. Подбоченясь и опершись на огромную дубину, надо всеми возвышался двухголовый человек. Фигура его была треугольной, вверху тело словно ломалось, как дерево, ударенное молнией в середину. Правая голова была косматой и небритой, а левая – лысой, лицо покрывала недельная щетина. Судя по грозным взглядам обеих, это был вожак.

А вокруг… Лука еще раз сморгнул, но уроды никуда не делись, и он понял, что его подобрали мутанты. Всего он насчитал десятерых, и все они расположились полукругом, чтобы подкрепиться. Выглядели существа так, словно вышли прямиком из кошмаров, но были еще ничего в сравнении с теми, что обстреляли их движущийся на Север отряд. Казалось, только вчера они направлялись к замку ярла Расмуса, а теперь Лука почему-то здесь…

– А ну заткнуться, доходяги! – рявкнул вожак. – Если он ценный, нам за него еды на год вперед отвалят. Вот ты, Щур, уверен, что он не Избранный?

– Так еще три дня тащиться. К Убежищу-то, – проблеял мутант с вытянутым крысоподобным лицом, поросшим бурой шерстью. – Да и не похож он на Избранного. Такого шаманы отправят прямиком на бойню и, дай Двурогий, отвалят нам за него горсть мяса.

На середину поляны вышел бочкообразный коротконогий карлик без шеи, с головой, сразу переходящей в грудь. Рта у создания не было, один глаз находился где и положено, а второй, затянутый бельмом, – возле уха. Уродец плюхнулся на зад, взметнув облако пыли, завозился в котомке и достал что-то съестное. Его замусоленная рубашка раздвинулась на животе, и оттуда высунулся язык, слизнул еду с руки, в брюхе урода зачавкало и забулькало. Луку затошнило.

Ошарашенный, он не заметил, что разглядывает мутантов не таясь, и это не ускользнуло от внимания крысомордого. Он вскочил и указал на Луку пальцем с кривым изогнутым когтем:

– Гляньте, очухался! Теперь на своих двоих пойдешь! – Он ударил кулаком о ладонь, ощерившись.

Мутанты поднялись и окружили Луку, который, как теперь стало понятно, лежал на самодельных носилках.

1 2 3 4 5 ... 18 >>
На страницу:
1 из 18