Сделка на чувства

Пять баллов за спектакль, мистер Занудность.

Чувствую, вечер обещает быть богатым на развлечения. Ну что ж — шоу начинается.

Мы прошли глубже в этот королевский замок и оказались в просторной столовой.

Ну надо же, и здесь греческий стиль. Это что, королевская семья? С кем я вообще связалась?

Колонны были увиты искусственными лианами с маленькими розовыми цветами. Пол сиял белым мрамором с чёрными прожилками. Я скользнула взглядом вниз и подумала: если навернуться здесь, то выжить можно только чудом.

На нас обернулись две женщины: одной было лет сорок-сорок пять, вторая — постарше, около шестидесяти пяти. Мое внимание сразу привлекла женщина с рыжими волосами, торчащими в разные стороны. Пышные, завитые и, судя по всему, они еще и расчесанные. Она вообще в зеркало смотрела?На голове целый веник, будто им подмели весь их королевский двор. Фигура у нее была слегка полноватая, а темно-зеленое обтягивающее платье лишь подчеркивало то, что лучше бы скрыть. Складки виднелись слишком отчетливо. Женщина, вы точно знаете о существовании зеркала?На ногах — черные туфли, на шее — красные бусы. Я едва не скривила лицо и, склонившись к Дарену, шепнула:

— Она же выглядит как рождественский венок.

— Прошу, только молчи. Заткнись и улыбайся, — с серьезным лицом произнес он, все еще держа меня под локоть и ведя вперед.

Я удивленно вскинула брови.

Вечер то-о-очнообещает быть веселым.

Тем временем женщина подошла к нам, звонко хлопнула в ладоши и на весь дом воскликнула таким громким голосом, что я даже вздрогнула:

— Добро пожаловать, принцесса! Наконец-то мы увидели чудесный вкус нашего мальчика.

Принцесса? Катастрофа.

И тут она сделала то, от чего у меня чуть не выпали глаза.

Подошла к Дарену, схватила его за щеки и потискала, как маленького послушного мальчика. Я уставилась на него, а он лишь взглядом приказал мне молчать.

Женщина наконец отошла, уставилась на меня в ожидании. Дарен едва заметно кивнул в ее сторону. Я прокашлялась:

— Добрый вечер. Очень рада наконец-то познакомиться с вами, — натянула улыбку, изо всех сил игнорируя мысли о ее "прекрасном" виде и поведении.

Честно говоря, даже шпиц соседей в Пенсильвании выглядел ухоженнее, чем она.

К нам подошла другая женщина. Седые волосы собраны в маленькую дульку на макушке. Пухленькая, но безумно милая. Вот с тобой мы точно найдем общий язык.Может, даже обсудим эту жар-птицу, стоящую рядом.

— Добро пожаловать, деточка. Я Агнесс. Бабушка Дарена, — представилась она.

Я взглянула на него и впервые за все это он чуть расслабился, даже улыбнулся.

— Ах да! Я забыла представиться, — снова хлопнула в ладоши рыжая. — Я Эсмеральда!

Ну что ж, твое имя идеально соответствует твоему виду.

Я улыбнулась и кивнула, когда в наше общество ввалился тот самый Кристофер. Этот мне не понравился.

— Мама, перестань пугать нашу гостью. Еще не хватало, чтобы она решила, будто мы сумасшедшие, и сбежала от милого Дарена, — сказал он, проходя мимо.

Отодвинул стул и, с видом хозяина, плюхнулся за стол. В его голосе я уловила насмешку.

— Такие девушки на дороге не валяются. Интересно, где ты ее нашел, Дар? — спросил он, отрывая виноградину с подноса.

Стол был уже уставлен едой и напитками — не хватало только людей.

— Место, где я ее нашел, точно не для тебя, — сквозь зубы процедил Дарен.

Почему-то и он говорил с ним грубо, язвительно.

— О-о-о, вы уже здесь. Рад видеть, — раздался голос сверху.

По лестнице спускался мужчина примерно возраста Эсмеральды. У этой женщины есть короткое имя?

Он подошел к нам и тоже поцеловал мне руку. Я краем глаза заметила, как лицо мадам перекосилось. Еще немного и она точно попытается ее мне откусить.

Честно, я бы, и сама не позволила первому встречному целовать свои руки, но в их высшем обществе так положено.

— Я Ашер. Муж Эсми, тети Дарена. А еще отец Криса, — представился он, слегка кланяясь.

Ага. Значит, Эсмеральда — Эсми. Запомнила.

