– Ну, не знаю. Я уже ей обещал… Думал, что вы засиделись тут за учебниками. Встряхнитесь! Придумайте что-нибудь! – озорно заулыбался папа.
– Может, тогда Дашку, ей тут все равно заняться нечем, – хихикнула одна из подруг Иринки.
– А что… Меня поддержат! Только вот, что исполнить, пока не знаю, – подхватила идею я. В голове мелькнула мысль о том, что смогу пригласить моих новых подруг на концерт и стану вам еще милее.
– Дашуль, а давай нашу любимую песню «Алые паруса»? Потренируемся, у тебя получится, – подмигнула старшая сестра.
Так меня и вдохновили. Потом были репетиции дома и на сцене.
В день концерта я волновалась как никогда, ведь в зале сидели ты с Викой.
Объявили мой номер, заиграла знакомая музыка. Я вышла на сцену к микрофону и запела:
Ребята, надо верить в чудеса.
Когда-нибудь весенним утром ранним
Над океаном алые взметнутся паруса
И скрипка пропоет над океаном…
Я не пела, а жила этой мелодией. Ветер, волны, скалы, паруса унесли меня в мир песни, полный очарования и надежд. Когда моя душа допела и вернулась к зрителям, то я увидела ваши взгляды, услышала восторженные крики «Света! Светка! Молодец!».
Но тут случилось непоправимое. На сцену вышла толстая Ольга Петровна с огромной игрушкой. Это был лохматый лев, чем-то похожий на дворовую псину Дашку. Взяв в руки микрофон, директор дворца произнесла.
– Песню «Алые Паруса» исполняла самая юная десятилетняя участница нашего конкурса Дарья Селезнева! Этот подарок мы приготовили специально для нее! Браво!
Зал грохнул аплодисментами. Вы услышали мое настоящее имя и мой настоящий возраст… Да еще этот противный лев. Ненавижу его! Со сцены с этой игрушкой я, наверное, смотрелась совсем лялькой… Я не заметила, как вы вышли из зала…
Прости меня, Лиля, за мое вранье, но так получилось… Напиши мне, пожалуйста, что ты меня поняла…»
Последние слова своего сочинения я произнесла медленно и проникновенно. В классе была тишина.
Потом захлопал мой сосед по парте, а за ним и весь класс.
Мальчик влюбился
В классе было нестерпимо душно. Родительское собрание подходило к концу. Взрослые, сидя за неудобными партами, совершенно замучились от нескончаемого рабочего дня и надоедливых оранжевых лучей весеннего солнышка. Кто-то вытирал пот, кто-то вздыхал, кто-то ёрзал на скрипучих деревянных стульях.
– Всё! Кажется, всё, уважаемые родители! Не забывайте своевременно оплатить квитанции и следить за успехами своих детей на сайте лицея! – закончила классная руководительница 7-го «А».
Родители зашуршали и стали вставать.
– Здравствуйте, вы, кажется, Лизина мама, Татьяна… Андреевна? – обращаясь шепотом к невысокой нерешительной женщине, произнесла Анна Павловна – главная дама в родительском комитете. Они с сыном недавно переехали и попали в этот класс. По своему обыкновению, Анна Павловна, быстро выхватила поводья управления из рук нерешительных мамочек и стала вершить все дела, включая финансовые, почти единолично. Мало кто решался спорить с этой большой, статной женщиной, которая могла придавить соперника только одним своим взглядом. – Можно вас на минуточку? Не уходите.
Родители стали собираться. Одна половина побежала к выходу, вторая окружила классную руководительницу.
Татьяна Андреевна, худощавая невысокая женщина, которую так настойчиво призывала к себе главная мама класса, тоже собиралась побежать к своей годовалой дочке, но была остановлена главой родительского комитета.
– Слушаю вас, что вы хотели? – робко сказала Татьяна Андреевна. Она сразу вспомнила про какие-то долги перед общей кассой класса, и её голос дрогнул, голова вжалась, спинка ссутулилась.
– Да нет, – угадывая мысли родительницы, мягко проговорила всегда строгая и громкоголосая Анна Павловна. – Вы присядьте ко мне, я не хочу, чтобы нас слышали. Я хотела поговорить с вами о наших детях.
– А что с ними? – встревоженно подпрыгнув на стуле, сказала мама Лизы.
Выразительно блеснув синими глазами, Анна Павловна сказала:
– Ничего. Они влюблены.
Застыв на некоторое время в нерешительности, широко открыв рот от удивления, Татьяна Андреевна молчала, но потом, сглотнув слюну, произнесла:
– А я и не замечала… Это правда?
– Вы просто присмотритесь. Петя только о Лизе и говорит. Смотрит на её фото в «ВКонтакте» и вздыхает.
– Да? Интересно-интересно… – робко улыбнулась Лизина мама.
– Я думаю, Татьяна Андреевна, детям нужно помочь. Только представьте! Первая любовь, первое чувство! Как это чудесно!
– М-да… – покивала мама Лизы.
– Вот смотрите, уже середина мая, скоро у Лизы день рождения. А вопрос не решён.
– Какой вопрос?
– Какой, какой? С подарком!
– Кому?
– Любимой девочке…
– А… Так, может, молодёжь сама разберётся? Петя открытку сделает, поделку какую…
– Что вы! Это не симпатично, дурной вкус, моветон! – Анна Павловна приблизилась к лицу мамы Лизы и выразительно произнесла фразу: – Нынче в приличном обществе делают дорогие неожиданные сюрпризы, иначе девочка подумает, что Петя не воспринимает её серьёзно, или вообще – не любит… Знаете, я уже всё придумала. От вас никаких затрат, так как вы принимаемая, то есть поздравляемая, сторона. Я только хочу всё согласовать, чтобы не было сюрпризов… Знаете, всякое бывает…
– Хорошо, хорошо, – сказала собеседница председателю родительского комитета. – Говорите.
– Я знаю, что Лиза, как все девочки, любит цветы и мягкие игрушки. Поэтому заказала большого плюшевого мишку, сидящего в корзине с розами. Наш папа в день рождения Лизы поедет за этим подарком и отвезёт его домой. Далее, я попросила Петиного друга Сёму, из соседнего класса, принести и вручить этот подарок Лизе.
– А почему Сёма?
– Как почему?
– Мой мальчик в этот день будет занят. У него городская олимпиада по физике! Понимаете, насколько это важно?
– Да, да, понимаю, – немного отодвигаясь от грозного взгляда собеседницы, сказала Татьяна Андреевна.
– Как вы думаете, ваша девочка будет довольна таким подарком?
– Наверное, но подарит-то его Сема, так?
– Почему?! Вы ничего не поняли, я же объяснила! – вскрикнула главная дама класса, но потом, увидев ужас в глазах собеседницы, спокойно, но отчётливо произнесла: – Ровно в полчетвёртого к двери школы после олимпиады подойдёт Петя и на глазах у всего класса подарит Лизе букет. Она же всю нашу кухню не увидит и не узнает, так? – И Анна Павловна подмигнула Татьяне Андреевне, оторопевшей от чудно сплетённых организаторских планов.