– Аньгора. Души погибших отправляются туда?
– Не всех. Только яркие души. Имеющие ценность.
Логично. Если без разбора отправлять туда каждого из стандартных персонажей «местных» убиваемых каждый божий день целыми пачками… то даже будь Аньгора истинным мегаполисом, места в ней не хватит.
– А капитан Белого Дельфина? Или его боцман к примеру? Кто-то из команды? Пассажиры? Матросы с соседнего корабля? Какой-нибудь пират? Да любой из тех, кто обладает душой и разумом. Вдруг у кого-то оказалась достаточно яркая душа, достойная отправки в Город Мертвых? И если так – вот бы побеседовать с призраком мертвого капитана… может и удалось бы узнать что-то интересное.
– Умно. Умно… Росгард… Росгард… Росгард… ты уже и меня готов сделать мальчишкой-посыльным?
– Нет. Но кто еще может заглянуть в Аньгору? Кто может поговорить с мертвыми?
– Многие. Темные шаманы, могущественные белые жрецы. Но со мной им не сравниться. Я сейчас же обращу внимание на Аньгору. Обращу свой пристальный взгляд и если найду кого-то из тех, кто был на Белом Дельфине…
– То я бы тоже хотел с ним поговорить – успел вставить я.
– Тебе нет ходу в Город Мертвых. Ведь ты живой… если чужеземцев можно назвать живыми… вы словно куклы с пылающей душой…
– Кхм…
– Да, Росгард?
– Можно ли как-нибудь доставить призрака сюда? Из Города Мертвых. Пусть даже ненадолго. Чтобы я мог расспросить его.
– Ты сомневаешься в том, что призрак чистосердечно ответит на мои вопросы? Думаешь он осмелится хоть что-то утаить от меня? – Аньрулл подался вперед, страшные ладони с хрустом сжали подлокотники кресла, обращая их в щепу. Прочность предмета мебели скакнула почти до нуля. Еще тычок – и кресло рассыпется трухой.
– Я чужеземец – напомнил я – Кукла с пылающей душой. И вопросы задаю как чужеземец. Могу зайти с другой стороны. Если не я – то кто-нибудь из моей команды. Например Орбит. Разве это не ценно?
– Я услышал тебя… Да будет так. Если в Городе Мертвых найдется хотя одна что-то ведающая душа – я насажу ее на когти и, воющую и причитающую, притащу себя.
– Лучше просто пригласить.
– Именно это я и называю приглашением, Росгард. Если же захочу показать жестокость… Что ж… надо поторопиться! – Аньрулл резко встал и не пережившее рывка кресло обратилось в прах.
– Ну что? Ты готов немного запачкать руки холодной черной грязью? Готов окунуть ладони во тьму?
– Мой статус светлого и добропорядочного не должен измениться.
– Этого не случится. Я дам тебе небольшой амулет. Что надежно спрячет от чужих взоров пятнышки темной грязи на твоих руках, Росгард.
– Хорошо.
– Ты маг. Странный маг… но сил у тебя хватит для поддержания особых заклинаний. С собой бери только тех, кому доверяешь полностью. Тех, кто не разболтает об увиденном никому, дабы не опорочить твою светлую репутацию. А лучше отправляйся один.
– Один? На Кровавую Гать?
– Ты не испугался опуститься на дно затопленной пропасти, чтобы разбудить меня. Чего же теперь?
– Я услышал тебя, Аньрулл – повторил я его присказку – О той пропасти…
– Да?
– Если бы я не разбудил тебя тогда. И если бы оживший сейчас Зар’граад ударил по Кольцу Мира, где ты был пленен и разрушил бы твою усыпальницу. Ты бы пробудился?
– Я бы пробудился, исчезни сковывающая меня древняя магия – медленно склонил голову Аньрулл – Возможно был бы очень сильно ранен. Пришлось бы спешно отступать – сюда, на старые земли. Если бы меня достал удар того, кого ты называешь Колоссом… я бы мог потерять одну из своих ипостасей и обратиться… обратиться в нечто безумное и поистине ужасное.