— Приятно познакомиться, — ответила я максимально вежливо.

В разговор вмешалась бабушка:

— Так, давайте. Наши дети еще не ели. Все за стол! — скомандовала она строгим голосом.

Характер точь-в-точь как у Дарена. Что-то мне совсем не хочется обсуждать с ней эту даму, которая выглядела как… ладно, промолчу.

Дарен отпустил меня и, махнув рукой, указал на стол. Позже к нам присоединился мистер Рафаэль — отец моего фиктивного мужа. Дарен был его точной копией: и в разговоре, и в манере поведения. Такое чувство, будто передо мной вторая версия одного и того же человека. Прямо один в один.

Ну надо же — еще один до тошноты правильный мужчина. Тут вообще есть кто-то обычный и нормальный? Чтобы можно было расслабиться и не чувствовать себя чудовищем, если вдруг случайно чихнёшь?

Меня немного расспросили о родителях, о детстве и о том, как мы с Дареном познакомились. Я пересказала им заготовленную историю, но о свадьбе промолчала: в машине он предупредил, что это должен быть сюрприз. Мы также поговорили о моём образовании, и я немного узнала их семью. Оказалось, дядя Дарена держит в этом районе казино, его сын работает у него заместителем. Бабушка ухаживает за оранжереей в ближайшем парке. А отец… его состояние я видела сама, да и разговорить его было сложно — он не многословен. А вот Эсмеральда увлекалась выставками, творчеством и всяческими культурными мероприятиями.

— Ну а сейчас, если вы не против, я хочу спеть в честь нашего знакомства, — радостно объявила она.

Я наклонилась к уху Дарена.

— Она еще и петь умеет? — шепнула я.

— Да. Сейчас услышишь. Только без лишних эмоций, — сказал он, отпивая шампанское.

Я откинулась назад и приготовилась слушать. Но едва она запела, мое радостное выражение сменилось на не просто удивление. Челюсть отвисла, и я уставилась на его тетю так, словно передо мной возникло привидение.

¡Qué asco tan inmenso, mis pobres oídos se van a marchitar ahora mismo! (пер.— «какая чудовищная мерзость, мои бедные уши вот-вот завянут!»)

И это они считают нормальным? Настоящий хоррор!

Эсмеральда вдруг закашлялась и с лёгким смешком сказала:

— Обычно, когда я выступаю, всё звучит прекрасно. Наверное, сейчас алкоголь повлиял.

А, ну, конечно. Алкоголь виноват. У неё, что, уши заложило? Может, она всё-таки прекратит?

Но нет, она продолжила. Я даже не поняла, что именно она напевает.

Я резко дернулась обратно к Дарену.

— Дарен, у нее же отвратительный голос, это невозможно слушать.

— Лисс, просто молчи. Прошу. Без правды, — сказал он неожиданно серьезно.

Ему, кажется, совсем не смешно? Как он вообще держится?

Пока его тетя пела, я сидела и натягивала улыбку изо всех сил. Будь моя воля, я бы уже заткнула уши салфетками и сделала вид, что это новый тренд в этикете.

Мои руки лежали на столе, и Дарен заметил моё выражение лица. Он накрыл мою ладонь своей и тихо прошептал:

— Держись.

Я хотела отдёрнуть руку, но он не позволил. Медленно перевела взгляд на него.

— Убери руку, пока я не вонзила в неё нож, — прошипела я сквозь натянутую улыбку, больше похожую на гримасу сбежавшей из психбольницы сумасшедшей.

Эта тётушка, возомнившая себя певицей, наконец замолчала и обратилась к нам:

— Ну как вам? Я очень старалась.

Моя душа внутри обхохоталась. Старалась?! Страшно представить, что было бы, если бы нет. Вот это самооценка! Теперь понятно, откуда у этого засранца такая вера в собственное величие.

— Мелисса, дорогая, как тебе? — обратилась она ко мне.

Я убрала натянутую улыбку, сделала глоток шампанского и приготовилась сказать:

— Скажу честно, это было…

Но не успела. Дарен перебил:

— Чудненько.

Что? Он тоже глухой? Или у них у всех иммунитет на этот кошмар?

Я повернулась к нему, выгнула бровь вопросительным «Что?». Он лишь кивнул.

Дурдом.И я согласилась участвовать в этом цирке?! Просто без комментариев.

— Я так давно не пела, — начала Эсмеральда, обмахивая себя рукой и кокетливо запрокидывая голову.

Да что ты? Давно? Со времён смерти Клеопатры? Оно и видно.

