Арена миров

Глава 61. Четвёртый этаж

Новый этаж встретил нас бесконечностью. Я даже не знаю, с чего начать описывать это место, ведь каждая часть пространства отсылала к другой. Вместо потолка над головой простиралось голубое небо с облаками, которые медленно плыли, отражаясь в бесконечных зеркалах. Некоторые облака спускались прямо к нам. Зеркальные стены и пол, в свою очередь, отражали небо, создавая ощущение нашего парения. К счастью, все мы были в штанах, ситуация сохранила пристойность (хотя кот был без штанов (ах, зачем я вообще в эти рассуждения ввязался?)).

— Нет, это уже наглость, — возмутилась Абракта, топнув ногой. Её отражение внизу топнуло в неё.

— Что именно? — спросил я, рассматривая свою мелкоизрезанную физиономию.

— Лабиринт уже был на втором этаже! Только тот был нарисованным, а этот — из зеркал и с настоящим небом сверху. Повтор!

— Может, архитектор хотел, чтобы мы чувствовали себя в безопасности из-за знакомой обстановки? — предположил Бальтасар, разглядывая своё отражение с видимым одобрением.

— Да он просто сумасшедший! — гневалась деэмоница.

— А до этого не понятно было? — спросил я, не удержавшись.

Удивительно, но факт: зеркальный лабиринт оказался сложнее обычного. Коридоры множились, исчезали и меняли направление. Казалось, что идёшь по бескрайности, а потом резко упираешься в стену, которая лишь отражает твоё замешательство. Но мы пустили вперёд Бальтасара, он с Валтаром должны разобраться, куда шагать. Кот шёл сбоку, его отражения шли параллельно, и он бросал на них подозрительные взгляды, иногда даже шипел на особо наглые. Один раз Ночная Пасть посмотрел на меня и послал изображение дремучих джунглей в ночи, из которых светились сотни глаз не самого доброжелательного толка.

— Только не говори, что ты собственные отражения не определяешь, Пасть, — сказал я, стараясь звучать бодрее, чем я был сам. Но меня и самого нервировали мои отражения, которые, казалось, не идеально со мной синхронизировались.

Что-то новое в этом царстве неба и нас сразу привлекло моё внимание. Впереди стояла женщина с ребёнком на руках. Ребёнок был закутан в тряпки, его пол не был понятен, а лицо женщины окупировали следы тяжёлой работы, прогнавшие былую красоту. Она просто стояла и смотрела. Бальтасар протянул к ней руку, как зачарованный, но Абракта подскочила и прошла сквозь мать, развеяв иллюзию.

— Это же очевидная иллюзия! — воскликнула деэмоница с выражением лица «ты серьёзно?». — Какие ещё женщины с детьми в башне безумного мага? «Моя первая иллюзия, чтобы одурачить смертного» — прямо по учебнику.

— Я знал! — быстро согласился Бальтасар почти убедительно. — Я просто проверял вашу бдительность. И вы прошли.

Мы действительно прошли дальше. Лабиринт ответил на это новыми фокусами: весь коридор охватило яростное пламя, небо стало оранжевым, воздух почернел.

— Это моя иллюзия, — признался я, подняв руку.

— Огня боишься? — спросил Бальтасар, вежливо пропуская даму вперёд, в бушующее пламя.

— Нет, огня не боюсь, — ответил я, шагая в жар. — Боюсь пустоты, которую он оставляет, и боли, которую он причиняет.

— Тебе бы поменьше общаться с Бальтасаром, — фыркнула Абракта, бредя сквозь огонь, как ледокол во льдах.

Поняв, что никто из нас не испугался, пламя сдулось. Но попытки лабиринта нам на мозги подействовать не закончились. Из-за угла вытянулись три длинные тени с кошачьими ушами, танцуя в призрачном свете. Ночная Пасть даже не испугался, но, может, чуточку опустил хвост и попросился на мой воротник. Последней иллюзией была девочка, которая сидела в углу, закрыв лицо ладонями, и плакала. Причёской и формой лица она походила на Абракту, только совсем юную версию. Деэмоны тоже растут? Абракта специально прошла сквозь неё, развеяв почти пинками.

Обычно самоуверенное лицо спутницы омрачилось тенью неуверенности. Кот перепрыгнул к ней на плечо, лизнул в щёку, и я увидел отголосок его сообщения: Абракта истерически смеётся до слёз, валяясь на земле, почему-то с крысиными усами и носом. Вероятно, Ночная Пасть не совсем понимал, что такое смех, но знал, что это признак радости у людей и крыс.

— Без причины смеются только безумцы, — сказала Абракта, почесав кота за подбородок. Краешек её губ дрогнул, и тень исчезла.