Вот как…
– Спасибо за прямой ответ – поблагодарил я, отдавая должное его лаконичности и прямоте.
– А что?
– Просто так – покачал я головой – Размышления о разном.
Эта мысль пришла мне в голову неожиданно. Да, мы разбудили Аньрулла. Но могли бы и не будить – будь у меня больше времени тогда, я бы трижды подумал, прежде чем пробуждать древнего бога смерти. Мы бы ушли, не потревожив его мертвого сна. Но в будущем я бы использовал межконтинентальные телепортационные прыжки. Зар’граад так и так начал бы свое наступление. И ударь он по Кольцу… дальше уже начинается неразбериха вероятностей. Но главный вывод – Аньрулл так и так явился бы на сцену во всем своем ужасающем величии. И, стало быть, есть у него какая-то роль в грядущем апокалипсисе. Ну или я попытался примерить на себя тогу яйцеголового аналитика, но напридумывал всякого бреда.
– А эта личина – указал я на злодейское лицо – Кто-то особый? С яркой душой?
– О да… я внимал его жизненной истории с большим интересом. Изумрудный Лемросс. Выходец из самых низов, рожденный и брошенный в трущобах. Звереныш, что превратился сначала в разбойника и убийцу, затем в главаря крупной шайки, а затем уже в умного лидера, создавшего целую армию из отребья, обучившего их и захватившего огромный кусок плодородных земель, дабы объявить их новым государством, а себя его повелителем. Против него встал тамошний королевский наместник – Седри.
– Седри – повторил я, с огромным трудом скрывая удивление.
– Да. Седри. Слышал о нем?
– В свое время пытался ограбить его.
– Все нити сходятся на тебе, Росгард. Все нити…
– И чем кончилась та заварушка?
– Заварушка – повторил со вкусом Аньрулл, пожевав челюстями, будто стараясь распробовать новое слово – Наместник не хотел привлекать королевскую стражу, не хотел расписываться в своей беспомощности. И призвал на помощь чужеземный клан – Алый Крест. После изнурительных боев воины наместника Седри и Алого Креста ворвались в лагерь ожесточенно обороняющегося Лемросса. Предводитель чужеземного клана, некий Алый Крестоносец, грозный боец, вооруженный двуручным мечом с льдистым синим лезвием, вышел против Лемросса один на один. И после долгой схватки убил знаменитого разбойника, снеся ему голову с плеч долой – Аньрулл чуть оттянул воротник костистыми пальцами, и я увидел широкую белесую полосу тянущуюся поперек шеи его личины – Такая вот история с бесславным концом. Вскоре после ее завершения клан Алый Крест получил от наместника Седри благословение на покровительство тамошних земель. Зло, как всегда, повержено. Добро, как всегда, победило.
– Красивая история…
– О да. Особенно если знать, что до вторжения в земли наместника Седри армия Изумрудного Лемросса получила припасы и вооружение от Алого Креста, затем указавшего им цель. Руки Крестоносца и Лемросса не раз сжимались в крепком дружеском рукопожатии…
– История стала красивее… и мрачнее – цыкнул я зубом – Чтоб меня…
– Ты готов, Росгард? Время не ждет, время бежит, время уходит. И оно так быстро, что его не догнать. Так не будем же его упускать…
– Я готов.
– Тогда прими от меня первые дары, Росгард. А затем, завершив свои добрые дела, отправляйся на Кровавую Гать. Там ты снова станешь вершить добро… руками испачканными в грязи… разве это не еще одна история, что некогда станет красивой и мрачной? Вот так всегда – ради победы приходится хорошенько испачкаться. Но разве победа того не стоит?…
Глава третья
Гать Кровавая. История красивая и запредельно мрачная
Я не был о себе низкого мнения.