— Давайте уже перейдём к сути вечера, — Дарен встал из-за стола. — Как вы уже поняли, Мелисса — моя девушка. И у меня есть ещё одна, более прекрасная новость.

Я подняла бокал, собираясь отпить, но замерла, глядя на него снизу вверх. Он повернулся в мою сторону, потом обратно к семье. Чёрт, ну только не сейчас.Мне нужно хотя бы пять минут прийти в себя после «прекрасного» выступления.

— Раз уж вы все познакомились с Мелиссой, то теперь стоит узнать и то, что она скоро станет моей женой.

У всех разом отвисли челюсти. Вот это шоу он устроил. Нравится!

Тётушка захлебнулась шампанским и облила мужа. У того вместе с куском мяса на пол упала вилка. Сын застыл с открытым ртом и едой, зависшей на полпути. Бабушка замерла, а отец Дарена сидел как ни в чём не бывало.

Все глаза устремились на нас.

Дарен взял бокал, протянул мне руку и, глядя прямо в глаза, произнёс:

— Сегодня, на семейном ужине, я хочу, чтобы ты согласилась стать моей женой, Мелисса.

Я всё ещё держала бокал на весу, потом нерешительно вложила руку в его ладонь и поднялась.

Ну, тоже мне признание. Я ждала цветов, кольца, хотя бы классического «встать на одно колено». Но шок на лицах его семьи стоил того.

Я подняла бокал и, повернувшись к ним, произнесла:

— Я согласна.

Дарен улыбнулся. Мы вместе сделали глоток шампанского, не сводя глаз с его семьи.

После признания о свадьбе они кое-как пришли в себя. Та самая певица выпила успокоительное и, откинувшись на стуле, принялась изображать дохлую птичку. Её муж метался туда-сюда, а сын сидел рядом, держал за руку и выглядел так, будто умирает вместе с ней. Настоящий цирк.

Бабушка тем временем отчитывала Дарена: нельзя так резко выдавать две новости подряд, и что ему стоит ещё раз всё обдумать. Ведь свадьба не шутка, и всё в таком духе.

Я же сидела и молча переглядывалась с его отцом. Он почти не произносил ни слова, только рассматривал меня так, будто сканировал. Даже жутковато — казалось, что вот-вот из него вырвется Веном и сожрёт меня.

Минут через тридцать начался настоящий допрос. Вопросы сыпались один за другим, пока наконец рыжая чудо-женщина не выдала:

— Сколько у тебя было партнёров? Наша семья заслуживает благочестивую девушку, чтобы не опозорить фамилию.

Я поперхнулась едой, глаза полезли на лоб, челюсть рухнула куда-то на морское дно.

Крис закашлялся и обрызгал стол своими бациллами. Остальные замерли, уставившись на меня. Дарен напрягся.

— Тётя, что за вопросы? — его голос прозвучал жёстко.

— Ну а что, Дарен? Вдруг она не понимает, как важно хранить честь семьи и быть верной мужу? — протянула она с фальшивой улыбкой, и я поймала её сучий взгляд.

Так, стоп. Ещё минута здесь, и я реально размажу её лицо об этот блестящий пол. Я встала.

— Прошу прощения, но мне нужна минутка, с вашего позволения.

Дарен насторожился. Я отодвинула стул со скрипом на весь зал, и под взглядами этой чокнутой семейки я поспешила прочь.

Выйдя из столовой, я принялась искать выход.

Я не останусь тут больше ни на секунду. Это же просто кошмар. Что за семейка? Психопаты.

Надо было сначала поинтересоваться, на что я подписываюсь. И Дарен умолчал об этом? А Феликс… я убью его, как только выберусь отсюда.

Я шла прямо, вспоминая, откуда мы пришли, и, отыскав входную дверь, выбежала.

Быстрым шагом стала пересекать огромный зелёный двор с множеством маленьких деревьев и кустарников. Главное — выбраться отсюда и поймать такси до офиса брата. Сумочка осталась в доме, телефон там же. Ничего, этот правильный мальчик привезёт их мне. А сейчас уносим ноги.

— Мелисса, постой! — голос Дарена за моей спиной прогремел, как летний гром.

Я повернула голову и увидела, что он тоже быстрым шагом догоняет меня.

Я рванула вперёд. Ни за что, он не остановит меня.

— Да постой же ты, ну! — голос его стал совсем близко.

Ещё пару шагов и Дарен дернул меня за запястье, заставив повернуться к нему лицом.