Пара минут прошла вместе с нами спокойно, но вот я зашёл в одно из низких облаков. Влажная прохлада коснулась лица, а сзади раздался голос Абракты:

— Моё отражение меня оскорбляет! Неприличный жест показывает! Теперь оно лезет наружу! — (звон разбивающегося стекла) — Теперь они лезут наружу!

Конечно, как можно столько времени прожить без происшествий? Абракта отбивалась от шести своих копий, вылезших из разбитого на шесть осколков зеркала. Я бросился к ним, но на меня вылетел другой Лекс и схватил за грудки. Коты на наших плечах тоже сцепились.

— Бальтасар! — закричал я, пытаясь вырваться.

— Снова нужна моя помощь? — раздался голос из низкого облака.

— Держись отсюда подальше!

Лже-Лекс довальсировал меня до разбитого зеркала, из которого без всяких предисловий полезли мои и кошачьи двойники.

— Отлично, — сказал один из Лексов, который я. — Просто отлично.

Абракты тем временем пустили в ход шейные щупальца и запутались друг в друге. Я схватил вражескую Ночную Пасть и запустил в деэмониц. Мой кот тоже переключился на голову моей копии, и она отпустила меня. Я ударил её Хвостом, но она успела [Мигнуть] и спаслась. А это раздражает. Сзади меня под руки схватили ещё два Лекса, но я тоже [Мигнул] и вырвался. МЭ восстановилась как раз на этот навык, и, похоже, наши двойники копировали не только внешность, но и уровни энергии — никто из них не пульнул [Кинетической волной], что добавило бы осколков.

— Это ведь обратная психология, да? — спросил Бальтасар, выходя к нам с лютней наперевес. — Или вы отказываетесь от моей помощи, потому что не хотите показаться слабыми?

Ладно, он действительно помог — его двойник застрял с моим двойником при выходе из осколка.

— Деритесь с чужими двойниками! — закричал я. — Наши слабости и силы равны, но у них численное преимущество!

И, чтобы не быть голословным, я, проверив [Анализом], что это действительно копия, схватил лже-Абракту и кинул в остальных. Они повалились словно кегли, сбитые другой кеглей. Моя спутница кинулась к Лексам с джебами кинжалов перед собой. Те попытались защититься, но она оказалась быстрее, она всегда была быстрее.

Я сбил лжекота с чужого плеча и поднырнул под атаку щупалец. Инерция врезала меня в атакующую Абракту, и я воспользовался случаем: схватил её и закружил. Оказывается, вихрь смерти работает и без согласия деэмоницы. Её бешеные щупальца врезались в толпу двойников, и вместо получения обычных ран они потрескались и разбились. Настоящая Абракта успела вкинуть в нашу атаку несколько ложных котов. Когда я отпустил копию своей спутницы, она шмякнулась на пол, и её вырвало серебряной пылью. Я добил её одновременно с Абрактой, которая вывихнула руку моему двойнику и ударила в голову коленом, выпустив из него шип, разнёсший голову копии на мелкие осколки.

Что в это время делали Бальтасары? О, они проводили лучшее время в своей жизни: скучковались в углу и осторожно двигали друг друга, чтобы рассмотреть со всех ракурсов, прямо ценители искусства.

— Обычное зеркало не способно передать всю великолепность осанки.

— Благодарю. У вас тоже осанка, не побоюсь сказать, королевская.

— Ваш профиль достоин монеты.

— Ваш — достоин двух.

— Какая мудрая мысль.

— Только что пришла в голову.

— Гениально!

— Я вижу у вас лютню. Вы играете?

— Ах, просто музицирую между делом.

— Я тоже! Вот так совпадение! Давайте устроим концерт, пока мы вместе!

— Только такая великая голова способна придумать подобное!

Металлические звуки эхом разнеслись по лабиринту. Все не-Бальтасары немедленно прекратили драку и бросились бить Бальтасаров. Бальтасары попытались держать круговую оборону, но Лексы прорвали их строй клином, а Абракты и Ночные Пасти вскочили на спины Лексов и прыгнули прямо в гущу Бальтасаров.

— Получай, паладин! — заорала настоящая Абракта, ударяя Бальтасара костяным кастетом по голове.

— Этот настоящий! — крикнул я.

— Я знаю!

Вскоре всё было закончено. Зеркальные осколки лежали повсюду, отражая наше тяжелое дыхание.

— Полагаю, нам стоит завершить всё на этой решительной победе, — произнёс мой двойник с зеркальной дырой в голове, пожимая мне руку.

— Сам хотел это предложить, — заявил я.

И наши копии вернулись в зазеркалье.

— Это была серьёзная психологическая проверка, — сказал Бальтасар с красными глазами и синяками. — Я прошёл её с честью.

Я не возразил. Выход на следующий этаж оказался квадратным отверстием в небе, куда вела обычная лестница.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.