— Нет, это ты постой и послушай, — весь мой шок и злость грозились вырваться наружу. — Аннулируй этот договор. Мне плевать как, я не собираюсь выносить весь этот цирк. У тебя не дом, а ходячее сумасшествие. А особенно твоя тётя. Бедная женщина, да у неё проблемы с головой и вы ещё и врёте ей, говоря, что у неё прекрасный голос, а она позорится из-за вас.

Я подошла к нему так близко, что моя грудь коснулась его. Заглянула ему в глаза и наконец высказала то, что больше всего меня оскорбило.

— А также она больна на голову с такими вопросами! — тыкнула ему в грудь.

Дарен со всем своим деловым видом смотрел мне в глаза.

— Поверь, она того заслуживает. А муж и сын ничего не могут сказать — иначе она устроит скандал на весь дом и начнёт крушить всё вокруг. Моя бабушка не выносит ссор, и нам приходится все это терпеть. Она подобна змее, но я уверен, что ты справишься с ней.

— В каком это смысле? — прищурилась я, сжав губы.

— Вы будто похожи друг на друга, — улыбка расползлась по его лицу.

— Ты меня сейчас оскорбил?

— Ох, в случае с моей тётей я даже сделал тебе комплимент. У неё нет столько смелости и духа, как у тебя, поэтому ты победишь её в вашем поединке. Я не уверен, что кто-то другой смог бы это выдержать, но ты — ты идеальный вариант.

Конечно, я польщена этим признанием, но это всё равно не остановит меня. Полгода проводить в этом доме выше моих сил.

— Ну уж нет, Дарен. Куда ты меня собираешься втянуть? — отдернула я руку.

— Тебе же всё равно нужен выброс адреналина — вот и получишь. Заодно между нами воцарится идиллия.

Я фыркнула и двинулась дальше.

— Пожалуйста, Лисс, у меня нет других вариантов. Мы уже объявили, что ты скоро станешь моей женой. Пора готовиться к свадьбе.

Я остановилась. Он прав — мы уже всё рассказали. Но терпеть это сумасшествие...

Дарен обогнул меня.

— Лисс, пожалуйста, — в его взгляде была мольба.

Я глубоко вздохнула.

— Нам остаётся лишь убедить одного нотариуса. Его отец был нотариусом моего деда. Они очень придирчивы, но ты справишься. Я верю в тебя.

Я подумала минуту, глядя ему в глаза.

— Хорошо, но жить здесь мы не будем. Я убью твою тётю вскоре после свадьбы.

— Мы что-нибудь придумаем. Я гарантирую, что больше она тебя не тронет, — сказал он, протягивая руку. — Идёт?

— Принимается, — и пожала его руку.

Держись, Дарен Харрис. Если ты не выполнишь свою часть сделки, клянусь — голова твоей сумасшедшей тёти украсит вашу столовую.

8 глава

День спустя.

— Итак, приступим. Откуда ваша будущая жена родом? — нотариус, не поднимая головы, пробежал глазами по бумагам перед собой и покрутил в пальцах ручку.

— Она из Мичигана, — я откинулся на спинку стула.

Мужчина поставил галочку, и чернила слегка поскрипели по бумаге.

— Какое образование у мисс Гарсия?

— Высшее экономическое. Ещё она закончила художественную школу.

Ещё одна галочка.

— Сколько вы вместе? — теперь он поднял на меня глаза, словно проверяя не только слова, но и выражение лица.

— Мы знакомы больше года. Сначала была симпатия, потом... произошёл казус. Но вместе мы уже несколько недель, и я хочу жениться на ней, — я смотрел на него твёрдо.

Галочка.

— Её любимая еда? Напиток? Животное?

Я едва не усмехнулся — лёгкий вопрос.

— Лазанья и мохито. Животное — собака.

Очередная галочка.

— Есть ли у неё что-то отличительное? Пирсинг? Татуировка? Может... шрамы на скрытых местах? — угол его губ дёрнулся в самодовольной ухмылке.

Что-то во мне щёлкнуло.

Я наклонился вперёд, локти упёрлись в подлокотники кожаного кресла, которое издало неприятный скрип. Гнев распирал грудь.

— Вы хотите, чтобы я сейчас подробно рассказал вам о шрамах на теле своей невесты? Или, может, ещё о нашей близости? — голос мой прозвучал слишком громко, с хрипотцой.

Нотариус сглотнул и поспешно зачеркнул вопрос дрожащей рукой.

Минут через двадцать допрос закончился. Я вышел в коридор, будто сбросив тяжёлый груз с плеч. В голове ещё пульсировали обрывки вопросов, но главное: двадцать три из двадцати пяти — результат неплохой.

Теперь очередь Мелиссы.

Она тут же поднялась с диванчика, едва я появился.

— Теперь твоя очередь.

Она кивнула и уставилась на дверь. Её длинные густые ресницы дрогнули, когда она моргнула. Я подошёл ближе, мягко взял её за плечи и слегка встряхнул. В её глазах на миг мелькнула растерянность.

— Всё будет хорошо. Ты справишься, — сказал я, стараясь звучать спокойно, хотя у самого колотилось сердце.

Мелисса снова кивнула и медленно пошла к двери, будто каждый шаг становился тяжелее. Эта сильная, боевая девушка вдруг выглядела хрупкой и уязвимой. Я поймал себя на том, как невольно засмотрелся на покачивание её бёдер. В штанах неприятно дёрнулось, и я стиснул зубы. Спи, друг. Она не для нас.Найдём другую.

Мелисса закрыла за собой дверь. Я подошёл к окну, посмотрел на часы и глубоко выдохнул.

На улице люди сновали туда-сюда, спеша по своим делам, и в этой суете было что-то успокаивающее.

***

Полчаса спустя.

Мелисса выглянула из кабинета, хихикая.

Хихикая?Они что, рассказывали друг другу шутки?

— Идём, — сказала она.

Я вскочил с диванчика и быстрым шагом подошёл к ней, сначала кинув взгляд через её спину, затем спросил:

— Мелисса, всё в порядке?

— Да, идём, — она закатила глаза, настаивая.

Мы снова вошли в кабинет; Мелисса закрыла дверь за собой и прошла мимо, снова слегка раскачивая бёдрами. Зачем она так делает?Чёрт возьми, не заигрывала ли она с ним? Или что-то хуже? Она подозрительно веселая.

Я сел за стол и уставился на нотариуса.

— Спешу вас поздравить с вашей свадьбой, вы идеальная пара, — он развёл руки в стороны и уставился на заполненные бумаги. — Ваша будущая жена ни разу не ошиблась в ответах, — улыбка растянула его лицо, морщины у глаз только усилили эффект.

Правда? У неё такая хорошая память?

Я удивлённо посмотрел на Мелиссу: она сидела, закинув ногу на ногу, и чуть покачивала той, которая была сверху, довольная и гордая.

Нотариус убедился, что наши отношения настоящие — значит наследство перейдёт ко мне. Сразу же потянулся за папкой и достал документ.

— Это завещание Генри Харриса, — проговорил он, — которое предоставляет вам право на наследство. В день вашей свадьбы оно вступит в силу наполовину, семейный бизнес перейдёт и на ваше имя, но полное право вы получите только после смерти вашего отца. Если же вы по какой-то причине разведётесь до его смерти, завещание будет пересмотрено, — пытался он натянуть улыбку, но я заметил, как его взгляд задержался на теле моей «невесты».

Злость загустела во мне.

Я потянулся за документом, и он оторвал взгляд. Мне хотелось выколоть ему глаза. Что здесь вообще происходит? Что они курили? И я всё ещё надеялся, что между ними ничего не было — иначе я задушу Мелиссу прямо здесь.

Я пробежал глазами документ и вернул его ему в руки — ему, который уже, казалось, задыхался от собственного удовольствия. Мелисса тем временем листала телефон, будто мы пара незаметных актеров в её шоу. Может, это какая-то проверка на ревность?

— Я так понимаю, её присутствие здесь уже не имеет значения? — спросил я, и они оба посмотрели на меня. — Лисс, выйди, пожалуйста, мне нужно ещё поговорить наедине.

Она дернула плечом и начала что-то говорить, убирая телефон, но я не дал закончить.

— Мелисса, — грубо выдавил я.

Сам не ожидал такой резкости. Меня вымораживало происходящее.

Она слабо улыбнулась и быстро вышла из кабинета.

— Что-то случилось? Есть причины, по которым ваша будущая жена не может присутствовать во время нашего разговора? — откинулся мерзавец в кресле и засунул колпачок ручки в рот, пристально глядя на меня, словно хотел вытащить правду наружу.

Он меня не знает.

Я потянулся через стол. Вцепился ему в воротник. Подтащил ближе, чтобы его глаза встретились с моими.

— Да, есть, — сказал я тихо и холодно. — Она не должна видеть, как я могу размазать одного мерзавца по стене этого кабинета.

Мой голос звучал угрожающе. Я никогда раньше так не выходил из себя из-за девушки.

— Ещё раз уставишься на мою жену и я сделаю так, что ты будешь смотреть на свой извилины через собственные глаза.

Страх мелькнул в его глазах. Я оттолкнул его обратно в мягкое кожаное кресло. Похотливый ублюдок.

— Документы передайте через секретаря отца. Мне некогда этим заниматься, — поправил рубашку и пиджак. — Надеюсь, теперь вы понимаете, насколько наш брак настоящий?

— Д-да, — заикаясь и тяжело дыша, проговорил он.

Я кивнул и, не оглядываясь, вышел из кабинета. Мелисса стояла у окна, как и я некоторое время назад, и, глядя на улицу, терла плечи. Что, замёрзла?Или просто лишилась тех внимательных, жадных взглядов со стороны подонка за дверью?

Я подошёл ближе и слегка прокашлялся; она вздрогнула.

— Боже мой, ты доведёшь меня до инфаркта! Кто так обращает на себя внимание? — её голос сразу обрушился на меня шквалом.

— Хорошо, что я тот, кто может об этом позаботиться, — ответил я с лёгкой усмешкой. — Может, так тебя и заткнуть?

Зависло молчание. Мы смотрели друг другу в глаза; лица были спокойны, но напряжение висело в воздухе. Мелисса дрогнула.

— Ты замёрзла? — вырвалось у меня, и я, наклонившись, коснулся её плеча.

Она всё ещё держала руки на них, затем быстро сделала короткий шаг назад, разорвав наше прикосновение.

— Нет, — нахмурилась она. — У меня мурашки от твоего тона, — фыркнула. — Здесь ужасно холодно, кондиционер будто ветер из Арктики гонит.

Я принялся снимать пиджак и заметил на лице Мелиссы смесь чувств: смущение, настороженность, чуть растерянности.

— Что ты делаешь? — с укором спросила она, но голос уже не был таким острым.

Я накинул пиджак ей на плечи. Она заметно расслабилась, словно впервые почувствовала тепло. Мой подбородок коснулся её лба; не знаю, зачем это сделал, но медленно провёл им по её коже.

— Теплее? — шепнул я, вдыхая её нежный запах.

Она кивнула, молча. Мы оторвались друг от друга; девушка посмотрела на меня так, будто пыталась понять: играю я или серьёзен. Я глубоко вдохнул и жестом указал на выход.

— Пойдём?

Мелисса отвела взгляд, на лице застыло лёгкое смущение, но потом она кивнула и двинулась вперёд. В пустом коридоре, где лишь эхом отдавался стук наших каблуков, она не выдержала и спросила:

— Почему ты так резко выгнал меня оттуда? Что случилось?

Разумеется, она не могла оставить это просто так.

— Не важно. Пойдём. Нам предстоит поработать над твоим публичным поведением и выбрать наряд на вечер. Сегодня вечером соберется много людей, где я сделаю тебе уже официальное предложение.

Её лицо исказилось от удивления.

— Что? Когда это решилось? Почему меня никто не предупредил? — воскликнула она и попыталась преградить мне путь. — Я требую объяснений! Кто так делает?

Я мягко отодвинул её в сторону.

— Ещё утро. Мероприятие ближе к восьми вечера — успеем подготовиться. И не устраивай истерик. Пошли, — взял её за локоть и повёл прочь.

Но не думайте, что она так просто смирилась. В машине она завалила меня шквалом вопросов.

— Итак, кто будет на мероприятии?

— Наша семья, родственники, друзья семьи, пресса, — коротко ответил я, не отрывая внимания от дороги.

Каждый новый вопрос выводил меня из терпения. Еще пару минут, и она поплетется за машиной.

— Куда мы едем? Что значит «поработать над моим публичным поведением»?

Я не выдержал: резко притормозил, и Мелисса чуть не врезалась в панель. Остановившись, посмотрел на неё с раздражением.

— Какая тебе разница? Делай, как я говорю. Если это нужно — значит нужно! — голос вырвался громче.

Она вздернула брови; глаза её вдруг заблестели, как монеты. Удивление сменилось гневом.

— Не смей так со мной разговаривать! Ты хочешь научить меня манерам, а сам даже не пытаешься быть джентльменом! Лицемер!

Я проигнорировал её слова и также резко тронулся: её вжало в спинку кресла, и в душе я слегка ухмыльнулся, хотя лицо осталось каменным.

— Ты идиот? Ты можешь нормально водить? — прорычала она.